Каково это - работать детским клоуном в горячих точках
Далее Каково это — работать детским клоуном в горячих точках
Каково это - быть худшим лыжником на планете
Далее Каково это — быть худшим лыжником на планете

Два наркокартеля, Хуарес и Синалоа, ведут борьбу за контроль над шоссе, пролегающим неподалеку от города Прахедис-Герреро на севере Мексики, что делает это место одним из самых опасных в стране. В 2010 году был убит начальник местной полиции Мануэль Кастро — его долго пытали, а затем отрубили голову. 18 октября 2010 года шефом полиции стала 20-летняя студентка Марисоль Вальес Гарсия, учившаяся на криминалиста, — других претендентов на место не было. Она продержалась там лишь шесть месяцев, после чего сбежала с семьей в США, где в настоящий момент ждет решения о предоставлении политического убежища.


МАРИСОЛЬ ВАЛЬЕС ГАРСИЯ, безработная, 23 года:

«Я родилась в Прахедис, и город моего детства не был таким опасным, как сейчас. Мэр устраивал танцы и массовые гулянья, наш регион даже привлекал туристов. Но постепенно, прямо на моих глазах, ситуация становилась все хуже и хуже. На улицах стали появляться незнакомые люди. Вскоре начали пропадать жители города — друзья, ребята, с которыми я училась в школе. Иногда их тела находили, иногда — нет. Поначалу все были в полном шоке, но время шло, и мы стали привыкать. Самое ужасное, что все это для нас стало нормой.

Некоторые мои одноклассники из небогатых семей вдруг стали разъезжать на роскошных машинах. Если я спрашивала у кого-то из них: «Откуда у тебя деньги на машину?», ответ был всегда одинаковым — пожимает плечами и коротко бросает: «Работаю». Все знали, что это за работа.

Я помню близкого друга нашей семьи, Аарона. Он был пекарем, молодой парень — 22 года, очень веселый, любил поговорить, всегда умел меня рассмешить. Помогал моей маме делать покупки, выполнял мелкие поручения. Его застрелили, когда он просто ехал по городу — прямо за рулем. Дедушка Аарона, сидевший на пассажирском сиденье, тоже погиб.

Стать начальником полиции мне предложил мэр. После нашего разговора он пришел ко мне домой, чтобы обсудить все с моей семьей — родителями, сестрами, мужем. Все меня очень поддержали, когда узнали, что я согласилась на должность. Муж сказал, что будет помогать мне во всем и сидеть с ребенком, хотя он очень уставал на работе — он был помощником механика.

В полицейском отделении многого не хватало — очень мало людей и мало денег. У нас работали всего два полицейских-мужчины. При этом только они имели право носить оружие и производить аресты, женщины вооружены не были. У моих коллег-женщин даже формы не было — просто бейджи с именами и фотографиями.

Помимо наркоторговли самые популярные преступления в Прахедисе — это грабежи и насилие в семье. Мы не боролись с наркотиками, для этого в Мексике есть другие организации. Мы просто хотели помочь людям жить, не испытывая постоянного страха за свою жизнь. Самое первое дело, с которым мне пришлось разбираться на новом посту, — жалоба на мужчину, который в пьяном виде приставал на улице к жителям города. Мы локализировали хулигана и доставили его в отделение.

Страх был всегда. Это нормально, потому что я человек, как и все. Фасад нашего участка был буквально изрешечен пулями, но до какого-то момента мне казалось, что это должно только сплотить нас, полицейских. Должно заставить искать друг в друге опору, чтобы вместе бороться за безопасность горожан. Я видела, что местные жители мне доверяют, и это, конечно, тоже меня очень поддерживало. Мне помогало, когда я видела людей, не позволяющих себя запугать: горожан, гуляющих на главной улице со своими семьями, детей, играющих в футбол во дворах.

Но теперь я боюсь возвращаться назад, боюсь за свою семью. Я привлекла слишком много внимания к Прахедису, и это очень не понравилось наркокартелям. Почти сразу же после того, как я заняла свой пост, мне позвонил представитель одного из картелей с предложением работать на них. Когда я отказалась, они стали звонить с угрозами мне и моей семье. Сначала я игнорировала звонки, но вскоре стала замечать, как странные типы курсируют на машинах возле моего дома. Я была настолько испугана, что попросила отца подвозить меня до работы.

1 марта мне позвонил мужчина и сказал, чтобы я готовилась к тому, что придут убивать меня и мою семью. До этого я не хотела уезжать в Америку, покидать свой пост. Но у меня больше не было выбора: каждую минуту можно было ожидать облавы. Отъезд был спонтанным, и мы даже не успели упаковать чемоданы: собрались за полчаса, взяв с собой только все самое необходимое.

Мы никому не сказали о том, что уезжаем. Мой отец был вне себя от ярости, мама плакала и была в совершенной панике — то она думала, что забыла ключи, то сумку, то еще что-то. Мы все были в состоянии истерики и ужаса. Нам казалось, что нас могут поймать в любой момент. До границы мы добрались в ужасном состоянии. Я объяснила пограничникам, кто я такая и что произошло, и нам разрешили проехать. Как только мы оказались в США, я смогла вздохнуть с облегчением. Через несколько дней после того, как мы с семьей — сыном, мужем, родителями и двумя сестрами — перебежали границу, я получила новости о том, что в день нашего побега дом моих родителей взломала и ограбила группа людей с автоматами.

Люди бегут из Прахедиса. Сейчас в городе не осталось почти никого из моих бывших одноклассников: кто-то сбежал, кого-то убили, кто-то просто исчез.

У тех, кто остался, просто нет выбора — и они продолжают жить в городе в ежедневном страхе за свою жизнь.

Наверное, я была слишком наивной. Я не ожидала, что все закончится настолько плохо. У нас была красивая мечта: вернуть людям доверие к полиции и дать им хотя бы немного надежды на лучшую жизнь. Но когда я смотрю на Мексику (из техасского города Эль-Пасо, куда перебралась семья Марисоль, можно увидеть мексиканские поселения, расположенные по ту сторону границы. — Esquire), мне становится грустно: я понимаю, что, скорее всего, я никогда больше туда не вернусь».