История мальчика Оскара, которого задержали на Арбате доблестные воины правопорядка, взбудоражила всех. Подобно герою античного эпоса Одиссею, вступили полицейские в неравное сражение с молодым чтецом Шекспира. Не испугались они чарующих речей, словно свинцом оберегали наушники их уши, в которых монотонный голос непрерывно напоминал о завершении месяца и необходимости выполнения плана по задержаниям, побуждая их в срочном порядке пленить нарушителя и восстановить покой на Земле.

Путь далек у нас с тобою, веселей, камрад, гляди
Далее Путь далек у нас с тобою, веселей, камрад, гляди
Мне говорят - ты сошла с ума, а я говорю - разберусь сама
Далее Мне говорят — ты сошла с ума, а я говорю — разберусь сама

Вся эта драма, развернувшаяся на наших глазах, еще раз подтверждает тот факт, что любое произведение, случайно либо специально поставленное на нашей общественно-политической сцене, превращается в «Левиафана», и сражается принц датский уже не в чертогах разума, а с огромным государственным чудищем. Причем непонятно, кто в данной ситуации 10-летний ребенок — ошарашенный всеобщим вниманием юный уличный артист или государственный силовой аппарат? Протоколы на родителей Оскара то составлены, то аннулированны; МВД сначала извиняется, а потом следственный комитет приходит с проверкой, и МВД говорит, что больше не извиняется; думают, то ли возбуждать на мачеху уголовное дело, то ли не возбуждать; в общем не хватает старой опции «расстрелять всех и забыть».

Выглядит вся эта чехарда и нервные попытки «сохранить лицо» как истерика избалованного мальчугана, привыкшего к тому, что ему всегда всё сходит с рук. Единственный родитель занят решением геополитических проблем, ему не до своего капризного отпрыска, оставшегося без присмотра, предоставленного самому себе в окружении миллионов игрушек, которые он периодически ломает, пользуясь безграничной властью. И вот он уже оказался в луже по щиколотку и не может понять, что происходит, как это произошло. В гневе топает он ножкой, а грязь только сильнее обдает новенький мундирчик. От злобы он начинает прыгать, а брызги поднимаются все выше и выше. Сломанные игрушки безучастно хлопают пустыми глазами, начинает играть песня Егора Летова про поскользнувшегося на льду, опускается занавес.