Baza опубликовала показания корреспондента «Медузы» Ивана Голунова, которого задержали в четверг, 6 июня, по обвинению в незаконном сбыте и производстве наркотиков.

Журналист рассказал, что к нему на улице в районе метро «Цветной бульвар» подошли двое мужчин, одетых в гражданскую форму. Один из них схватил его за руку и сказал, что тот задержан. На вопрос «Вы кто?» Иван услышал ответ: «А ты не догадываешься? Уголовный розыск».

После журналиста попросили разблокировать телефон, тот отказался. Затем Голунова посадили в машину. Через какое-то время к нему подсадили одного понятого и вместе доставили их в участок.

В отделении полиции силовики произвели обыск Голунова, несмотря на его требование предоставить адвоката. «Я постоянно говорил всем зашедшим, что мне нужно известить родственников и близких, просил связаться с адвокатом, но мне сказали, что в тех мероприятиях, в которых я участвую, адвокат не требуется», ― рассказал журналист.

При досмотре сумки сотрудники полиции обнаружили пакет с неизвестным веществом. При этом Голунов отмечает, что сумка все это время, пока досматривали его самого, была на стуле. «Я старался смотреть за ней, однако я мог упустить какой-то момент. После этого сотрудник полиции открыл большое отделение сумки, где лежало много вещей, а именно книжка в мягкой обложке, ежедневник в кожаной обложке. Когда сотрудник открыл данное отделение, там наверху, зацепившись за блокнот, находился сверток с чем-то разноцветным внутри».

Иван вины не признает и отрицает, что данное вещество принадлежит ему. По его словам, сотрудники полиции отказались снимать у журналиста смывы с рук и срезы ногтевых пластин. Это могло бы подтвердить то, что Голунов держал в руках наркотики.

Также Иван рассказал, что к нему применили физическую силу и оказывали психологическое давление. «Я оцарапал правую кисть правой руки, когда меня тащили. Внизу лестницы я лежал на земле, меня волокли, и Максим надавил мне ногой на грудь. Другой сотрудник, по имени Максим, ударил меня кулаком в щеку. <…> Также на меня оказывали психологическое давление, обзывали меня гомиком. Когда я отказался подписывать протокол, мне не дали позвонить адвокату, после этого СП (скорее всего, речь идет о сержанте полиции. ― Esquire) меня ударил».