В Сочи завершился 28-ой «Кинотавр» —смотр, по результатам которого можно делать выводы о состоянии отечественной киноиндустрии и настроении тех, кто ее создает. Все четырнадцать фильмов основного конкурса — в обзоре Esquire.

1. «Аритмия»

Главный приз кинофестиваля «Кинотавр»

Приз за лучшую мужскую роль Александру Яценко

Реж. Борис Хлебников

Джон Бойега: «Я всегда был фанатом «Звездных войн»
Далее Джон Бойега: «Я всегда был фанатом «Звездных войн»
«За пропастью во ржи» и еще 4 фильма недели для тех, кто не хочет заглядывать в бездну
Далее «За пропастью во ржи» и еще 4 фильма недели для тех, кто не хочет заглядывать в бездну

«Аритмия» оказалось чудом без сюрпризов: именно этого — всепобеждающей доброты, упрямой нежности, мягкого юмора и точных наблюдений — от Бориса Хлебникова все и ждали. Фильм развивает идеи «Сумасшедшей помощи», но уже с настоящими врачами. Герой Александра Яценко работает в скорой и все время пытается кого-то спасти, делая это вопреки должностным инструкциям и инстинкту самосохранения. Героиня Ирины Горбачевой, тоже врач, пытается спасать не только пациентов, но и своего вечно пьяного Дон Кихота.

Если бы у фильмов Хлебникова был девиз, то он, наверное, мог бы звучать так: «О страшном — без надрыва». «Аритмия» смешит, пугает, доводит до слез, заставляет искать выходы, но, как и последняя лента Андрея Звягинцева, не дает никаких советов — зато оставляет надежду. И в этом, вероятно, ее главная ценность: матрица «Нелюбви», в которой существует добрая половина из четырнадцати фильмов «Кинотавра», хоть и ненадолго, но разбита. Порок на экспорт пороком на экспорт, но на главном внутреннем фестивале страны победил фильм, полный любви.

2. «Теснота»

Приз за лучший дебют

Приз имени Даниила Дондурея Гильдии киноведов и кинокритиков России

Реж. Кантемир Балагов

«Теснота», о которой мы уже писали в Каннах, как и показанные в Берлине «Заложники», приехала на «Кинотавр» одним из фаворитов — и оставалась им до последнего дня, закончившегося показом «Аритмии». Зимний дворец в Сочи оказался хуже приспособлен для сложного звука «Тесноты», чем знаменитый Salle Debussy, но самый тактильный фильм фестиваля можно было легко понять и наощупь, без слов. Все комплименты, произнесенные в Каннах, повторились и в России: картину хвалили за целостность, неслучайность режиссерских решений, потрясающую игру актрис-дебютанток Дарьи Жовнер и Ольги Драгуновой и талант автора превращать очень локальные истории в универсальный сюжет-архетип. А вот претензия, озвученная в Каннах (что в художественном фильме не должно быть хроники реальной казни), в Сочи звучала реже: то ли нам привычнее насилие, то ли мы не задумываемся о табу на экране. В любом случае, именно из-за этой сцены изначально не верилось, что фильм может победить — и на год стать лицом российского кино.

3. «Заложники»

Приз за режиссуру

Приз за лучшую операторскую работу Владиславу Опельянцу

Реж. Резо Гигинеишвили

«Заложники» — история удивительного перевоплощения: на редкость деликатную драму о захвате самолета в СССР в 1983-м году снял режиссер «Жары» —спорного манифеста короткой эпохи благополучной Москвы нулевых. Но прошедшие между фильмами одиннадцать лет — большой срок, поэтому в «Заложниках» нет ни надрыва, ни фальши, ни самоуверенности. Это кино, ответственное и перед зрителем, и перед героями, и перед историей. В последнюю, правда, пришлось внести кое-какие коррективы — на Esquire выйдет интервью с режиссером, где он объяснит, почему это сделал. А заодно расскажет о том, что общего у «Заложников» с «Крестным отцом».

4. «Жги»

Приз за лучшую женскую роль Инге Оболдиной

Реж. Кирилл Плетнев

«Жги» можно назвать сенсацией фестиваля: мало того, что актер Кирилл Плетнев оказался уверенным режиссером, так еще и сюжет фильма сложно трактовать иначе, как «Ла-Ла Ленд» в женской тюрьме. Поэтому свинцовые мерзости, кочующие по так называемым остросоциальным фильмам, здесь встречают отчаянное сопротивление в душах персонажей: вместо того, чтобы сдаться, те поют. При этом сказочная история о золушке из колонии, поехавшей покорять московский шоу-бизнес, ни секунды не мешает психологической достоверности и правдивости повествования. Песни песнями, а героиням приходится принимать решения, которые ставят в тупик не только их, но и зрителей. Приз за лучшую женскую роль, кажется, стоило разделить между Ингой Оболдиной и Викторией Исаковой, потому что обе здесь проделывают работу, очень близкую к игре Бьорк в «Танцующей в темноте».

5. «Блокбастер»

Специальный диплом жюри

Реж. Роман Волобуев (снял свое имя с титров)

В этом году конкурс «Кинотавра» был наполовину составлен из комедий и мюзиклов, но открывший фестиваль «Блокбастер» сумел сохранить чемпионский титул. Теперь уже неясно, кого за это благодарить — режиссера Романа Волобуева или продюсера Илью Стюарта — но именно этот союз лучше всех разобрался с законами жанрового кино. И крепче прочих ухватился за дух времени, потому что феминистский посыл «Блокбастера» (как, кстати, и «Жги») — позиция, которую давно должны были занять мужчины-кинематографисты и которая в будущем, надеемся, будет звучать чаще. Остроумный текст, по‑хорошему пижонская съемка и неотразимые Устинова и Чиповская — лишь немногие из причин, почему картина получила диплом «За новый уровень жанрового кино».

6. «Голова. Два уха»

Приз им. Г. Горина за лучший сценарий Виталию Суслину и Ивану Лапшину

Диплом Гильдии киноведов и кинокритиков России

Реж. Виталий Суслин

Показ фильма «Голова. Два уха» на «Кинотавре» напоминал пиратский перехват эфира. В светское, даже несмотря на острую проблематику, вещание вдруг вклинилась прямая трансляция из жизни, которая происходит тут рядом. Как и положено реальности, в фильме нет стройной драматургии, что не помешало ему получить приз за сценарий. Причина: настоящее оказалось точнее вымышленного и вымученного. И героя, и актера зовут Иван Лапшин, но, в отличие от фильма Алексея Германа, он вряд ли станет вам другом. Это странный и нелюдимый парень из деревни, которого заманили в Москву обещанием работы, обманом заставили взять кучу микрокредитов и бросили в «макдаке». «Голова. Два уха» — это современная одиссея о скорби странствий и радости возвращения домой, но в отличие от других деревенских очерков последних лет, будь то «Белые ночи почтальона Алексея Тряпицына» или «Петя по дороге в Царствие Небесное», в этом фильме нет безоговорочной симпатии к герою. Попав в столицу, Лапшин поддается многим ее соблазнам — и это освобождает зрителя от тупого чувства вины. А кино, которое ни к чему не обязывает, провоцирует на движения души куда сильнее.

7. «Турецкое седло»

Диплом Гильдии киноведов и кинокритиков России

Специальный диплом им. Михаила Таривердиева «За музыкальное решение фильма»

Реж. Юсуп Разыков

Еще один скромный фильм, решающий тривиальную для российского кино задачу (выяснить, откуда в нас столько нелюбви) нетривиальным способом. Главный герой — бывший чекист, который никак не может смириться с потерей своего статуса вершителя судеб. Поэтому он работает охранником, постоянно за кем-то следит и страдает от профессионального заболевания — синдрома турецкого седла. Объекты наблюдения — более-менее репрезентативная выборка креативного класса: экспаты, геи, проститутки, творческая молодежь, молодая пара в кризисе. Все, что герой не видит своими глазами, он додумывает в черно-белых (но с вкраплениями цветов, как в «Городе грехов») снах. А в одну и мишеней, страшно сказать, влюбляется — и, кажется, вот-вот станет человеком. На пресс-конференции режиссер дал понять, что не испытывает к герою никаких добрых чувств и сравнивает его известно с кем. Однако в самом фильме даже вопреки воле автора есть тонкая материя любви — и из-за этой робкой попытки понять жизнь других его и хочется рекомендовать.

8. «Близкие»

Реж. Ксения Зуева

Полнометражный дебют Ксении Зуевой — актрисы и режиссера, известной по короткому метру «Геля». Если не знать о «Геле» то можно решить, что «Близкие» —заочный спор с «Нелюбовью». Война всех против всех внутри отдельно взятой семьи здесь тоже приводит к тому, что один из ее членов уходит из дома. Но семья здесь гораздо больше: бабушка, родители и вполне взрослые дочь и сын. У каждого есть своя сюжетная линия жизни. Пространство действия куда шире: кроме «Нелюбви» фильм напоминает как минимум о «Елене» и о «Школе». А в повествовании присутствуют минимум две развилки, на которых кажется, что «Близкие» вот-вот вылетят из общей колеи и начнут удивлять. Сперва в разборке жены и мужа вдруг происходит комическая путаница гендерных стереотипов: брутальный герой ни с того ни с сего начинает причитать, что ему испортили всю жизнь, а женился он «по залету». Но эта игра обрывается, не начавшись. А затем все герои ненадолго примиряются после исчезновения одного из членов семьи — но и этот черный юмор в духе «Убийства священного оленя» Йоргоса Лантимоса не получает продолжения. Так что фильм пусть и мастерски, но все же воспроизводит уже знакомую формулу «Нелюбви» — а хочется не ее, а противоядий.

9. «Скоро все кончится»

Реж. Алексей Рыбин

Половина фильмов этого «Кинотавра» оказалась политическими высказываниями, но внешнеполитические амбиции обнаружились лишь у «Скоро все кончится». Главный герой — якобы типичный русский «ватник», внутренний мир которого, впрочем, становится все сложнее и сложнее с каждой минутой. Главная героиня — немного карикатурная белокурая проститутка, в которой сразу угадывается носитель либерального мышления и украинского паспорта. Место их судьбоносной встречи — очень балабановский Петербург. Чувства героев друг к другу рождаются и развиваются в зоне соприкосновения двух разрушительных энергетических полей. Первую половину фильма на них действует облучение российской пропаганды, затем — украинской. Эта двойственность отталкивает от фильма и условных либералов, и условных патриотов, а его прямолинейность отторгает еще и ценителей кино, что куда печальнее. Но какие же хорошие и выразительные лица у ведущих актеров, с какой инстинктивной ловкостью они обходят все ловушки стереотипов, в которые их ведет сценарист!

10. «Прорубь»

Реж: Андрей Сильвестров

Еще больше политической сатиры в «Проруби» — сказке, написанной целиком в стихах. Если бы Леонид Филатов сочинял сценарии для «Дома-2» или новогодних шоу телеканала «Дождь», то получилась бы «Прорубь»: остроумный, парадоксальный и точный в своих наблюдениях поэтический донос на всех и каждого. Проблема фильма в том, что его единственный прием очень быстро себя исчерпывает: первые двадцать минут зал в Сочи смеялся, аплодировал и тихонечко подпевал, но затем целый час сидел в гробовой тишине, поглядывая на часы. Впрочем, а чего мы хотели: если долго купаться в проруби, можно в ней и остаться.

11. «Мертвым повезло»

Реж. Вадим Валиуллин

Еще один фильм, который начинается за здравие, а заканчивается в полном соответствии со своим названием. Первые двадцать минут — остроумный русский грайндхаус с искрометными диалогами, симпатичными негодяями и твердым нагнетанием и саспенса, и абсурда. Кажется, что вот-вот прозвучит наш ответ «Хижине в лесу», но нет: стоит пролиться первой крови, и все превращается в растерянный трэш. Но авторы умеют работать с диалогами, актеры играют гораздо лучше, чем предполагается жанром, и всем им без исключения не занимать самоиронии. А все остальное в себе можно и воспитать — например, к следующему фильму.

12. «Три сестры»

Реж. Юрий Грымов

Новая постановка Чехова оставляет зрителя с теми же мыслями, что и многие из предыдущих. Мысль первая: ах, какие же замечательные актеры! Мысль вторая: до чего же точно передана трагедия отложенной жизни героинь, несостоявшегося счастья, непринятого судьбоносного решения, бездарно потраченного времени. Проблема в том, что передается эта трагедия очень негуманным способом: зрителя самого на протяжении двух часов заставляют чувствовать себя одной из безвольных сестер. Надо бы встать и уйти — но нет ни воли, ни сил. Надо бы в Москву, в Москву, но прирастаешь к креслу кинозала в Сочи. А у Чехова, между прочим, кроме отстрелянных ружей остается почти неисследованный, но очень актуальный «Платонов», по которому уже вовсю ставят спектакли на Бродвее. Да и много чего еще. Но у нас экранизируют только базу — и прямо сейчас наверняка сочиняют очередной «Вишневый сад» про хрущевки.

13. «Рок»

Реж. Иван Шахназаров

Дебют ребенка большого режиссера — это всегда страшный суд и публичная казнь, но Ивана Шахназарова хочется укрыть от следствия и никому не выдавать. Его работа не похожа на отцовские, сделана без блатной самоуверенности и полна сюрпризов. Три начинающих музыканта из глубинки получают приглашение выступить в Москве на радио и пускаются в настоящее дорожное приключение. Смешного в фильме куда меньше, чем ждешь от молодежной комедии, а вот энергии юности и трогательного оптимизма — хоть отбавляй. И судя по победе «Аритмии», оптимизм снова в цене — так что у Шахназарова все впереди.

14. «Мифы о Москве»

Реж. Александр Молочников

Если «Жги» — это российский «Зверопой», то «Мифы о Москве» —это попытка скрестить «Старые песни о главном» и «Ла-Ла Ленд». В российскую столицу на деревянном плоту приплывает обаятельный грек. Волею судеб его выносит на берег светского общества, где каждый встречный напоминает ему кого-то из античных героев. Среди тех, кто согласился петь, плясать и смеяться над собой — Ургант, Бондарчук, несколько Верников, две Паулины Андреевы, Безруков, Виктория Исакова и еще пара дюжин самоироничных звезд. На фестивале «Мифы о Москве» замыкали парад конкурсных фильмов, но ударной нотой не стали: московская тусовка между собой их обругала, а сочинские зрители, не церемонясь, выходили из зала. Но кажется, во многом это вина не авторов, а показанной за час до того блистательной «Аритмии». «Мифам» же нужно дать еще один шанс — и желательно, в новогоднюю ночь.