Вито Корлеоне

Первейшая обязанность человека — оставаться живым. А уже потом следует то, что люди именуют честью.

Если ты проявляешь щедрость, то придай этой щедрости личную окраску.

В день свадьбы дочери ни один сицилиец не может никому отказать в просьбе. И ни один сицилиец не упустит такого случая.

Если мужчина не стал своим детям настоящим отцом, он не мужчина.

Дружба — это все. Дружба превыше таланта. Сильнее любого правительства. Дружба значит лишь немногим меньше, чем семья. Никогда этого не забывай.

У каждого из нас найдется что рассказать о своих невзгодах. Я этого делать не собираюсь.

Меня тянет повозиться в саду — делать домашнее вино, когда нальются гроздья.

Он деловой человек. Я сделаю ему предложение, от которого он не сможет отказаться.

Я человек суеверный, стыдно признаться, но что поделаешь.

Один законник с портфелем в руках награбит больше, чем сто невежд с автоматами.

Никогда не сердись, никогда не угрожай и заставь человека рассуждать здраво. Главное искусство состоит в том, чтобы не замечать ни оскорблений, ни угроз и подставлять левую щеку, когда тебя ударят по правой.

Иной долг способен сломить самую крепкую силу.

Ничто мне так не чуждо в этой жизни, как беспечность. Женщины и дети могут позволить себе жить беспечно, мужчины — нет.

Людям, которых любишь, говорить «нет» нельзя — во всяком случае, часто. В этом весь секрет. Когда же все-таки приходится, то твое «нет» должно прозвучать как «да». Или добейся, чтобы они сами сказали это «нет». И не жалей на это времени и усилий.

С теми, кто воспринимает несчастный случай как личное оскорбление, несчастные случаи не происходят.

Что творилось бы на земле, если б люди, вопреки всяким доводам рассудка, только и знали, что сводили друг с другом счеты? Разве не в этом проклятье Сицилии, где мужчины так заняты кровной местью, что им некогда зарабатывать хлеб для семьи.

Я рассуждаю по старинке.

Всегда лучше, если друг недооценивает твои достоинства, а враг — преувеличивает твои недостатки.

Месть — это блюдо, которое вкуснее всего, когда остынет.

Мы не юристы, чтобы выдавать друг другу заверенные ручательства. Мы — люди чести.

Знай меру.

Одно дело виски, азартные игры, даже женщины — то, чего требует душа у многих и что запрещено отцами церкви и государства. И совсем другое — наркотики.

Как знать, не станет ли кто-нибудь из детей моих внуков губернатором или даже президентом — здесь, в Америке, нет ничего невозможного.

Жизнь так прекрасна.

Будь я всесилен, я явил бы больше милосердия, чем Господь.