Кот на мельнице. Парижские кабаре — рай для богемы

Филологи считают, что слово кабаре во французский язык попало из пикардского или валлонского, где «cambrete» или «cambret» означало «маленькую комнату». В 13-м веке в документах мелькает слово «kaberet», а в средненидерландском «кабаре» начинают называть дешевые ночлежки и рестораны.

Crave Фотограф: Александр Мультиков
Crave

Есть и более романтичная версия. Блюдо, разделенное на секции, на котором можно разом подать несколько угощений, также называется кабаре. Возможно, увеселительные заведения вдохновились такой концепцией и позаимствовали название у посуды. Мол, в кабаре так же получаешь целую гамму впечатлений. В этой версии есть смысл: в первых кабаре, еще в конце 15-го столетия, зрители платили за тарелки, а не за бокалы (привет, шведский стол).

Наличие скатерти и еды сразу же отделило кабаре от таверн, сделав их в глазах посетителей более достойными заведениями. Хотя ни о каких шоу тогда речи не шло: занятую едой публику развлекали разве что музыканты, да и то не всегда. Скудный репертуар не мешал кабаре привлекать богему: здесь собирались актеры, поэты, писатели, художники и их приближенные, от баснописца Жана де Лафонтена до крестного отца комедий Жана Батиста Мольера. Постепенно богема насытилась ужинами и разговорами и решила перебраться из-за столика на сцену. В 18-м веке стали множится так называемые «кафе-шантаны» (от фр. «chantant» — пение). Гостей развлекали живой музыкой и цирковыми номерами, словом, старательно удивляли. Известно, например, что в «Cafe des Aveugles» в погребе парижского Пале-Рояль за программу отвечал оркестр слепых музыкантов.

Первое кабаре в современном смысле слова открыли, разумеется, в сердце богемного Парижа: в 1881-м на холм Монмартр запрыгнул «Черный кот» (La Chat Noir). Детище Луи Салиса окончательно отвлекло посетителей от еды и заставило их внимательно следить за происходящим на сцене. Салис также выполнял роль острого на язык конферансье, который отпускавшего политические шутки. В зале бок о бок сидели как богачи, так и нищие артисты. Угадайте, в чей адрес были направлены все колкости?

Артисты находили место на сцене, а писатели — в одноименном еженедельном журнале (1882−1895), где публиковали новости о кабаре и Монмартре, очерки, эссе, анекдоты и стихи. «Черный кот» быстро перерос свою исходную «будку» и перебрался в более просторное помещение, а в 1890-х уже отправился с гастролями по Франции, что было неслыханно для кабаре тех времен. Смерть 45-летнего Салиса в 1897-м логично усыпила и его «Кота», хотя в 1907-м уже новые владельцы открыли одноименное кабаре по новому адресу (теперь это отель). В поп-культуре «Черного кота» увековечил график Теофиль-Александр Стейнлен, нарисовавший множество афиш для кабаре. Самая известная попала и в экранизацию «Завтрака у «Тиффани», и, кажется, в каждый магазин с постерами на планете. Существует даже русскоязычная версия легендарного плаката: неожиданная смерть Салиса разрушила планы российских гастролей его труппы.

Знаменитый «Мулен Руж» («Красная мельница») открылся в Париже аккурат ко Всемирной выставке 1889-го, завлекая местных и заезжих зрителей весьма откровенной программой и соблазнительным местоположением: в паре шагов находился квартал красных фонарей. Интересно, что вызвало больший интерес у парижан: построенная в том же году Эйфелева башня или все-таки придуманный в «Мулен Руже» танец канкан. Программа кабаре становилась эротичнее буквально с каждым днем. По мнению многих, именно здесь в 1983-м придумали современный стриптиз. Правда не могут определиться, где это было: на сцене, где выступала обнаженная «Клеопатра» в сопровождении раздетых спутниц, или в зале, где две подвыпившие натурщицы вдруг сбросили с себя одежду. В итоге многочисленные скандалы и красочные афиши художника Анри де Тулуз-Лотрека быстро прославили «Мулен Руж» на весь мир. К концу 19-го века кабаре-лихорадка охватила Нидерланды, а в начале 20-го прокатилась по Германии, Польше, Швейцарии, США, Великобритании и другим странам.

Crave Фотограф: Александр Мультиков
Crave

Еще одним местом силы парижской богемы был гибрид кабаре и мюзик-холла «Фоли Берже». Здание появилось еще 1869-м и пережило множество жанровых метаморфоз: тут ставили оперетты и комедийные оперы, проводили концерты и показывали гимнастические выступления. В 20-м веке характер шоу стал предельно откровенным: в 1926-м афро-американская танцовщица Жозефина Бейкер вышла на сцену в крошечной юбке из искусственных бананов.

Недолгая жизнь кабаре в Российской империи

В Российской империи тоже были свои кабаре, правда каждый хозяин трактовал европейский формат по‑своему. Московский театр-кабаре «Летучая мышь», открытый в 1908-м как закрытый клуб актеров МХТ, был скорее театром миниатюр, чем кабаре в привычном нам смысле слова. Репертуар был максимально юмористичным, зрителей кормили, но литературовед Борис Эйхенбаум все равно остался недоволен: «Здесь нет того ядовитого алкоголя, который знаком посетителю петроградских подвалов. Лубочные панно, лубочный юмор и стильные сценки и, наконец, сама фигура хозяина, хлопочущего о гостях, — это все такое московское, что петроградец зевает до конца и уходит разочарованный».

Королем тех самых «петроградских подвалов» был «Подвал Бродячей собаки» по адресу дом №5 по Михайловской площади, где с 1911 по 1915 собиралась и местная богема, и знать (как было в парижском «Черном коте»). Правда и тут ни о каких красных мельницах и резвящихся куртизанках речи не шло. Руководителя Бориса Пронина куда больше интересовал не канкан, а поэзия, поэтому гвоздями программы в его кабаре были публичные выступления светил Серебряного века: от Маяковского до Ахматовой. Развлекали посетителей не только словом, но и танцевальными номерами, романсами, цыганскими выступлениями, театральными постановками и многим другим. Об истинных причинах закрытия «Подвала» спорят до сих пор. Кто-то винит Маяковского, зачитавшего тут свое «Вам». Другие — нарушение сухого закона (какое кабаре могло существовали без алкоголя?!). Есть и менее эффектная версия: Первая мировая напрочь убила интерес к кабаре.

В 1911-м в Петербурге появился Троицкий театр миниатюр, который также вдохновлялся традициями кабаре. Глава антрепризы А. М. Фокин прямо сообщал прессе, что ориентируется на европейские кабаре и хочет всячески развлекать зрителей своего небольшого (350−400 мест) театра буффонадой, пародией и прочими «легкими» жанрами. Столиков тут не было, да и сцена была четко отделена от зрителей. Вскоре хозяева перестали упоминать слово «кабаре», а в 1918-м театр закрылся.

Crave Фотограф: Александр Мультиков
Crave

Первое послереволюционное десятилетие «буржуазная» культура Европы и США жила на территории СССР по большей части в виде пародий, а к 1930-х смотреть на Запад стало даже опасно. У искусства больше не было миссии развлекать: теперь оно должно было быть полезным и информативным. В 1937-м закрылись мюзик-холлы, а уж о кабаре речи идти не могло. Чтобы понять, насколько неуместен жанр был в СССР, можно вспомнить, что получивший рекордные 8 «Оскаров» фильм-мюзикл «Кабаре» (1972) добрался до отечественного проката только в конце 1980-х. Иронично, что музыка из фильма совершенно легально издавалась «Мелодией» на виниловых пластинках.

Правда и с развалом СССР кабаре не спешило покорять наши реалии. К чему кокетство и ирония, когда можно взять быка за рога и просто наплодить по стране стрип-клубы? Режиссер театра-кабаре Crave Василий Козарь связывает долгое отсутствие кабаре в современной России с нехваткой кадров: «Этот жанр присутствовал всегда, но в очень небольших количествах и скромных реализациях. Специалистов и людей, кто горит этим, не так много». В 2000-х и 2010-х о кабаре чаще всего вспоминали либо в связи с единичными театральными постановками (а кабаре без столиков — уже не кабаре), либо из-за гастролей французского титана Crazy Horse.

Живучее, как лошадь. Почему кабаре Crazy Horse не закрепилось в России

«Дикая лошадь» взобралась на парижскую кабаре-сцену сильно позже своих предшественников: камерный зал с уютными столиками и высоким ценником Ален Бернарден открыл в 1951-м году. Кабаре быстро прославилось не только первоклассным шоу, но и жесточайшими требованиями к отбору танцовщиц. Тут впору пошутить, что правила действительно конские: девушки должны подходить по росту, весу, объему груди и чертам лица. Впрочем, помимо фабрики танцовщиц еще было полно других артистов, от мимов до иллюзионистов.

В отличие от «Черного кота», свернувшего деятельность после кончины своего основателя, у Crazy Horse дела идут полным ходом даже после самоубийства Бернардена в 1992-м. Кабаре давно превратилось в полноценный бренд, который прекрасно чувствует себя далеко за пределами Парижа, а в труппе девушки со всего света. В 2011-м даже организовали громкий кастинг в России в фойе гостиницы «Космос» (там же проводили первые гастроли кабаре). Хотя к тому моменту в команде Crazy Horse уже и так были российские танцовщицы.

PR-агент Ксения Маренникова вспоминает, что работа по завоеванию российской аудитории у Crazy Horse шла в два этапа: «Сначала в 2011-м мы знакомили страну с брендом. А потом уже пополняли аудиторию и привлекали внимание СМИ кастингом с участием звездного жюри. Мы организовывали пресс-тур в Париж. У парижского шоу действительно невероятный уровень: номера, свет, костюмы, оформление, само помещение. Это большое искусство и настоящий символ Парижа. Не могу сказать, что наш «Космос» был удачной площадкой для такой постановки. Да и ассоциации с кабаре у нашей публики тогда были в основном по казино «Метелица». Поэтому в России билеты стоили меньше, а площадка была намного больше парижской — концертной, не камерной. Московская публика на том первом шоу была очень разной: и любители театра, и состоятельные господа, и простые люди, которые пришли посмотреть на голых француженок. Мы специально не сужали аудиторию: нашей главной целью было рассказать историю Crazy Horse. Поэтому о нас писали, например, и BBC, и «Комсомольская правда». Мы продали все билеты, и отзывы были в основном восторженные. Дальше мы начали придумывать разные истории, чтобы не повторяться. В том числе тот самый московский кастинг, победительницы которого потом поехали на парижский отбор».

Crazy Horse продолжили регулярно приезжать с гастролями, но Маренникова к этому отношения уже не имела: «На мой взгляд, следующие московские площадки не соответствовали качеству кабаре. И, кажется, интерес к Crazy Horse у нас стал угасать. Это жалко, потому что у парижского оригинала очень сильный менеджмент и команда в целом. Это механизм, работающий как часы. Все девушки удивительные, талантливые и абсолютно идеальные. Это шоу, которое безусловно стоит своих денег. Удивительно, что они столько лет держат и развивают свой бренд, не изменяя своему формату. Если бы шоу нашло постоянный театр в Москве, история сложилась бы совсем иначе».

Crave: первый полноценный театр-кабаре в современной России

Поворотным моментом в истории российских кабаре стала осень 2019-го, когда на Китай-городе открылся проект Crave. Детище бизнесмена Олега Кулухова с ходу решило главную проблему Crazy Horse: Crave приглашал гостей в собственный театр, построенный специально под шоу. Кстати именно сюда в марте 2020-го собирались приехать с очередными гастролями и Crazy Horse, но помешала пандемия.

Crave Фотограф: Александр Мультиков
Crave

У Crave все получилось одновременно камерно и эффектно. На каждом столике — бутылка игристого (подсветка столика тоже участвует в постановке), в фойе перед шоу и в антракте — дополнительные развлечения. Пить в зале можно, а есть разрешают только шоколад, ягоды и черную икру. Как говорят организаторы, «чтобы не привносить в атмосферу лишние ароматы». Уже в фойе можно купить и брускеты с белыми грибами, устрицы, и прочие деликатесы.

Так в современной России появился театр-кабаре. Впрочем, первые полгода Crave сознательно избегали упоминания слова «кабаре», боясь неправильных ассоциаций. Но вдруг в зале мелькнула Людмила Путина, и все выдохнули: искушенная московская публика приняла и поняла новый формат. В Crave уже прошло более 170 выступлений, билет на одно из таких стоит от 10 до 30 тысяч рублей.

Директор по развитию Crave Елизавета Павлова не лукавит, когда говорит, что шоу «лучше увидеть, потому что словами не описать». «Crave — это симбиоз всего лучшего, что было со времен создания кабаре, и всех современных инноваций, художественных решений, технологичных нововведений и драматургической мысли», — говорит Василий Козарь. По его словам, представления в кабаре дают зрителю «ощущение откровенности в воображении и мыслях».

Двухчасовое шоу Crave под названием What Women Want переосмысляет и освежает многолетние традиции кабаре, но делает это изящно и с любовью: вот вам классическая акробатика в чулках и с голой грудью, а вот уже вог под дабстеп и неоновая фантазия на велотренажерах под «Pump Up the Jam». Акцент на танцах, живом вокале и пластических номерах. Огромное внимание уделено виртуозным видеопроекциям: шоу невозможно упрекнуть в старомодности. Сюжет условен, один номер перетекает в другой так же плавно, как слетают слои одежды с прекрасных тел. К слову о телах: законы кукольного инкубатора Crazy Horse отброшены в сторону. Да, на большой (около 25 человек из 3500 проходивших кастинг) актерский состав, безусловно, приятно смотреть. Но в Crave ценится индивидуальность каждого участника, а не общие стандарты. Эротики в шоу достаточно, но она либо игривая, либо стильная, но никогда не пошлая. И в любом случае намного более скромная, чем, например, в наиболее дерзких спектаклях «Гоголь-центра».

Очевидная звезда шоу и один из немногих мужчин-артистов проекта — 31-летний алтайский танцор Айхан Шинжи, за плечами которого годы работы в государственных театрах России, звездный выход в клипе Artik & Asti и ряд телепроектов («Танцы», «Comedy Woman», «Танцуй!»). Crave — его первый опыт в кабаре. Но вы никогда не догадаетесь об этом, глядя на то, как он бегает в гигантском колесе, гримасничает в ироничном «постельном» номере или развлекает зрителей бродвейскими танцами в антракте. «Кабаре мне нравится практически всем, — признается Айхан, — Культура и эстетика тела, линии, акцент на человеческой красоте. Привлекает камерность этого направления: зрители близко и лучше чувствуют нашу энергетику. И, наконец, все очень насыщенно, всегда что-то происходит. Постоянное движение».

Crave Фотограф: Александр Мультиков
Crave

Режиссер Василий Козарь добавляет, что артист кабаре должен быть «очень мобильным, универсальным, уметь быстро переключаться из одного состояния на другое, держать темп». Шоу Crave и правда целиком построено на контрасте: то томный сольный танец на огромном пистолете, то пышный групповой выход в туфлях с каблуками-ножами. Менять приходится не только настроение, но и костюмы (их шьют специально под каждого артиста). «Порой на полную смену образа есть всего минута, — рассказывает главная солистка Crave, 29-летняя Светлана Камбур, — Иногда даже нет времени отдышаться после активного и сложного танцевального номера. Просто бежишь дальше. Добавим к этому огромное количество разнообразных характеров и перевоплощений на протяжении всего шоу. Вот, с чем мы работаем 5−6 раз в неделю, каждый раз по 150 минут».

Но Камбур, в резюме которой есть и выступление на Церемонии открытия Олимпийских игр в Сочи, и шоу «Танцы на ТНТ», совершенно не жалуется: «Во мне всегда присутствовал дух бунтарства. Возможно, этим мне и нравится кабаре: здесь, несмотря на всю его женственность, флирт и дух праздника, присутствует легкий шлейф провокации и вызова себе, окружающим и, может быть, всему миру. Особенность работы именно в кабаре еще и в контакте со зрителем. Это всегда волнительная и непредсказуемая игра. Также приятно, что ты, танцовщик, наконец-то выходишь на первый план и получаешь свою порцию внимания. Тут твой труд и проделанную работу точно оценят по достоинству». Стереотипов, связанных с кабаре, Камбур не боится: «Наверное, многие думают, что это слишком откровенный жанр, потому что он пришел из Франции. Но лично для меня нагота — просто изюминка, деталь, а не главная составляющая. Главным в кабаре всегда было импровизированное представление из самых разных жанров. У нас так же».

Ее коллега, 32-летняя Карина Ким, добавляет, что ей кабаре ценно «волшебной атмосферой праздника»: «Создается впечатление, что этот праздник и есть сама жизнь. А зритель будто сам становиться его частью». Праздник будет продолжаться: по словам Козаря, в Crave уже идет работа над следующим представлением. «Мы готовим большую премьеру, в которой добавляем новые виды искусств, такие как stand up».

Бурлеск: ваше личное кабаре

Команда Crave — исключительные профессионалы. Но что делать тем, кто только осваивает мир кабаре? Для начала обратить внимание на бурлеск. Его часто путают с кабаре, а в наше время границы и вовсе размылись. Но если пойти к истокам, то можно вспомнить, что бурлеск начинался как комичный литературный жанр на закате Средневековья. Во главу угла было поставлено сочетание несочетаемого (само слово происходит от итальянского «burla», то есть шутка).

В середине 19-го века слово ассоциировалось уже с варьете, в котором девушки исполняли весьма игривые танцевальные номера. Мода на бурлеск сохранялась примерно до Второй мировой, но к тому моменту речь шла уже скорее о классическом стриптизе. В наши дни бурлеск прочно прописался в поп-культуре: тут можно вспомнить, например, фильм «Бурлеск» (2010), в котором героиня Шер учила Кристину Агилеру игриво подкидывать ноги в сетчатых колготках.

Интересно, что фильм снял Стив Энтин, родной брат Робин Энтин. Именно она в 1995-м основала бурлеск-труппу The Pussycat Dolls, которая 10 лет спустя трансформировалась в полноценную музыкальную группу. В 2009-м она рекрутировала бывшую танцовщицу из французского кабаре Crazy Horse, Арию Крэсцендо, в новый коллектив Paradiso Girls, но эта затея не увенчалась успехом (группа распалась после пары синглов). Однако факт остается фактом: именно Робин Энтин познакомила уже несколько поколений с бурлеском и доказала, что он совершенно комфортно может чувствовать себе и 21-м веке.

В последние годы бурлеск в России начал расцветать. Есть и школы бурлеска (оффлайн и онлайн), и шоу, и крупные фестивали. Причем шанс дают каждому: совсем не обязательно иметь в числе бывших мужей Мэрилина Мэнсона.

«Сначала в бурлеск решила пойти моя 23-летняя дочь, — рассказывает 49-летний маркетолог Ирина Рыженкова (сценический псевдоним Iren Neri), — Я ходила ее поддерживать, а потом сама захотела выступить. После очень серьезной травмы! В итоге подготовила номер «Liberté (Свобода)» и показала его в феврале на фестивале Russian Burlesque Festival. Опыт был непередаваемым: лучше всего это можно описать как беременность. Вынашиваешь номер, репетируешь, волнуешься, а потом раз — и ты уже на сцене. И это твой ребенок! Для меня это был очень важный момент. У меня не модельная внешность и не идеальная фигура, я вообще не из творческого мира. И это очень приятно, что меня так тепло приняли в этой вселенной. Тут не важен ни возраст, ни пол: у нас есть прекрасный представитель boylesque. И совершенно не обязательно полностью раздеваться. Я исполняю «бостонскую версию» бурлеска, то есть остаюсь на сцене в корсете. Бурлеск — это не стриптиз. Никто не заставит вас танцевать обнаженными, если вы этого не хотите. Или танцевать в принципе. Например на шоу Ladies of Burlesque были и мимы, и акробаты, и вокальные номера. Это целый мир. Совместный номер с дочкой мы пока не готовим, но над следующим сольным выходом я уже думаю».