Московская резиденция Jager Night Embassy стала третьим этапом глобального движения вслед за проектами в Берлине и Париже. Каждый четверг декабря Jager Night Embassy представлял вечерний шоукейс в прямом эфире, собранный перспективными креаторами из разных сфер. Кураторскую помощь участникам оказывали актер Саша Горчилин, певица Kate NV, художник Миша Мост, управляющий директор «Пикника Афиши» Дарья Шульга и сооснователь студии Sila Sveta Александр Ус. Jager Night Embassy задумывалась как ответ на кризис клубной и креативной индустрий, но в итоге стала для ее участников способом по‑новому выразить и себя, и свой творческий потенциал. Этими участниками стали хореограф Альбина Вахитова, театральный режиссер Илья Шагалов, DJ Dimixer — автор и ведущий YouTube-шоу «По студиям», выигравший премию Jager Music Awards в категории Young Blood Project, и Антон Лисин. Музыка, мода, танцы, театр — каждая из дисциплин нашла отражение в рамках отдельной тематической недели на платформе Jager Night Embassy.

Антон, чаще всего о тебе пишут, что ты независимый дизайнер, чья одежда вдохновлена современной эстетикой российской глубинки. Можешь рассказать подробнее об этой эстетике? Из чего она формируется? Есть ли в этом какая-то эволюция?

Эволюция есть, потому что изначально мое восприятие этой эстетики было достаточно мрачным — начиная с того, что я делал только черные вещи и вообще думал, что никогда не буду делать цветные. Все начало постепенно меняться, так как менялся мой внутренний мир, происходил рост и переоценка ценностей. Все перевернулось. Поэтому я и использую формулировку «От тьмы к свету» — это обо мне, это мой личный путь от тьмы к свету

То есть сейчас ты сам находишься в процессе эволюции. Это в том числе год на тебя повлиял или это твоя внутренняя инерция, обусловленная личными причинами?

— Этот год, конечно, повлиял на меня, и именно в положительном ключе. Внутренне я ждал этого момента, и он случился. Он позволил мне все пересмотреть, переоценить и поменяться. Когда начался первый карантин, я понял, что могу бросить все, чем занимался, могу от всего отстраниться. До этого у меня было чувство ответственности: «А что будет, а вдруг я все потеряю?» А тут у меня появился…

Карт-бланш.

— Да, у меня появились причины реально все взять и бросить. До этого момента, кажется, был страх, а на карантине все само получилось, мне даже не пришлось прикладывать усилия. Я уехал из Москвы за город, жил в доме на природе, гулял по лесу. За это время я кардинально поменялся, понял, что какие-то модели моего поведения, моей работы уже устарели, и я почувствовал, куда и как мне стоит двигаться дальше, что именно в моем поведении и моих привычках мне уже не нужно, от чего мне стоит избавиться. Я почувствовал себя полноценно и умиротворенно, меня переполняло чувство любви и благодарности. Я еще никогда в жизни такого не испытывал.

В октябре ты показал коллекцию «От тьмы к свету», которая созвучна твоему вчерашнему перформансу, на «Флаконе» при поддержке Jagermeister. Расскажи, как сложилось это партнерство?

Из всех брендов, которые поддерживают творческую и музыкальную сцену, Jagermeister всегда казался мне ближе всего по своему видению. И это мое первое подобное сотрудничество. С ребятами из Jagermeister меня познакомил мой друг Владимир, на тот момент у меня уже была идея показа, я просто не хотел проводить его в Москве. В процессе организации и обсуждения мы многое поменяли, и в итоге все прошло даже лучше, чем я ожидал. Эту коллекцию я начал готовить в январе, еще тогда я говорил, что не могу избавиться от ощущения, что в этом году абсолютно все будет по‑другому. Я специально не вносил в нее никакие правки, она получилась предчувствием событий.

Мне кажется, каждый модный показ — это своего рода перформанс, сразу вспоминается Александр МакКуин, у которого показы были настоящими драматическими спектаклями. Расскажи о том, как ты придумываешь свои показы и какой из них был самым запоминающимся?

Моя первая коллекция была показана на неделе моды в Москве; честно признаться, это было спонтанное решение, мне представилась такая возможность, я решил от нее не отказываться. На тот момент у меня не было опыта в организации мероприятий такого масштаба, и сам я бы вряд ли справился. Второй показ я придумал и провел сам, он прошел в городе Сергиев Посад, в музее, в соседнем здании со Свято-Троицкой Сергиевой лаврой. Модели ходили в пространстве экспозиции, посвященной лавре, где присутствовали старинные иконы, облачения, утварь, кресты. Я удивился, что нам пошли навстречу и нас туда пустили.

В твоих коллекциях много отсылок к религиозной тематике, особенно к православному христианству. Почему ты выбрал эту эстетику, если можно так выразиться?

Это мои внутренние переживания, мой внутренний опыт, отражение того, что происходит внутри меня. Коллекция «Не унывай, душа моя» была придумана, когда я находился в очень тяжелой депрессии. Каждый предмет соответствует моему состоянию на момент его создания, все синхронизировано. «Не унывай, душа моя» — для меня уже пройденный этап, но многим людям это нравится, их это цепляет, они до сих пор готовы это носить. Буквально на этой неделе мы сделали ресток шарфов с этим принтом, которые были созданы в 2018 году.

Религиозные символы — очень мощная история. Ты в это веришь?

До какого-то момента я в это не верил, а потом случилось так, что поверил. Изначально я начал использовать эту тематику чисто эстетически. Я придавал значение, но я не был религиозным человеком. Я не ходил на службы, я не ходил на исповедь, я не причислял себя к какой-либо религии. Мне все было интересно. Потом я начал вдохновляться православной эстетикой, использовать какие-то символы. И если честно, я боялся, что в какой-то момент могу встретиться с фанатиками, которым это не понравится. Когда я только начал, у некоторых была естественная реакция: «Что это вообще такое?», «Что за богохульство?» А потом люди, так или иначе связанные с РПЦ, увидели мои вещи и вдохновились, им понравилось, и они захотели меня поддерживать. Это стало для меня толчком, дало новый ход моей жизни. Я начал знакомиться с людьми, связанными с православием, например священниками. И они изменили мое представление о религии. Я думал, что священники — закрытые от мира люди, с которыми сложно общаться, которых нужно бояться, но в действительности оказалось иначе. Конечно, все люди разные, в том числе и священники, но те, которых встретил я, избавили меня от стереотипов. И это тоже стало переломным моментом, внутри меня появилась вера в человечество.

Также ты часто используешь тибетские инструменты. Например, в твоем вчерашнем перформансе «От тьмы к свету» поющие чаши были использованы для сеанса групповой медитации. Близка ли тебе концепция буддизма?

Я считаю, что нельзя концентрироваться на чем-то одном и отвергать все остальное. Многие моменты и идеи тех или иных религиозных культур — они про одно и то же, просто в разной оболочке. Разная форма, но одинаковое содержание.

Справедливо. А ты сам медитируешь? Почему ты выбрал идею групповой медитации?

Да, хотя мне это сложно дается. Я тревожный человек, мне тяжело заставить себя забыть про все и начать медитировать, но я стараюсь. Я считаю, что если тебе что-то помогает, то стоит это делать. Я долго думал над идеей перформанса, а потом у меня была одна бессонная ночь, я слушал поющие чаши, и вдруг в моей голове все сложилось, весь сценарий, вся картинка — за одну ночь. На следующий день я описал свою идею ребятам из Jager Night Embassy. Всем понравилось, что этим перформансом мы не просто заканчиваем проект, а символизируем этот год как переходный. Я хотел дать людям понять, что ощущал, когда ушел на самоизоляцию, резко все бросил и остался наедине с собой. Хотел передать именно чувство, его вес, дать людям возможность взять паузу, чтобы за час они начали думать в другом векторе. Со мной были мои близкие друзья. Люди, с которыми мы не просто знакомы, но с которыми я так или иначе взаимодействовал в духовном плане, мои родственные души. Художник, который все это время рисовал полотно в абстрактном стиле — это символизм. Звонок людям, чтобы они не забывали, думали о том, кто они, зачем они здесь. Чтобы было осознание того, что они — единое целое со всем миром, что нужно взаимодействовать, двигаться вместе. Я делаю акцент на том, что в будущем двигаться одному, пытаться доказывать, что ты лучше всех, — этому не будет места. В будущем будет место взаимодействию, объединению, кооперации.

Частью перфоманса также стал Оракул (Оля Осипова, известная как Ретроградный Меркурий), она отвечала на вопросы зрителей офлайн и онлайн о будущем. А чего ты ждешь от условного будущего, которое должно наступить?

Я жду, во‑первых, изменений от себя лично, потому что если я не начну менять себя, надеяться, что поменяется моя жизнь, просто глупо. И я уже начал меняться. Только тогда начнут появляться другие люди и откроются новые пути. Мне нужно расширить свой кругозор, чтобы увидеть больше. И я понимаю, что на это нужно время. Людям с подобной концепцией достаточно тяжело двигаться в современном мире, сложно найти родственные души, найти поддержку. С такими взглядами ты легко можешь в этом мире стать изгоем.

Ты смотрел перформансы других ребят, что тебе особенно понравилось?

До проекта я не знал всех ребят. Круто, что и этот проект как символ сотрудничества объединил в одном месте таких совершенно разных людей и дал им возможность реализовать себя. Мне очень понравился перформанс Альбины Вахитовой. Он был очень необычный. И мне представилась возможность сделать что-то новое. До этого я организовывал показы и вечеринки. А сейчас попробовал себя в другой роли. Проект объединил совершенно разных уникальных людей, и каждый участник смог открыть в себе новые творческие стороны и выразить их.

Подробнее о проекте можно прочитать на сайте, а также в страницах Jager Night Embassy «ВКонтакте» и в Facebook.