Американский фотограф Фил Борджес уже больше тридцати лет путешествует по миру и снимает малочисленные народы — например, жителей Тибета.
Американский фотограф Фил Борджес (
Phil Borges) уже больше тридцати лет путешествует по миру и снимает малочисленные народы — например, жителей Тибета.
«Джигме и Сонам — сестры из семьи кочевников, которая только что спустилась с Гималаев в свой зимний лагерь, расположенный на Тибетском плато на высоте 5000 м над уровнем моря. Когда я показал Джигме ее портрет на поляроидном снимке, она вскрикнула и убежала в шатер. Я понял, что она впервые видела себя со стороны, потому что в ее семье нет зеркала».
«Яма, ее родители и три сестры отправились из провинции Кам в паломничество на 6 недель в Лхасу, в храм Джоканг».
«Большую часть пути Яма помогала нести нашу 10-месячную дочь,— говорит ее отец. — Она с самого раннего возраста стремится помогать другим».
«Пусунг и Дундуп — отец и сын. Я добрался до их лагеря на высоте 5200 м над уровнем моря в декабре, в очень холодный и ветреный день. Они только что закончили молитву и готовились принести в жертву двух яков во имя сытной зимы. Это был совершенно первобытный обряд. Казалось, эта сцена могла происходить двести лет назад в североамериканских прериях».
«Цетену было уже почти пятьдесят, когда у него отобрали большое стадо коз и яков и он был вынужден покинуть Тибет. Он один из двух тысяч тибетцев, живущих в лагере беженцев вблизи Чогламсара в Ладаке. Здесь у него только одна коза и небольшой участок земли, на котором он выращивает овощи».
«Я буддист, и поэтому могу быть счастливым где угодно», — говорит Цетен.
«Шело и Бенба, лучшие подруги с детства. Они работают горничными в отеле в Ньяламе, древней тибетской деревне, которая стала перевалочным пунктом для альпинистов по дороге на Эверест».
«Долма никогда раньше не встречала западных людей. Она тянулась ко мне, дотрагивалась до моего плеча и быстро отдергивала руку, прятала ее под своей накидкой и смеялась. Молоденькой девушкой она бежала через тибетско-индийскую границу вместе со своей семьей после того, как прошел слух, что жителей их кочевого лагеря заставят жить в коммуне».
«Норзум прекрасно помнит, как еще мальчиком бежал из Тибета вместе со своей семьей. Передвигаясь по ночам и прячась днем, они за двадцать с лишним дней перебрались через границу в Ладак. Во время сильного мороза на высоте более 5000 м умер его младший брат. Норзум говорит, что места, где ему теперь приходится жить, гораздо более суровые, чем его родина».
«Лобсанг вместе с 66 другими монахами был арестован в 1959 году. Он вышел из тюрьмы только через 21 год и оказался одним из трех выживших. Его лучший друг умер в тюрьме прямо у него на руках. Когда Лобсанг встретил Тенцина, он узнал в нем реинкарнацию своего друга. Лобсанг уверяет, что видит в этом юноше черты умершего старого товарища».
«Цезим и Деки — старинные друзья. Они были в числе 100 000 тибетцев, которые бежали из Тибета в 1959 году вместе с далай-ламой. Муж Деки был убит во время восстания, но она смогла взять с собой своих пятерых детей. С тех пор Деки поселилась в Дхарамсале, рядом с далай-ламой и резиденцией правительства Тибета в изгнании».
«Пемба приехала в деревушку Трак-Ток вместе с матерью и сестрой на фестиваль танца в солнечный, но морозный декабрьский день. Она привлекла мое внимание тем, что была абсолютно поглощена зрелищем. Казалось, во время всей церемонии она ни разу не шелохнулась, несмотря на пронизывающий ледяной ветер».
«Самден пришел в Ганден (один из крупнейших тибетских монастырей-университетов) в 12 лет. Во время культурной революции Ганден был полностью разрушен, как и другие 6200 тибетских монастырей, из которых уцелели лишь 11. Самдену было тогда 44 года. Сейчас ему 72 и он по-прежнему живет в этом восстановленном монастыре».
