Гоар Левоновна Вартанян родилась 25 января 1926 года в Ленинакане (теперь Гюмри. — Esquire) в советской Армении. В 1932 году ее семья переехала в Иран и утвердилась в армянской диаспоре Тегерана в качестве коммерсантов.

Ее отец Левон Пахлеванян принадлежал к известному большому и старинному роду («нахлеван» по‑армянски — «борец», «победитель»), но после переезда в Иран ему пришлось сменить фамилию — на фарси она писалась так же, как имя царствовавшего монарха Реза-шаха Пехлеви. Левон взял фамилию Кандарян. Семья была небогатой, жили просто: отец Гоар занимался мелким предпринимательством, мать, Маргарита Борисовна, вела домашнее хозяйство.

В Тегеране Гоар вступила в антифашистскую группу, возглавляемую Геворком Вартаняном, который впоследствии стал ее мужем. Вартанян тоже был выходцем из армянской семьи — в 1930 году в шестилетнем возрасте он вместе с семьей перебрался из Ростова-на-Дону сначала в Тавриз, а затем в Тегеран. Его отец был связан с нелегальной советской внешней разведкой и покинул СССР по заданию, а прикрытием ему служила предпринимательская деятельность — Андрей Вартанян был состоятельным владельцем кондитерской фабрики.

Геворк Вартанян, в юные годы выполнявший несложные поручения отца (отнести, встретить, что-то припрятать), пошел по его стопам: в феврале 1940 года, в возрасте 16 лет, он установил контакт с тегеранской резидентурой, которую на тот момент возглавлял талантливый разведчик Иван Агаянц — в это время он как раз создавал в Иране агентурную сеть для выявления сотрудников иностранных спецслужб и враждебных СССР организаций.

Первым заданием Вартаняна стало набрать группу смелых и неравнодушных сверстников для помощи «старшим товарищам». Состоявшая из выходцев из Советского Союза группа получила название «легкая кавалерия» — потому что они действовали быстро и передвигались на велосипедах. Никому и в голову не приходило тщательно проверять юнцов, рассекающих на двух колесах, — а они меж тем преуспевали в своей шпионской деятельности: вели визуальную разведку, осуществляли наружное наблюдение, забираясь на крыши домов и деревья, проникали в немецкое окружение и устанавливали связи и явочные квартиры.

Геворк и Гоар Вартанян на презентации книги Дмитрий Коробейников/РИА Новости
Геворк и Гоар Вартанян на презентации книги «Тегеран 43» ветерана и историка разведки Юрия Кузнеца.

Одним из самых активных членов группы Вартаняна был его близкий друг Оганес (Оник) Пахлеванян — через него Геворк и познакомился со своей будущей супругой. Впоследствии он вспоминал: «В 1941-м к нам подключилась симпатичная такая школьница. Ее старший брат-армянин был моим другом из «Легкой кавалерии». Я года два-три к ней присматривался, очень она мне нравилась. Это Гоар — моя будущая жена. Тогда ей не было и шестнадцати. Смелая, ни от каких заданий не отказывалась. А в разведку ее, думаю, привела скорее всего любовь…»

Любопытно, что, будучи этническими армянами и выходцами из России, Гоар и Геворк не говорили на общем языке, а общались на фарси. «Я, когда в Тегеран приехала, по‑русски не знала ни слова. А Геворк не говорил по‑армянски. С ним мы общались на фарси, но вскоре выучили другие языки: он — армянский, я — русский. Жили мы в самом центре Тегерана, там, где в то время селились армяне. Перед войной в Иране была двухсоттысячная армянская колония. А мы были общительными ребятами, и знакомых у нас в армянской колонии, да и не только в ней, хватало», — вспоминала Гоар Левоновна.

«Кавалеристам» поручали важные задания. В своей книге «Женские судьбы разведки» бывший разведчик, полковник в отставке Владимир Антонов вспоминает дело немецкого агента по кличке «Фармацевт», которого никак не могли выследить. Он регулярно встречался с высокопоставленными иранскими военными и получал от них ценную информацию, но слежка за ним ничего не давала: он постоянно бродил по Тегерану и проводил время в чайных или на базаре. В итоге юные «кавалеристы» занялись наружным наблюдением возле его дома — и увидели с чердака соседнего здания двух одинаковых людей за разговором. Выяснилось, что немцы использовали для прикрытия близнецов: один водил наружку по городу, а второй спокойно проводил встречи.

В общей сложности за первые два года работы «кавалеристы» смогли вычислить около 400 человек, так или иначе связанных с германскими разведслужбами.

Вступление на престол Мохаммеда Реза-шаха, 16 сентября 1941 года. Слева — члены правительства, справа — брат шаха Али Реза и Теймур Бахтияр Roger Viollet Collection/Getty Image
Вступление на престол Мохаммеда Реза-шаха, 16 сентября 1941 года. Слева — члены правительства, справа — брат шаха Али Реза и Теймур Бахтияр

Главная миссия

Одним из самых сложных заданий группы было обеспечение безопасности Черчилля, Сталина и Рузвельта во время знаменитой Тегеранской конференции 1943 года, в ходе которой лидеры должны были обсудить методы борьбы с Гитлером.

Надо понимать, в каких условиях тогда работала «легкая кавалерия» и какой была политическая и геополитическая конъюнктура.

Гитлер всегда отводил Ирану важную роль — богатый нефтью и находящийся в средоточии торговых путей регион был объектом вожделения всех мировых держав. Еще задолго до начала Второй мировой войны между властями стран установились партнерские отношения: правитель Ирана Реза-шах закупал у гитлеровцев вооружение, приглашал германских военных и промышленных специалистов. Кроме того, ряд исследователей считает, что решение об изменении официального названия страны на «Иран» (страна ариев) тоже было принято под влиянием идеологов третьего рейха. И хотя к 1940-м годам Иран официально сохранял нейтралитет, в стране находились около 20 тысяч немецких граждан — военные инструкторы, разведчики и агентура под видом торговцев и бизнесменов, которые продолжали «разрабатывать» политические круги страны, пытаясь сорвать поставки нефти войскам противников, вербовали местное офицерство и вообще стремились превратить Иран в гитлеровский плацдарм.

В августе 1941 года контингенты советских и британских войск вторглись на территорию Ирана и фактически оккупировали ее. Германских подданных выслали из страны, а дипломатические миссии стран «оси» были закрыты. Все это создавало хрупкую иллюзию безопасности данного региона — и, когда пришло время, в 1943 году встречу лидеров антигитлеровского блока было решено провести в Тегеране, с 28 ноября по 1 декабря. Триумф в Сталинградской битве, на Курской дуге и общее масштабное контрнаступление советских войск не оставляли сомнений в их победе — но остервенелое сопротивление гитлеровцев сулило огромные жертвы и лишения. Открытие второго фронта было необходимо — и лидерам антигитлеровской коалиции предстояло обсудить его в первую очередь — с глазу на глаз.

Офицер СС в качестве оберштурмбаннфюрера (слева) и командир дивизии «Шведт» в последнем Одербрюккенкопфе в Шведте на Одере, февраль 1945 г ullstein bild via Getty Images
Офицер СС в качестве оберштурмбаннфюрера (слева) и командир дивизии «Шведт» в последнем Одербрюккенкопфе в Шведте на Одере, февраль 1945 г

Иран оставался весьма рискованным местом для встречи врагов рейха на высшем уровне: до самого конца войны там орудовали агенты абвера Вильгельма Канариса и политической разведки Вальтера Шелленберга (СД). Более того, по некоторым данным, гитлеровские спецслужбы использовали территорию Ирана для подрывной работы против СССР. Донесение тегеранской резидентуры 1941 года гласило: «Немцы из Ирана руководят разведкой, работающей в СССР, они «перелетают» из Ирана в СССР и обратно, как саранча».

Неудивительно, что о планах провести конференцию в Тегеране моментально узнали в германской разведке — подробности стали известны через расшифровку американского радиоперехвата. Гитлеру предложили план переломить ход войны, уничтожив или похитив одного или нескольких участников предстоящих переговоров. Гитлер одобрил операцию «Длинный прыжок» — началась захватывающая шпионская игра.

Непосредственным руководителем операции «Длинный прыжок» был назначен оберштурмбаннфюрер СС Отто Скорцени — склонный к рискованным авантюрам любимчик Гитлера, незадолго до этого удачно вызволивший Муссолини из-под ареста в ходе операции «Дуб».

Российская разведка тоже не дремала: советский агент Николай Кузнецов, выдававший себя за обер-лейтенанта вермахта Пауля Зиберта, выведал у штурмбаннфюрера СС Ханса Ульриха фон Ортеля, что готовится десант в Тегеран: собутыльник имел неосторожность пообещать вернуть долг персидскими коврами. «Легкая кавалерия» в Тегеране получает указание усилить бдительность, а вскоре и более точные данные.

Советская агентура в городе Кум (что в 70 км к югу от Тегерана) сообщила, что 14 ноября в предместьях Кума высадились шесть немецких спецназовцев и направились в сторону столицы. Куратор «легкой кавалерии» Агаянц передал информацию советскому командованию и привел велосипедную бригаду в полную боеготовность. Молодые разведчики разделились на несколько групп и сутками бороздили город в поисках диверсантов. Наконец, Гоар и ее товарищи напали на след и обнаружили в предместьях Тегерана конспиративную виллу и радиостанцию. Дальнейший захват гитлеровцев, допрос с пристрастием и срыв спецоперации «Длинный прыжок» были делом техники и были проведены силами НКВД.

Сталин, Рузвельт и Черчилль на Тегеранской конференции Corbis / Getty Images
Сталин, Рузвельт и Черчилль на Тегеранской конференции

После Ирана

Гоар и Геворк Вартанян поженились в 1946 году и еще пять лет жили в Тегеране. Гоар объясняет, что таковы были указания руководства: «Мы хотели уехать из Тегерана в Ереван в 46-м. Но нам сказали — еще оставайтесь пять лет. И мы остались. А как же?»

В 1951 году они попросили советские власти дать им возможность получить высшее образование — так они вернулись на родину и поступили в ереванский институт иностранных языков. Оба владели более чем пятью языками. «Мы всегда говорили на языке страны пребывания, даже дома, и думали на этом языке», — вспоминала Гоар.

В 1956-м их снова направили на нелегальную работу. В Японии они притворялись богатыми студентами, в Италии — иранскими коммерсантами, затем были ФРГ и Франция… но полного списка стран, заданий и фальшивых личностей, которые примерили на себя супруги Вартаняны, мы не узнаем никогда — значительная часть их биографии, вероятно, не будет рассекречена никогда.

Вартаняны были разведчиками-нелегалами — люди, выбирающие этот путь, не представляют жизнь без авантюр и готовы рисковать: у таких специалистов нет дипломатического паспорта, если возникнут проблемы, им не придет на подмогу консульство и, с большой вероятностью, от них вообще отрекутся. Разведчик-нелегал работает под видом гражданина иностранного государства, его задача — поддерживать свою легенду, фактически он должен стать другим человеком.

По словам Гоар Вартанян, ей легко было выдавать себя за других людей, и главное в такой работе — максимальная естественность: «Чем более обычной жизнью ты живешь, тем лучше идет работа. Надо просто спокойно жить и иметь вокруг себя нормальных людей, друзей, иметь хорошее окружение. Когда у тебя окружение крепкое, тогда ты можешь уже и дальше идти, тебя уже примут и большие люди. И ты пройдешь туда, куда ты хочешь, вступишь в контакт с теми, с кем нужно».

Президент России принял в Кремле и лично поздравил с Международным женским днем группу женщин-ветеранов.  КРЕДИТ Алексей Панов/ТАСС Алексей Панов/ТАСС
Гоар Вартанян и президент России Владимир Путин

К слову, за свою жизнь Вартаняны еще дважды сочетались узами брака — для достоверности шпионской легенды. Лишь на первом, настоящем бракосочетании разведчица надевала свадебное платье, остальные церемонии были скорее спектаклями для окружающих.

Работа разведчика-нелегала — это постоянный риск, ведь провал может произойти из-за случайной встречи на публике с тем, кто знал тебя под другим именем. Так случилось однажды на светском мероприятии на частной вилле в одной из стран, где Гоар встретила женщину из своей «прошлой жизни»: «Мы, вообще-то, старались избегать походов в малознакомые гости, потому что никогда не знаешь, кто еще приглашен, а спросить некорректно. Муж немного задержался при входе, а я прошла вперед и чуть заглянула в гостиную. Там, вполоборота ко мне, стояла женщина, жена высокопоставленного американского военного, с которыми мы познакомились в другой стране и, соответственно, у нас были совсем другие имена». Однако Вартанян не растерялась: она моментально сориентировалась, симулировала недомогание и покинула мероприятие до того, как ее заметили.

В 1984 году Геворку Андреевичу присвоили звание Героя Советского Союза, а Гоар Левоновне — орден Красного Знамени. Даже в момент представления к наградам тогда они были на задании за рубежом. Гоар Левоновна вспоминала: «Помню, муж получил шифровку по радио. Расшифровал и побледнел. Протянул мне текст. А там — сообщение о том, что ему присвоено звание Героя Советского Союза. И еще — про мой орден. Наверное, это был самый счастливый день в нашей жизни». history.wikireading.ru/87576

В 1986 году Вартаняны вернулись из последней командировки в агонизирующий СССР и прекратили шпионскую деятельность, а рассекретились лишь в 2000 году. После окончания службы супруги занимались подготовкой молодых разведчиков и передавали им накопленный опыт.

В 2012 году не стало Геворка Вартаняна — он умер от рака в возрасте 87 лет. Гоар пережила мужа на семь лет, не дожив трех дней до 73-й годовщины начала Тегеранской конференции. «Он — Герой Советского Союза! Она — героиня всех его свершений! Он ушел первым. Сегодня не стало ее» — так сообщили о смерти разведчицы в Службе внешней разведки.

Гоар Вартанян похоронили на Троекуровском кладбище — рядом с мужем. На погребении присутствовали директор СВР Сергей Нарышкин и президент Армении Армен Саркисян.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ:

Самая выдающаяся личность XX века: что нужно знать о математике Алане Тьюринге

История Богдана Сташинского — советского шпиона и убийцы Бандеры, который влюбился в немку и перебежал в Западный Берлин

Британский канал снимает документальный сериал о Путине, который решил «сделать Россию вновь великой»