Наблюдая за играющими в Dungeons & Dragons мальчишками из «Очень странных дел», мы, кажется, забыли милитаристское происхождение настольных игр. В XIX веке прусская армия была одной из первых военных институций, сделавших игру в настольную стратегию Kriegsspiel обязательной академической дисциплиной для офицерского состава. В 1913 году писатель-фантаст Герберт Уэллс заканчивает работу над стратегией «Маленькие войны» для — процитируем аннотацию — «мальчиков возрастом от 12 и до 100 лет», но в которую играют и в престижной Королевской военной академии в Сандхерсте. В 1941 году британский капитан флота Гилберт Робертс и десять членов «Рен» (женское подразделение королевских военно-морских сил Великобритании) составили план операции «Распберри» по уничтожению немецких подлодок, играя на полу в нечто похожее на «Морской бой». Понятно, историю RPG, пошаговых стратегий и игр вроде Warhammer, Warcraft и King’s Bounty, можно протянуть к их генеалогическим предшественникам — настольным или коллекционным карточным играм. Возьмем на себя смелость и скажем больше: настольные игры определили основы современных гейм- и фичер-дизайна: систему кривой роста персонажа, лут и артефакты, правила боевой системы, ограничения и прочие сакральные вещи игростроения.

EA Originals

Lost in Random — один из самых внимательных, точных и изобретательных тайтлов последних лет, почти с академической выправкой изучивший историю настольных стратегий и превративший это знание во все составляющие игры: в сюжет, геймплей, внутреннюю мифологию. Если попробовать описать ее через аналогии, получится что-то среднее между псилоцибиновой Alice: Madness Returns (здесь льюис-кэрролловская Алиса стреляет по монстрам из перечницы) и прекрасным комиксом Кирона Гиллена Die, в котором герои попадают в фэнтези-мир, выглядящий как игральная кость (у мира есть шесть граней-королевств, а герои подчинены правилам броска кости — совсем как солдатики настольной игры). Мир Lost in Random практически идентичен: в Королевстве случая существует шесть городов, репрезентирующих грани игральной кости, каждый город, как настольная игра, имеет свои правила и ограничения, жители Города двоек живут хуже жителей Города троек (своего рода цифры соответствуют классовому обществу), и все вместе подчиняются Королеве (понятно, деспотичной). В возрасте 12 лет ребенок каждого города проходит ритуал инициации: в присутствии Королевы и ее заместительницы Тетки Фортуны бросают игральную кость, чтобы определить свою дальнейшую судьбу. Если выпадет единица — станешь разнорабочим, выпадет шестерка — станешь элитой, но будешь вынужден жить в дворце Королевы. Шестерка выпадает на инициации Нечет (Odd), чья младшая сестра Чет (Even) не может смириться с тем, что, возможно, больше никогда ее не увидит, — и отправляется за ней.

EA Originals

На пути Чет встречает Кубика — редкую игральную кость. Мифология королевства полностью завязана на костях, но они выступают кем-то вроде единорогов или фениксов — вымерших редких потусторонних существ, которым до сих пор поклоняются. Но Кубик пережил своих сородичей — он артефакт, который поможет Чет в борьбе с Королевой. Дело в том, что на дружбе Чет и Кубика завязана вся — скажем сразу, довольно комплексная — боевая система: из постоянного оружия у девочки только рогатка; она нужна для того, чтобы сбивать синие кристаллы с лат королевских воинов, которые накапливают уровень маны. Когда маны достаточно, Чет бросает Кубик: у нее есть карты-заклинания, соответствующие цифрам (например, карта с двойкой дает лук, а единица — бомбу), выпавшая грань кубика показывает, сколько баллов у нас есть и какие карты мы можем использовать. Например, если это шестерка, то мы можем использовать соответствующую цифре мощную карту или выбрать три карты с цифрой два. В пересказе звучит, вероятно, не слишком эффектно, но довольно здорово реализуется на практике (впрочем, интересно первые часов пять).

EA Originals

Самое главное. Lost in Random — игра в высшей степени милая. Это следует понимать не как нечто усредненное между «отлично» и «сгодится». Нет, Lost in Random напоминает что-то симпатичное, маленькое, то, что хочется обнять и приласкать, как, например, щенка или ребенка. Впрочем, надо оговориться: слово «милое» здесь очень узкоспециальное, означающее ту темную, почти макабрическую милоту, присущую, скажем, мультфильмам Тима Бертона (и трупы есть, а все равно уютно). Визуально Lost in Random напоминает о глиняной кукольной анимации, литературно очень близка к сказкам Роальда Даля и готическим романам, а играется как American McGee’s Alice или Psychonauts. Говорят, что любой фантастический мир на 99% похож на наш с вами: в нем действуют те же законы и причинно-следственные связи. Но эта игра, кажется, отличается на все 100% — в литературе, кино и играх на самом деле не так много детально проработанных, нездешних, сотканных из вообразительной силы миров. Мир Lost in Random — даже не страшно сказать — уникален: каждый город кардинально отличается от предыдущего, мир двоек страдает от раздвоения, один алхимик имеет два лица и разума, каждый из которых хочет подчинить себе другой, из шляпы мэра растет его зеркальный двойник, дружелюбный монстр Симор потерял два глаза из трех, местные чиновники планируют строительство еще одной Луны, волшебницы превратились в лягушек, торговец игральными картами превратил шкаф в часть своего тела, а детей похищает монстр с клеткой в груди, пока гигантский сом торгует редкими словами. Что? Да!

EA Originals

Здесь кажется логичным спросить, кому в нее лучше играть. Lost in Random может показаться детской, но уверяем, что покупка игры для ребенка будет разворачиваться по следующему сценарию: сначала вы будете посматривать на экран, потом усядетесь рядом, потом отберете у чада геймпад. И здесь самое время вспомнить Герберта Уэллса: эта игра подходит и стратегам, и мальчикам и девочкам самого разного возраста — от 12 до 100 лет.