Криста-Мари Джексон оттачивает стойку на руках в доме своего отца на севере штата Нью-Йорк. До того как мир настигла пандемия Covid-19, Криста почти год работала ассистентом художественного руководителя Alegría, одного из самых популярных шоу Cirque du Soleil. До этого 33-летняя артистка была воздушной гимнасткой, актрисой, танцовщицей и каскадером. Она работала с многими знаменитостями, в том числе с Адамом Сэндлером и Бейонсе (а также была дублером Зендаи в фильме-мюзикле «Величайший шоумен»). Теперь, когда все публичные мероприятия отменены из-за карантина, Криста изо всех сил пытается справиться с изоляцией и невозможностью проявить творческий потенциал. Повседневность превратилась в разговоры с друзьями через Zoom и приготовление выпечки для отца, врача отделения реанимации.

«Неважно, сколько времени продлится карантин и когда он закончится, наша отрасль уже никогда не будет прежней», — говорит Криста.

Цирк был одним из любимых развлечений американцев вплоть до 1793 года, когда Джон Билл Рикеттс поставил первое в США современное цирковое представление (а гений маркетинга Ф. Т. Барнум сто лет спустя вывел его на новый уровень). Большой шатер, ведущий, укротители львов, клоуны, попкорн и магия летающей трапеции глубоко укоренились в душе американцев, хотя популярность цирка то возрастала, то падала под влиянием конкурентных развлечений — водевиля, радио, телевидения, затем интернета и, наконец, социальных сетей.

Цирк и его блестящая младшая сестра интермедия пережили даже вспышку испанки в 1918 году, которая сильно подкосила население США. Но пандемия коронавируса ударила по‑другому. От концептуального дорогостоящего Cirque du Soleil до дерзкого с причудами Coney Island Sideshow — все попали под запрет на публичные собрания; новые правила социального дистанцирования и сопутствующая массовая безработица в индустрии нанесли серьезный удар по бизнесу развлечений. Теперь цирковое сообщество изо всех сил пытается адаптироваться.

rtists perform during Cirque du Soleil's Varekai show in Lima, January 16, 2013. Picture taken January 16, 2013. КРЕДИТ Enrique Castro-Mendivil/Reuters Enrique Castro-Mendivil/Reuters
Выступление Cirque du Soleil’s в Лиме, январь 2013 года

«Весь смысл живых выступлений в том, чтобы взаимодействовать с людьми. Артисты на сцене общаются с публикой, а остальные участники мероприятия помогают наладить этот контакт. Кассиры, монтажники, техники и режиссеры — успех выступления зависит от слаженной работы каждого сотрудника, — говорит Криста. — Лично для меня отмена гастролей стала очень болезненным событием, но я предпочитаю смотреть на это как на временные обстоятельства, а не непреодолимое препятствие».

Благодаря масштабным постановкам, головокружительной акробатике и общей атмосфере вычурного je ne sais quoi (с французского буквально «Я не знаю что». В искусстве употребляется в связи с невыразимой словами красотой. — Esquire) Cirque du Soleil давно стал одним из самых успешных предприятий в индустрии развлечений. Кроме того, эта компания — один из крупнейших работодателей в индустрии; в марте Cirque du Soleil сократил 4679 сотрудников, то есть 95% своей рабочей силы, ограничившись минимальным составом труппы.

«На начало пандемии у нас было 44 активных шоу, приносящих хорошую прибыль. В считаные дни все выступления цирка отменили. Мы даже не успели опомниться, как остались без доходов. Это вынудило нас сократить 95% штата, — сообщила Esquire в электронном письме Кэролайн Куйяр, старший директор по связям с общественностью Cirque du Soleil. — Непонятно, как долго продлится режим социального дистанцирования и закрытия границ. Также невозможно предсказать, как поведут себя потенциальные зрители. Суть нашего бизнеса — в массовых мероприятиях, взаимодействии артистов со зрителями и мировых гастролях. Перед таким кризисом мы очень уязвимы».

Вдобавок к текущему долгу в размере $900 млн Cirque du Soleil должен выплатить около $1 млн своим сотрудникам. Сейчас выплаты получают работники, которым необходима экстренная помощь. Тем не менее большинство нуждающихся получило отказ в пособии по безработице.

«К сожалению, у нас не было другого выбора. Пришлось временно приостановить выплаты поставщикам и партнерам, чтобы стабилизировать ситуацию и реструктурировать компанию, — сказала Куйяр Esquire. — Мы понимаем, что эта вынужденная мера влияет на работу других людей, и искренне сожалеем об этом».

В еще большее замешательство сотрудников ввело заявление Ги Лалиберте, основателя и бывшего генерального директора Cirque du Soleil, о своих попытках выкупить компанию обратно.

«Если цена меня устроит, я присоединюсь к сделке. Но я не хочу работать в организации, будущее которой определяют только деньги. Такой подход ставит под угрозу существование Цирка как такового, — сказал он на канадском телешоу». Куйяр отказалась от комментариев, отметив, что «на данный момент нашим главным приоритетом остается рекапитализация компании».

Правительство Квебека предоставило цирку антикризисный кредит $200 млн, поскольку компания является важной частью креативного кластера провинции Квебек. Сотрудники, которым не выплатили деньги, теперь могут обратиться напрямую к министру экономики провинции Квебек Пьеру Фицгиббону.

Но в еще более затруднительном положении оказались артисты, не участвующие в массовых шоу Cirque du Soleil.

В обычное время Саммер Лейси преподает воздушную акробатику и цирковые искусства в Лонг-Айленд-Сити. Свободное время она проводит в спортзале и на рок-концертах. Теперь, когда концертные залы, клубы и спортивные центры закрыты, у Лейси появилась возможность восстановить тело после продолжительных интенсивных физических нагрузок, необходимых для воздушной акробатики.

«Под удар попали все: и Бродвей, и цирки, и концертные площадки, — говорит Лейси. — Я стараюсь не зацикливаться на этом и принять ситуацию как есть. Искусство хорошо тем, что даже в сложные времена оно позволяет родиться из кризиса и хаоса чему-то прекрасному и новому. Интересно будет посмотреть, как карантин изменит тематику цирковых выступлений. В конце концов, show must go on».

Криста, Саммер и тысячи других безработных артистов переживают бесплодный летний сезон и экономическую неопределенность.

Адам Рилмен, инструктор Coney Island Sideshow и профессиональный глотатель шпаг, радуется, что у него есть стабильная работа помимо выступлений. Рилмен попросил изменить в статье свое настоящее имя. Он живет в Нью-Йорке и помимо цирка организовывает мероприятия для Coney Island USA, некоммерческой организации, посвященной цирковым интермедиям. Также организация проводит ежегодный Парад русалок. Разумеется, праздник 2020 года перенесен на неопределенную дату. В ближайшее время НКО запустит аккаунт на Patreon с оригинальным видеоконтентом.

По традиции интермедии располагаются на приличном расстоянии от главного циркового шатра. Артисты скромно занимаются своим ремеслом в ожидании заинтересованной публики, которую они поражают захватывающими трюками и причудливыми фокусами. Рассвет интермедий пришелся на ХХ век, прославив нью-йоркскую труппу Coney Island Sideshow. Глотатели шпаг, стеклоходы, пожиратели огня, сиамские близнецы и многие другие развлекали публику в известном районе Нью-Йорка.

Хотя сейчас Coney Island Sideshow осталась последней функционирующей интермедией, ее ярко раскрашенное здание на углу 12-й улицы и Серф-авеню стало вторым домом для нового поколения выдающихся артистов. Coney Island Sideshow пережила мировые войны, кризисы, ураганы и трагедии Нью-Йорка, но теперь, столкнувшись с продолжительным карантином, существование интермедии вновь оказалось под угрозой.

«Мы подавали заявки на все правительственные гранты, какие есть. Некоторые заявки одобрили, некоторые сейчас на рассмотрении, по остальным пришел отказ, — говорит Рилмен. — Основная труппа уволена. Дик [Зиган, основатель и художественный руководитель Coney Island USA] и я думаем, как возобновить работу с минимальной производительностью и бюджетом».

Артист Стивен Чернин
Артист Coney Island Sideshow Стивен Чернин

Для многих карантин обернулся потерей работы. Многие артисты — независимые художники или владельцы малого бизнеса, которым не положено пособие по безработице. Тем не менее теперь эти люди попадают под действие федерального закона помощи пострадавшим от пандемии. Несмотря на свои уникальные физические способности, с подачей документов Лейси пришлось справляться как обычному человеку.

«Процедура длилась вечность, — говорит она. — Госорганы не подготовлены ​​к такому потоку людей. Но я все равно рада, что смогла подать заявление».

Безработица — временная мера, но для некоторых работников потеря источника доходов оказалась особенно тяжелой. Рилмен рассказывает, что он уже потерял несколько тысяч долларов за летний сезон, а поскольку новых выступлений не предвидится, ситуация вырисовывается не очень жизнерадостная.

«В этом сезоне доход многих предприятий опустился до нуля, — говорит Ричард Хартнелл, профессиональный жонглер. Сейчас он вышел на пенсию, тем не менее иногда продолжает выступать. Все представления его труппы отменены. — Теперь нам остается только подсчитывать отмененные выступления и говорить друг другу: «А в прошлые выходные мы должны были выступать на фестивале в Сиэтле, помнишь? В эти выходные я бы полетел в Балтимор на ту конференцию… а ты должна была быть на гастролях, ведь так?»

Но безработица вызывает и другие трудности, особенно для соискателей.

«Если бы не Covid-19, я бы сейчас вместе с остальными артистами Coney Island Circus Sideshow готовилась к Параду русалок», — говорит Инсектавора, пожирательница огня, покрытая татуировками с ног до головы, звезда Кони-Айленда. Она не первый год выступает на сцене и на коммерческих мероприятиях. Тем не менее серьезность ситуации с Covid-19 даже такого опытного артиста, как Инсектавора, заставила задуматься о будущем вне рамок шоу.

«Сейчас я получаю пособие по безработице, но оно не будет кормить меня вечно. Я собираюсь пройти онлайн-курсы по трейдингу, чтобы не голодать и не оказаться потом без жилья».

Артистика цирка Coney Island Slideshow Инсектавора
Артистика цирка Coney Island Slideshow Инсектавора

Как и многие ее коллеги, Инсектавора — так называемый self-made-фрик; на языке артистов так называют людей, до крайности изменивших внешний вид, чтобы привлечь больше внимания к трюкам. Цветные змеи обвивают тело Инсектаворы, а огромный маорийский узор покрывает половину лица, которое когда-то было испещрено пирсингом. Выглядит очень, очень круто, но человек с такой внешностью обязательно будет выделяться в традиционной офисной обстановке. Рынок труда продолжает сокращаться, а артисты цирка, изменившие внешность до такой же степени, как Инсектавора, получают дополнительный повод для беспокойства. Не говоря о людях с ограниченными возможностями, которым даже в обычных условиях найти работу было сложнее остальных.

«Мой внешний вид определенно усложнил поиск работы, — говорит Инсектавора. — Жаль, что многие работодатели не хотят принимать индивидуальность работников, будь она врожденной или проявляемой нарочно. Тем не менее среди нас много трудолюбивых надежных людей. Но многие компании предпочитают работать по старинке. Мне повезло — я смогла подняться по карьерной лестнице, несмотря на безумную внешность. Хотя сейчас, во время пандемии, я очень переживаю за свое будущее, поэтому собираюсь записаться на онлайн-курсы и начать работать на дому».

Несмотря на это, Инсектавора нашла положительный момент в удаленной работе: «Работая из дома, можно выглядеть как угодно!»

Тысячи квалифицированных артистов застряли дома, им нечего делать и нечем платить по счетам. Неудивительно, что количество онлайн-выступлений и уроков на таких платформах, как Instagram, YouTube, Facebook и Zoom, растет. Виртуальные варьете (многие из которых собирали средства на благотворительность) дали артистам возможность экспериментировать с платформой и подарили вдохновение.

«Люди пытаются освоиться и нервничают, когда ничего не получается, в том числе творить, двигаться и устраивать шоу, — говорит Лейси. — Поэтому я рада видеть, как люди находят новые способы демонстрировать свои умения через интернет».

Некоторым виртуальные выступления помогли заполнить пустоту от невозможности работать как раньше.

«Один из самых неприятных моментов перехода в digital — это постоянная тоска по путешествиям: я могу смотреть шоу моих друзей в Остине, Чикаго, Лондоне, Париже, — говорит Хартнелл. — Недавно я создал группу в Facebook, чтобы восстановить сообщество странствующих артистов».

Но даже лучшие выступления в Zoom не сравнятся с реальными, и смотреть, как кто-то дышит огнем в прямом эфире Instagram, — слабая альтернатива живому зрелищу, когда настоящее пламя вспыхивает в сантиметрах от тебя. Каждый артист, с которым я разговаривала, отмечает, что, независимо от типа циркового искусства и его зрелищности, смотреть — не говоря уже о том, чтобы исполнять, — такое выступление на экране ноутбука не идет ни в какое сравнение с живым шоу.

Рилмен отказался от онлайн-выступлений после представления для группы школьников, в котором он глотал шпаги, гнул металлические гвозди и разрывал на две части телефонный справочник. Артист разочаровался в таком формате выступлений, поскольку в интернете острота ощущений теряется.

«Я только и думал о том, верят они в правдоподобность происходящего, или нет, — объясняет Рилмен. — Как убедить аудиторию, что согнуть гвоздь чертовски сложно? Никак. Им остается только верить на слово. А как иначе? Не вколачивать же перед фокусом гвозди в доску, мол, смотрите, они настоящие».

Инсектавора тоже пробовала свои силы в виртуальных представлениях, но не испытывала восторга от этого опыта. Легковоспламеняющаяся природа ее искусства затрудняет работу в помещении без надлежащих условий безопасности, а выступать с огненными факелами на улице слишком опасно.

«Я выступала в одном онлайн-шоу в Zoom под названием «Съешь меня», — рассказывает артистка. — Я была рада, что помогла отвлечься от хлопот людям, застрявшим дома. Но такого драйва, как на живых выступлениях, я даже близко не испытала. Скорее приятное чувство сродни благотворительности».

Криста занимает несколько иную позицию, так как ее выступления изначально часто снимались на камеру.

«Разумеется, это не похоже на живое выступление — в конце концов, в моем доме нет акробатических колец. Но все-таки это творческое самовыражение, некий дополнительный штрих к перформансу. Нам нужно адаптироваться. Как раньше — уже не будет. Теперь у нас есть четкое представление того, как работа цирка выглядела раньше, и с этим знанием мы должны идти вперед», — говорит она.

Хартнелл считает, что, несмотря на определенные ограничения, стриминговые сервисы имеют свой потенциал. Остается только гадать, станет ли эта экономическая модель жизнеспособной.

«В этом плане онлайн слабо отличается от реальных выступлений; никогда не знаешь, сколько денег это принесет, — объясняет он. — Некоторые артисты публиковали свои онлайн-шоу и зарабатывали деньги, которых хватало на аренду, а другим хватало только на рамен. Но эти шоу улучшаются не по дням, а по часам, поэтому «виртуальные шоу» однозначно станут частью программы».

Дик Зиган (справа), основатель Coney Island Circus Sideshow, и артисты Инсектавора, Хезер Холидей, Рок Рокет и Даймонд Донни V
Дик Зиган (справа), основатель Coney Island Circus Sideshow, и артисты Инсектавора, Хезер Холидей, Рок Рокет и Даймонд Донни V

Другой объединяющий фактор — непоколебимая вера артистов в то, что живые выступления обязательно вернутся, даже если им придется принять новую форму.

«Одна из задач цирка — разрушить границы между зрителями. Я верю, что цирки переживут Covid-19 и сыграют свою роль в восстановлении нашего общества, — говорит Хартнелл. — Show must go on».

«И оно будет продолжаться! — соглашается Криста. — Потому что людям всегда будут нужны развлечения и шоу. Невозможно всегда довольствоваться одним телевизором, придет время — и захочется чего-то реального. Живые выступления — поистине волшебный опыт, его невозможно получить через экран или ознакомиться с ним заочно. Живые эмоции — это базовая потребность человека. Я не сомневаюсь, что возвращение живых выступлений — всего лишь вопрос времени».

Рилман изо всех сил старается не быть пессимистом, но предсказать, как развлекательный район Кони-Айленда оправится от потери летнего сезона действительно тяжело.

«Организация Coney Island USA существует за счет туристов и жителей Нью-Йорка: они ходят на концерты, в бары, музеи. Но если все закрыто, как тогда быть? — говорит Рилмен. — Поначалу сезон длился вплоть до мая, затем до сентября, а в последние годы можно было даже захватить пару недель в октябре. В зависимости от погоды сезон выступлений может длиться до полугода, и тот факт, что половину сезона мы уже пропустили, ужасен… Мы движемся навстречу неизвестному».

Криста остается оптимисткой. Даже в условиях пандемии она сохраняет веру в мечту Хемингуэя.

«Люди — стойкие создания, и во времена раздоров мы ищем утешения в искусстве, — рассуждает она. — Кроме того, людям нужны смех и улыбки, им нужно видеть сверхчеловеческие трюки. Так мы всегда будем помнить, что способны преодолевать невозможное».