Истории|Разговор

Денис Симачев: «Тусовка, где нет главных и где главные – все»

К десятилетию Denis Simachev Shop & Bar его главные герои копаются в воспоминаниях, рассуждают о невозможном и друг о друге.

На этой неделе Denis Simachev Shop & Bar празднует 10-летний юбилей. В Москве мало мест, дотянувших до такого срока, еще меньше тех, в которые хочется возвращаться чаще, чем всегда. Esquire поговорил с тремя людьми, сделавшими из расписанного под хохлому здания в Столешниковом переулке главный чек-ин столицы.

Интервью будут выходить на протяжении трех дней, предваряя трехдневный праздник. Он начнется в баре в четверг, продолжится в пятницу и официально закончится в субботу (на самом деле – никогда). Сегодня мы публикуем рассказ Дениса Симачева.

О баре:

История с баром родилась сама собой и случилась только благодаря волшебным обстоятельствам. Никто из рестораторов не хотел с нами работать, в нас никто не верил. В первую очередь потому, что место, которое мы выбрали для бара, казалось им слишком сложным. Пешеходная улица, нет парковки, странное помещение, круглосуточный режим работы. Но главное – сочетание ресторана с магазином, тогда этого не было еще нигде. Даже в парижском Collette, где сейчас есть бар на первом этаже.


«


Аркадий Новиков сказал мне: "Ты должен сам сделать эту историю", – и в каком-то смысле меня благословил.

»

Я набрался смелости и стал звать всех своих друзей в помощники. Полгода мы думали, где лучше сделать магазин. Когда мы нашли здание в Столешниковом переулке среди главных модных и ювелирных брендов, то поняли, что поиски окончены, более "наглого" места нам не найти.

Ремонт длился очень долго, я выбирал по миру артефакты, вокруг которых выстраивался дизайн. Привозил мебель и предметы интерьера с лондонского рынка Портобелло, но есть и люстра в одной из кабинок на первом этаже, которая приехала из Марокко. Рисунок главной мозаики на танцполе родился еще в моей студии на Арме. Я попросил своего знакомого художника Илью разрисовать мне стены, хотел комиксы или манга - картинку на грани. Мы выбирали аналоги из мультфильмов и в итоге совместными усилиями нарисовали ее. Когда стало понятно, что в баре нам нужно что-то подобное, я просто немного изменил рисунок.

Мы очень четко просчитывали пространство. Небольшой танцпол, всего два туалета, маленькие кабинки, все эти минусы мы превратили в плюсы. Мы дали людям повод общаться ближе. Только в очереди в туалет сложилось немало судеб. Там было много эмоций и много любви. То же самое происходило на танцполе. Это всех сплотило.

Ни один предмет интерьера не выбрасывается. Часто вы заходите в бар и не видите, например, французскую кушетку в одной из кабинок. Некоторым из предметов интерьера больше ста лет, они требуют ремонта чуть ли не каждый месяц. Все восстанавливается и продолжает жить. Каждая деталь здесь не просто так, это похоже на музей - что-то в реставрации, что-то в экспозиции.

В самый первый вечер мы все сидели у камина. Было очень стремно. Мы потратили очень много сил, эмоций и энергии. Никто не понимал, во что это выльется, как отреагируют люди, насколько моя наглость оправдана. Я пытался всех бодрить, рассказывал, как будет круто. Ставка была сделана.

И результат не заставил себя долго ждать. Моя студия на Арме была местом, которое сформировало у людей понимание того, чем может быть Denis Simachev Shop & Bar. Именно там зародилась основа тусовки, где нет главных и где главные все. Не имели значение ни возраст, ни состояние, ни должность. Всем было плевать, и именно это всех объединяло.


«


Именно за этим та же компания пришла в бар. Люди пошли за свободой.

»

На самой первой тусовке на Курской было 20 человек, и я их всех знал. Потом начали приходить знакомые знакомых, и на последних вечеринках, где временами оказывалось по две тысячи человек, я просто стоял у входа и здоровался. При этом меня не отпускала навязчивая идея о месте, где встречались бы люди, пути которых никогда бы не пересеклись в обычной жизни.

Хотелось веселья и радости, чтобы все дружили, знакомились, но моя студия уже для этого не подходила. Бар не зацикливается на одной тусовке. Сюда приходит модная молодежь, люди, о которых через пару лет будет говорить вся Москва, но пока они просто рады, что их сюда пустили. Сюда приходят "старички", которые были десять лет назад. Здесь всем хорошо.

На наших первых вечеринках играл диско-хаус, фанк, рэп. Все то, что не разрешали ставить промоутеры в других клубах. Они считали, что это некоммерческая музыка и под нее клиентам сложно танцевать. Эта музыка играет у нас до сих пор. Примерно через год после открытия мы ввели новый тренд – на русский трэш – и он жестко прижился.

Была смешная история с нашим диджейским сообществом Low Budget Family – в начале 2000-х все были помешаны на диджеях. Западный музыкант был Бог и стоил невероятно дорого. Я решил пошутить на эту тему, собрал друзей, сказал, что будем над этим стебаться, мы же не профессионалы. У нас появился лозунг "Expensive, but not professional", мы взяли какой-то райдер страшно дорогой звезды, из серии "Белый лимузин к самолету, желтые m&m's должны быть отдельно от остальных", я заставлял Оранжа (Сергей Плешаков, арт-директор Denis Simachev Shop & Bar. – Esquire) этот райдер переписывать, чтобы было еще смешнее, потом мы определили цену.

Наше выступление стоило 10 000 условных единиц. Оранж сказал, что с такими райдером и гонораром нас никуда не позовут. Я сказал, – «Вот и отлично, значит, будем играть в баре, пользуясь служебным положением!». Почему-то промоутеры этот вызов приняли.

Нас начали приглашать, долго согласовывали условия райдера, где-то не могли найти белый лимузин, потому что были только черные. В итоге за несколько лет мы объездили весь мир. Для меня это была шутка и загадка одновременно. Популярность бренда и сообщества была так велика, что именно высокая цена стала тем моментом отсева, который не позволял нам выступать каждый день. Но раз в месяц мы стабильно гастролировали.

На самом деле все тренды, которые мы закладывали в 2006, – позиции в меню, миксология, музыка, обслуживание – все это сохранилось. И я считаю это главным достижением команды. Что традиции не меняются. В нашей стране самая сложная задача – сохранить успех. Всегда найдется куча причин, по которым ты должен расстаться с чем-то хорошим, почему ты должен изменить себе. Потому что в нашей стране всегда все сложно.


«


Похулиганить, нарушить все правила, открыв это место, было не так сложно. А сохранить качество – еды, музыки, атмосферы, – это ежедневный титанический труд.

»

Магазин изначально тоже должен был работать круглосуточно, но мы быстро поняли, что эта провальная идея. Ночью там были либо пьяные люди, которые не понимали, что они делают, либо не было никого. Но магазин переехал со второго этажа на третий не из-за этого. В какой-то момент мы поняли, что пространство первого этажа не вмещает желающих. У нас было несколько историй с верандами, которые нам не разрешали строить, некоторые из них появлялись и жили только методом самозахвата. В итоге мы приняли решение расширить бар на один этаж. А в магазине продаем знаковую классику, и торговля идет бойко.

Кстати, я никогда не рассказываю об этом месте заранее, когда привожу сюда кого-то впервые. Мне интересно, что гости сами подумают. Даже сейчас я даю это интервью и не понимаю, как описать бар. Все, что происходило и до сих пор происходит, для меня большая загадка, это не поддается здравому смыслу.

О временном закрытии бара (осенью 2013-го):

Это было очень болезненно. Непросто по всем статьям. Я столкнулся с тем, что мне некуда водить своих гостей. Не было такого места в городе. Я очень сильно обламывался и понимал тех людей, которые переживали за нас. Мне самому было некуда ходить, потому что ничего подобного нет. Но мы быстро разобрались, всего за пару месяцев, открылись и надеюсь, уже не закроемся больше. Вечеринка по поводу открытия была очень ностальгическая. Мы все вместе придумывали дизайн майки, которую дарили гостям. На ней Марио и надпись Level up – идеальная иллюстрация. Для нас это была новая игра, перезагрузка. В этот раз тоже будет майка, очень концептуальная. Если бы я вернулся на 10 лет назад, я сделал бы все то же самое. Попробовал бы еще раз прожечь так же, как мы сделали это в 2007-м.

Любимые позиции в меню:

Тайский суп с креветками и теплый сэндвич с курицей

Любимый коктейль в меню:

Апероль и арбузные шоты

О Феде Фомине:

Федор человек невероятного позитива. Но он только выглядит вечно улыбающимся и добродушным, а на самом деле супер педант, у которого все четко разложено по полочкам, а музыка по папочкам. Когда он начал сводить музыку, это с самого начала получилось настолько круто, что на него моментально обрушилась всеобщая любовь. Еще у него уникальная способность дружить, знать кучу людей и быть в курсе того, где у кого что происходит. Если нужна консультация или хочешь навести справки, можно спросить у него. Он все про всех знает. Не понимаю, каким образом, - то ли ему все докладывают, то ли он случайно оказывается исключительно в правильных местах. С ним круто все – и путешествовать и отдыхать и, конечно, работать.

О Мише Гречаникове:

Миша уникальный в своей области профессионал. Он выглядит таким резким и дерзким, а при этом постоянно за всем следит, "сечет поляну". На нем лежит огромная ответственность за управление баром, где на секунду отпустишь вожжи, и все начинает утекать сквозь пальцы. То, что он здесь и занимается этим, – подарок. Я каждый раз поражаюсь его способности решать проблемы и конфликты – где-то колко, где-то мягко, где-то быстро, где-то чуть дольше, но всегда с результатом. Если ставишь перед ним невыполнимую задачу, у него будет куча аргументов и историй из жизни, почему это сделать невозможно. Но каждый раз он готов пробовать и каждый раз у него получается.

Что изменилось за 10 лет в вас?

Я изменился очень сильно. В 2007-м мне казалось, что надо кайфовать от всего, что тебя окружает, и за счет этого создавать позитив вокруг. Тогда это работало. Сейчас проектов все больше, времени все меньше, но мудрости тоже больше. Я не так часто бываю в баре, редко гуляю до утра, но на юбилее я буду так долго, насколько хватит здоровья.

В моде?

Когда это место открывалось, был пик 2000-х, все были на пафосе, я этот пафос пытался сбить, противопоставить ему что-то другое. Для меня это был вызов, мне нравилось в это играть. Сейчас мода успокоилась, стала более честной, что-ли. Как я и предрекал, стало важным то, что у человека в глазах, насколько он умен и интересен. Всех волнует то, что ты делаешь и говоришь, а не то, как ты выглядишь чтобы произвести впечатление и получить от этого какие-то бонусы.

В стране?

Она особо не поменялась, просто олигархические деньги перешли в чиновничьи. Интеллигенция как была, так и осталась на кухнях и здесь в том числе, студенчество все такое же жизнерадостное и прожигает последние деньги, гуляя здесь по три дня. В баре сменилось уже три поколения тусовки, но у них все та же энергия и все те же желания – любить и танцевать.


ИнтервьюАлла Алексеевская
ФотографииНаталья Лисакова