Анна Андржиевская. «Тигр выпрыгивает из банана»
Анна Андржиевская, «Тигр выпрыгивает из банана»

Как понять, сколько должна стоить работа? И почему она оценивается так, а не иначе?

Анна Наумова, сооснователь онлайн-галереи Sample, арт-директор ярмарки молодого искусства Blazar:

«Точной формулы нет, но есть несколько критериев, которые влияют на стоимость работы.

Во-первых, это имя художника. Если этот автор уже сделал себе имя, участвует в выставках, то, конечно, он будет стоить дороже. Цена часто начинает расти, если работы художника покупает крутой коллекционер или берет в свое собрание музей или фонд.

Во-вторых, это уникальность работы и ее доступность на рынке. Тиражное искусство всегда будет доступнее, а работы авторов, которые закончили свою карьеру (и успели сделать себе имя), будут дороже. Плюс у каждого художника есть серии и циклы, которые стоят выше. Узнаваемые и характерные для художника произведения — тоже.

И самое прозаичное и очевидное — стоимость материалов. Есть работы, где сами материалы и время работы будут изначально давать высокую цену».

Почему одни и те же молодые художники получают большое количество рекламных контрактов и грантов? Как стать одним из них?

Мария Кравцова, куратор, арт-критик, шеф-редактор сайта Artguide и русской версии журнала Garage Magazine: «Рекламные контракты и гранты — это две абсолютно разные истории. Мы по практике видим, что часть художников действительно интегрируется в коммерческую сферу и успешно сотрудничает с брендами, коммерческими институциями. Здесь нужны навыки маркетинга и селф-промо. Сейчас это особенно хорошо с уличными художниками, которые работают с фигуративом. А другая часть реализует себя и комфортно себя чувствует в системе грантов и находит институциональную поддержку. Чтобы получать больше грантов, надо понимать, как это делать — правильно заполнять документы, отслеживать конкурсы, понимать эту систему (здесь есть сезонность). Это отдельная и довольно тяжелая работа, которая требует много времени, но она имеет хороший результат. Например арт-группа из Калининграда «Нежные бабы», которая за рубежом известна даже больше, чем в России, получает много тревел-грантов в резиденции. Для них это идеальная форма творчества, которой они умеют пользоваться».

Exantres,
Exantres, «Девушка на песке», 25 000 руб.

Что почитать и посмотреть о мире современного искусства, чтобы получить о нем реальное представление, с точки зрения художника?

Мария Кравцова: «Процесс обучения, если вы художник, должен идти всю жизнь. Одним разом тут не ограничиться. Нужно следить за международным контекстом. Могу посоветовать подписку E-flux, вам каждый день будет приходить по 30 писем с открытиями по всему миру, грантовыми программами, резиденциями, анонсами творческих конкурсов. Или вы можете следить за летной «Артгида» — там все переведено, упаковано и отобрано. Художнику еще важно знать актуальные теории, которые институциируют форму и существование современного искусства. Нужно следить в целом за активным художественным процессом, отсматривать работы своих современников и по возможности путешествовать. В последнем как раз помогут гранты».

Нужно ли бояться определения «коммерческий художник»? Где грань между плохим и хорошим смыслом этого выражения?

Николай Кошелев, художник: «Наверное, нужно. Но если ты коммерчески успешный, делаешь круизную коллекцию с Louis Vuitton и вещи разлетаются еще до релиза, а ресейлеры умножают ценники на 7, то это комплимент. Абсолютно другая история, когда «коммерческий художник» имеет негативное значение в профессиональном сообществе. Это когда в плане у артиста стоит зарабатывание денег и весь его «продукт» просчитан по критериям и спросу рынка. Настоящее искусство очень сложно и многослойно, а коммерческое искусство всегда очень вульгарно».

Ольга Шурыгина, Тарелка #2, серия
Ольга Шурыгина, «Тарелка #2», серия «Шузбекистан», 45 000 руб.

Если к художнику пришел некий коммерческий бренд Х с предложением о сотрудничестве, как понять, не навредит ли оно репутации в дальнейшем?

Николай: «Все зависит именно от бренда. Если это дом мод Dior, то это фантастически интересно, даже просто в профессиональным плане. Ты работаешь с историей и сегментом, который понимает актуальную повестку. А когда ты делаешь стаканчики для кофе, тут уже есть вопросы… Зачем ставить на них свое имя? Чтобы люди выбрасывали их, как только закончится напиток?»

Нужно ли, чтобы художника представлял агент или галерея, или можно справиться самостоятельно?

Николай Кошелев: «Обязательно! И для меня лично это критически важно, чтобы такая помощь была. Это помогает разгрузить себя, тратить свое время концентрированно. И всегда нужно платить комиссию с продаж, чтобы замотивировать команду. Важно окружать себя людьми, которые в тебя верят (порой даже больше, чем ты сам), потому что будут моменты, когда именно они смогут вытянуть тебя из творческого кризиса, который приходит каждые полтора года. Когда вы распределяете задачи, то повышаете общий КПД и можете быть уверены, что каждый — профессионал своего дела и вкладывается на 100% по своему профилю».

Алексей Дубинский,
Алексей Дубинский, «Незнакомка», 35 000 руб.

Сейчас очень много говорят о том, что когда речь заходит о молодом искусстве, имеют в виду, как правило, искусство московское. Есть ли этот перекос и правда? Что делать художнику не из Москвы?

Алиса Савицкая, куратор, начальник отдела выставок Волго-Вятского филиала ГМИИ им. А. С. Пушкина (Арсенал, Нижний Новгород): «Количественный перекос, безусловно, есть. Москва — крупнейший город в нашей стране, в котором аккумулировано множество культурных и образовательных ресурсов. В Москве проще учиться, делать карьеру и общаться с единомышленниками. Однако качественного перекоса нет. За пределами столицы живет и работает множество замечательных авторов, а возможностей стать видимым на расстоянии сегодня очень много. Соцсети создают эффект присутствия, кураторы ездят по стране с исследованиями. Мне кажется, самое важное — найти удобную и не противоречащую собственной художественной стратегии форму коммуникации с профессиональным сообществом. Ну, и стараться побольше путешествовать».

Как вообще понять, что вы можете позиционировать себя как художник? Многие боятся или стесняются себя позиционировать таким образом, совмещают арт-работу с «официальной» и годами сомневаются в себе

Алиса: «Одни художники понимают это сразу, другие на протяжении многих лет ищут свою идентичность. Сомнение — совершенно нормальное чувство для любого человека, занимающегося искусством. Часто именно сомнение становится основой или предпосылкой произведения. Важно научиться переводить свою неуверенность в конструктивное русло, не замыкаться в собственных ощущениях и самокопании. Тем более что мы живем в эпоху междисциплинарности и в совмещении разных профессий нет ничего зазорного. Важно работать и воплощать свои идеи, а лишние занятия со временем уйдут сами собой».

Как попасть в арт-комьюнити, с чего начать?

Алиса: «Нужно знакомиться и общаться. Встречи с кураторами, арт-менеджерами и продюсерами очень важны. Но мне хочется сделать акцент на коммуникации с другими художниками. Попробуйте найти близкую вам компанию молодых авторов или напроситесь в гости в мастерскую к кому-нибудь из уважаемых вами мэтров. Не бойтесь задавать вопросы о том, как придумываются и создаются произведения. Общение с художниками дает бесценный опыт, множество практических знаний и чувство причастности к большому художественному процессу».