Кого мы потеряли в 2014 году

Из множества выдающихся людей, чья смерть в 2014 году осталась незамеченной,
Esquire выбрал девять — и попросил журналистов и публицистов
почтить их память

Фильм про этого парня начинался бы так.

Темнота и тишина. Глаза и уши не привыкают, потому что привыкнуть не к чему. Абсолютное ничего. Вдруг нам кажется, что мы слышим прерывистые звуки: вроде бы перебранка двух мужиков. Сначала ничего не разобрать. Но вместе с появляющимся из темноты силуэтом орбитальной станции звучат и конкретные фразы. Точно. Мужчина с помощью радиоволн посылает другого в жопу:

— Слушай, иди в жопу, а? Я сюда летел? Летел. Рисковал? Рисковал. Я весь день тут пахал? Пахал. Дай мне в окошечко повтыкать десять минут. Тебе этого, конечно, не понять, но здесь некоторым образом красиво.

— Уильям, мать твою, ты спятил? У нас есть план работы, и ты не имеешь права от него отклоняться. Ты в космосе, а не на фьордах в Исландии, забыл?

— В том-то и дело. Я в космосе. А ты вооооон там. На сраной Земле. Так что иди в жопу. Конец связи.

Тот, который на сраной Земле, — диспетчер НАСА. Тот, который хочет повтыкать в окошечко, — великий американский астронавт-панк Уильям Рид Поуг. И он не актер.

Уильям Поуг действительно был тем самым единственным человеком в скафандре, кто мог себе позволить вот так свысока послать Землю. Отключиться от связи. Уединиться в своей любимой орбитальной станции «Скайлэб» и часами смотреть и слушать космос. Как выключенный телевизор.

Возвращаясь на Землю, Поуг рвал на себе волосы, ругался и устраивал что-то вроде настоящих космических забастовок. Его главная претензия к НАСА была настолько абсурдной и настолько прекрасной, что верится в это с трудом. Астронавт требовал от космочиновников больше свободного времени для «созерцания Вселенной». Чиновники вертели пальцем у виска, но ничего поделать с романтиком не могли: он был незаменим.

Поуг прожил в космосе 84 дня 1 час 15 минут 34 секунды, что стало рекордом для пилотируемой космонавтики. В открытом космосе он провел 13 часов 34 минуты и в нем же умудрился первым в истории космонавтики встретить Новый — 1974-й — год. Бесценные научные материалы, с которыми Поуг возвращался на Землю из своих экспедиций, позволяли странному астронавту с голливудской белозубой улыбкой вести себя с начальниками как угодно.

Он родился в Оклахоме и с малых лет не привык лебезить ни перед соседями, ни перед учителями, ни перед кем. Его предки — чокто — коренной народ, выселенный президентом США Эндрю Джексоном куда подальше. До начала XX века миссисипские чокто подвергались чудовищной дискриминации, физически уничтожались местным белым населением. Возможно, генетическая память подогрела в Уильяме крутой нрав. Возможно, генетическая память сделала из него безнадежного мечущегося идеалиста.

В 1951 году он окончил Баптистский университет Оклахомы, но уже в 1952-м вдруг оказался в летной школе. В 1953-м летчиком-истребителем воевал в Корее, но в 1960-м он уже доцент на кафедре математики в Колорадо. В 1966-м Поуг понял, что выше всего этого, и получил назначение в отдел астронавтов НАСА.

This is ground control to major Tom, you’ve really made the grade, and the papers want to know whose shirts you wear. Now it’s time to leave the capsule if you dare.

Возвращаясь на Землю, он собирал вокруг себя толпы поклонников и жонглировал историями про то, что сверху наша планета выглядит куда привлекательнее. О том, как трудны и иногда физически невыносимы будни астронавтов. О том, как их постоянно тошнит после еды, как страшно кружится и болит голова, как бывает непросто сходить в туалет. В 1991-м он напишет книгу, которую так и назовет: «Как сходить в туалет в космосе».

На пенсии Уильям Поуг занялся разработкой оборудования для комфортной жизни и работы на околоземной орбите. Ломал голову над тем, как должна быть устроена космическая душевая кабинка, чтобы вода лилась на человека, а не наоборот. Придумал удобные космические гамаки, массу тренажеров. И, как он сам признался незадолго до смерти, его особой изобретательской гордостью были специальные космические пакетики для рвоты, из которых в невесомости ничего не расплескается: к старости, судя по всему, астронавт-панк все-таки немного успокоился.

Забравшись по винтовой карьерной лестнице к самым звездам, чокто, баптист, военный летчик, математик, отец семерых детей, астронавт-бунтарь и изобретатель Уильям Рид Поуг получил то, чего на самом деле требовало его неспокойное сердце — возможность послать в жопу Землю, чтобы посмотреть и послушать космос. Теперь он и сам космос, слышите?

Here am I floating in my tin can far above the Moon. A last glimpse of the world. Planet Earth is blue and there’s nothing I can do.