В отличие от многих брендов, которые регулярно делают коллаборации с художниками, Absolut сделал искусство основой своего ДНК. С лаконичной шведской «аптечной бутылью» экспериментировали главные художники мира — от Энди Уорхола до Дэмьена Херста, ее можно было увидеть в рекламных кампаниях Gucci, Versace, Prada и многих других.

Тесная связь бренда с искусством началась в 1980-х, сохраняется по сей день и приобретает еще большие масштабы. В прошлом году Absolut запустил арт-проект Absolut Creative Competition: молодые художники со всего мира получили возможность создать собственный силуэт бутылки, заявить о себе миру и выиграть солидные призовые.

В этом году в конкурсе приняли участие художники из 19 стран, а в общей сложности международное жюри рассмотрело более 7500 работ. Церемония награждения проходила в Стокгольме, куда и отправился Esquire, чтобы пообщаться с финалистами конкурса и узнать, как сейчас живут люди в мире искусства.

Сара Саруфим, Ливан (победитель)

Из ценностей, которые продвигает Absolut, мне, как художнику, ближе всего идея о том, что каждый должен иметь возможность выражать себя. При этом я интроверт и не люблю подпускать к себе других людей и поэтому, как никто другой, знаю, насколько важно быть открытым — любая жизненная ситуация сразу становится менее драматичной. Мой слоган звучит так: Don’t Keep Things Bottled Up. Проще говоря, не закрывайся. Это одновременно отсылка к проблеме ментального здоровья (что не нужно бояться об этом говорить) и дружеское напоминание о том, как важно быть самими собой и не воспринимать все слишком серьезно. Пузыри на рисунке изображают напиток, выплескивающийся из бутылки, — символ диалога и эмоциональной реакции.

В Ливане к художникам, поэтам, музыкантам и актерам относятся с большим уважением, относят их к великими умам и моральным лидерам. В то же самое время государство не всегда поддерживает творческие инициативы.

Одна из главных трудностей для художника в Ливане — цензура и вероятность получить реальные проблемы, если твоя работа покажется кому-то неуместной и оскорбительной. Как правило, это касается работ, которые содержат критику религии, политическую сатиру или сексуальный контент.

Сейчас много говорят о коммерциализации искусства, о том, что работа ради денег убивает шарм, но я убеждена, что у артиста должна быть возможность продавать свои работы. Я не могу сказать, что берусь только за перспективные с коммерческой точки зрения проекты, но я бы все равно хотела, чтобы мое время оплачивалось.

Я не считаю, что художник должен возлагать на себя большую социальную роль и служить для всех моральным ориентиром. Не существует правильного способа заниматься искусством: хочешь ли ты своими работами изменить мир или рисуешь исключительно для себя — ты не должен никому ничего объяснять.

Антония Гапотченко, Россия

Мне проще рисовать то, с чем я непосредственно сталкиваюсь в своей жизни, поэтому темой своей работы я выбрала тезис «Люди должны быть свободны любить тех, кого они выбирают». Я чувствую, что общество в нашей стране сейчас напряжено и пытается совершить правый поворот к традиционным ценностям, регулировать отношения людей на государственном уровне. Среди моих знакомых немало тех, кто вынужден прятать свои отношения на публике, на работе или перед родителями по причине того, что они не вписываются в привычные консервативные рамки. Однако, по моим наблюдениям, от запретов и ограничений люди не перестают друг друга любить, они не перестают жить так, как им хочется, они просто привыкают прятаться. Эти люди создают свои сообщества, вечеринки и проводят мероприятия, где им комфортно и где они могут ощутить свободу. Именно такую вечеринку я и нарисовала.

Быть художником в России все еще сложно. Можно стать успешными, продавать свои работы, получать гранты и так далее, но мы все знаем, что этого не случится, если ты вовремя не наладишь контакты за границей. В России, к сожалению, грантов, фондов и даже галерей катастрофически мало, они все частные и практически не поддерживаются государством. В Москве и нескольких крупных городах ситуация получше, а что делают художники в регионах, я вообще не представляю. Большинство приспосабливает свое творчество к каким-то смежным источникам дохода — делает принты, одежду, интерьерные объекты, рисует коммерческие заказы на стенах, делает иллюстрации для журналов, сайтов, рекламы, работает в гейм-индустрии и так далее. У меня вроде получается зарабатывать росписью стен и иллюстрациями, но это очень нестабильный доход. Хороший источник дохода — сотрудничество с брендами, но и там есть свои минусы: от половины проектов приходится отказываться, потому что тебя просят делать то, что тебе не хочется и не нравится. Вообще, профессия художника не ощущается как особенно уважаемая. Люди в основном не понимают, чем мы занимаемся, а для государства мы невидимые.

Коммерциализация не идет искусству на пользу. Когда мы стараемся применить к искусству те же маркетинговые принципы, по которым мы делаем рекламу, пытаемся спланировать его успешность, искусство перестает быть острым и честным, а значит, не цепляет всерьез и надолго. С другой стороны, искусство же описывает и исследует мир вокруг нас, и в общем-то логично, что в какой-то момент оно стало таким же продуктом для потребления, как и многие вещи в нашем мире.

Искусство может быть инструментом для высказывания социальных проблем, но это не правило. Мир гораздо разнообразнее, и художники часто не считают нужным концентрироваться только на этом. Тем не менее именно искусство может ярко обнажить те проблемы, которые есть в стране и в мире. Людям часто в суматохе каждодневных проблем не удается задуматься о серьезных проблемах, например о таких, как проблема пластика на планете, социальное неравенство, ущемление прав людей в странах третьего мира. Но, приходя в музей современного искусства или встретившись с уличным искусством или перформансом, зрители часто начинают рефлексировать и видеть то, что раньше и так было у них на виду, но было не названо. Художники описывают и исследуют мир, и еще они часто предугадывают, предчувствуют и влияют на дальнейшее развитие событий.

Валери Квонг, Гонконг

В своей работе мне хотелось отразить тенденцию к экологичности. Проблемы загрязнения воздуха и глобального потепления касаются каждого из нас, поэтому забота об окружающей среде не должна ограничиться инициативами больших брендов. Если присмотритесь к силуэту бутылки, то можно разглядеть знак ресайклинга в виде двух рук, обнимающих нашу планету.

Я графический дизайнер и считаю, что креативной индустрии в Гонконге не хватает поддержки. Творческой индустрией часто пренебрегают, она становится вспомогательным инструментом. Ценность искусства и дизайна здесь оценивается рыночными результатами, поэтому заниматься творчеством для души или личного самовыражения не так просто.

Коммерциализация делает искусство массовым и привлекает внимание к талантливым художникам, которые, безусловно, этого заслуживают. Но в то же время ваша работа становится уже не арт-объектом, а продуктом.

Мне кажется, любой арт-объект должен вдохновлять людей и заставлять их думать. Ценность искусства в том, что оно способно передать сложные вещи таким образом, что они будут понятны всем. Например, сейчас в Гонконге проходят массовые протесты против закона об экстрадиции. На этой волне появилось огромное количество политического стрит-арта, дизайнов и слоганов. Все эти работы отражают мнение общества и повышают осведомленность о происходящем. Но самое главное, они вдохновляют людей задумываться о том, что происходит в их стране.

Джиту Гопи, Объединенные Арабские Эмираты

В известной поговорке сказано: "Мы не унаследовали Землю от наших предков. Мы берем ее взаймы у наших потомков". Меня очень беспокоит вопрос экологии. Если мы не начнем предпринимать усилия по сохранению нашей планеты сегодня, никакого завтра уже не будет. Это долг каждого из нас, а задача крупных брендов — повышать экологичность своего производства.

Зарабатывать на жизнь, занимаясь только искусством, в моей стране — наверное, как и в любой другой, — тяжело. Лучше иметь постоянную работу, ну, или найти себе сильного спонсора.

Если искусство хорошо продается, это не делает его плохим. Большая часть искусства эпохи Возрождения была коммерческой, работы делались на заказ — собственно, как и многие произведения великих мастеров старой и новой школы. Гораздо лучше, когда художнику должным образом платят за его талант и время, чтобы он мог прокормить свою семью и у него была возможность заниматься персональными проектами. В оценке ценности арт-объекта не должно играть никакой роли, сделан ли он на заказ или во время порыва души.

Искусство может менять мир, создавать идеи, провоцировать мысли, разрушать барьеры, менять идеологии и начинать революции. Поэтому задача артиста — повышать осведомленность людей о проблемах в обществе.