T

Главные страхи человечества

Страх третий

экология

Иллюстратор Наталия Ямщикова

Лесные пожары, цунами, наводнения, засухи, снегопад в конце мая и вымирание целых видов – самой актуальной антиутопией по-прежнему остается климатическая. Зумеры не хотят рожать, опасаясь, что их дети станут последними людьми на Земле, эмиграция на Марс кажется вполне реальной перспективой, но вместе с тем человечество продолжает бороться за свое место на планете — что это, если не героизм?

В конце августа 2020-го Калифорния напоминала сцену из антиутопического фильма: небо, днем и ночью затянутое дымом, окрашено в зловещий оранжевый отсветами лесных пожаров. Пожарные бригады выбивались из сил, власти штата объявили чрезвычайное положение. К началу осени из-за аномальной жары и сильных ветров сгорело 1,7 млн гектаров калифорнийского леса – 4% всей территории штата – и 400 домов. Общий урон составил $12 млрд. «Это какой-то ад, – писали жители Лос-Анджелеса, выкладывая в Twitter утренние фотографии, на которых из-за густого дыма день невозможно было отличить от ночи. – Это, если что, девять часов утра». Необработанные снимки казались кадрами из фильма об апокалипсисе, на которые при цветокоррекции наложили агрессивный оранжевый фильтр, чтобы добавить происходящему потусторонней атмосферы.

Примерно так же Лос-Анджелес выглядел в культовом фильме «Бегущий по лезвию» – то же зловещее небо неестественных цветов, те же вечные сумерки и те же необратимые проблемы с экологией. В мире «Бегущего по лезвию» (и романа фантаста Филипа Дика «Мечтают ли андроиды об электроовцах?», по которому фильм снят) экосистема Земли уничтожена почти полностью. Те, у кого есть деньги, эмигрируют во внеземные колонии, чтобы спастись от радиации, ядовитого смога и болезней. Животные вымирают, и самое популярное хобби – забота о роботах, убедительно имитирующих живых зверей. Живые питомцы – главный символ статуса, их продают и покупают за огромные деньги. В моде у опомнившегося человечества эмпатия, а самый популярный религиозный ритуал – подключение к виртуальной реальности, где можно переживать коллективное страдание.

Роман Дика написан в 1968-м, «Бегущий по лезвию» снят в 1981-м, а действие там происходит в ноябре 2019-го. Летом 2021-го Калифорния горела снова – рекорд не был побит, площадь пожаров составила всего 500 тыс. гектаров, но небо снова было оранжевым.

Одновременно на другом конце Земли, в Гренландии, происходило историческое событие – в высшей точке Гренландского ледяного щита впервые в истории шел не снег, как обычно, а дождь. Ученые предполагают, что сажа от лесных пожаров в Сибири и в Америке, оседающая на снегу, ускоряет таяние гренландских льдов – серый лед не так эффективно отражает солнечное тепло, как белый. В Гренландии расположен самый крупный на планете ледник – 2,85 млн кубических километров льда. Если этот ледяной щит растает полностью, уровень Мирового океана может – по разным оценкам – подняться на 7 метров. А это значит, что под воду уйдут целые побережья и многие крупные города – Нью-Йорк, Лос-Анджелес, Токио, Гонконг, Майами, Стокгольм, Санкт-Петербург.

2021 год оказался богатым на апокалиптические события. На Восточное побережье США обрушился ураган «Ида» – скорость ветра достигала 250 км/ч, в Нью-Йорке затопило несколько станций метро, погибли девять человек. В сезон дождей от наводнений пострадали Индия и Непал – там погибли 180 человек. В Британии затопило Уэльс, в Германии – долину реки Ар. В Китае за наводнением, ставшим причиной гибели 300 человек, последовал тайфун и пыльная буря. Мадрид впервые за последние 50 лет завалило снегом. В Москве поставлен температурный рекорд – 34,8oС. Техас пострадал от морозов – температура опустилась до –19oС. На такой холод не были рассчитаны ни дома, ни инфраструктура – из-за обледенения линий электропередачи и разрыва замерзших труб от 5 до 9 млн человек в разные моменты оставались без света, тепла и воды. Несмотря на объявление чрезвычайного положения, погибло около 200 человек, причем многие замерзли насмерть. Те, у кого не было другого отопления, кроме электрического, после окончания кризиса получили от энергетических компаний счета на несколько тысяч долларов. Общий ущерб от морозов оценивался в $195 млрд.

Осенью 2021-го в Глазго прошла масштабная Конференция ООН по вопросам климатических изменений. На нее прибыли почти 25 тысяч делегатов из 200 стран и главы 120 государств (включая президента США Джо Байдена). Делегаты две недели обсуждали способы спасти планету от гибели в результате глобального потепления. Мировое сообщество договорилось отказаться от угля и угольных электростанций (к 2030 году в развитых странах, к 2040-му – в развивающихся), 100 стран обещали полностью остановить вырубку лесов, на треть сократить выбросы метана.

Несмотря на две недели соглашений и обсуждений, многие активисты остались недовольны. «Итоги саммита, коротко: бла-бла-бла – так описала произошедшее Грета Тунберг, лицо мирового экоактивизма. – Политики могут сколько угодно делать вид, что не получится начать заниматься климатом, не назаключав предварительно международных договоров. Это не так. Начать можно прямо сейчас». 

У Греты действительно есть повод для разочарования. Официальная цель саммита – не дать планете нагреться более чем на 1,5 градуса по Цельсию по сравнению с доиндустриальной эпохой. Те же цели уже были заявлены в Рамочной конвенции ООН об изменении климата (1992), Киотском протоколе (2005), Парижском соглашении 2015-го (из которого Соединенные Штаты торжественно вышли в 2017-м по инициативе Дональда Трампа). «Ученые призывают к безотлагательным мерам в борьбе за климат» – первая полоса The New York Times за 26 мая 1990-го. «Глобальное потепление должно стать главной темой 1990-х годов» – LA Times, октябрь 1989-го. «Из-за глобального потепления Мальдивы уйдут под воду в ближайшие 30 лет» – Canberra Times, 1988-й.

Глобальное потепление – антиутопический сценарий, который сбывается прямо сейчас. Сумеет ли человечество его предотвратить?

На саммите в Глазго мировые лидеры с удовольствием интриговали (так, американский президент значительную часть своей речи посвятил критике российского президента, а Си Цзиньпину в наказание за неявку на саммит запретили участвовать в конференции по Zoom. Планета между тем продолжает нагреваться. Многие активисты считают, что удержать заявленный порог в 1,5 градуса уже не удастся и нужно рассчитывать на катастрофические 2,8 – точку невозврата (предполагается, в частности, что под воду уйдут многие прибрежные города, пустыни увеличатся, пострадает сельское хозяйство, многие регионы лишатся доступа к чистой воде, а цунами и ураганов станет еще больше). О причинах глобального потепления можно спорить (большинство ученых считают его антропогенным; некоторые настаивают на том, что это естественный процесс), но с планетой явно что-то происходит. Площадь арктических льдов за последние 60 лет сократилась на 66%, 1 млн видов животных, по данным ООН, находится под угрозой вымирания, в последние несколько лет массово и без объяснений исчезают пчелы. Антропогенную природу других экологических проблем вроде вырубки амазонских лесов, нефтяных разливов или появления так называемого великого тихоокеанского мусорного пятна – плавучего скопления пластикового мусора размером с небольшой континент – отрицать невозможно.

Можно ли с этим что-нибудь сделать? «Да!» – общественный консенсус на эту тему, кажется, сложился безо­говорочно. Глобальное потепление – первый в истории по-настоящему демократичный апокалипсис. По мере сил его может предотвращать каждый – и многие делают это с большим удовольствием.

Лондонские хипстеры отказываются от одноразовых пакетов в пользу сумок-шоперов, сделанных из переработанного пластика. Американский средний класс стоит в многолетних очередях на покупку электромобилей Tesla. Даже сознательные московские пенсионеры сортируют мусор. Автопроизводители обещают полностью отказаться от двигателей внутреннего сгорания, кораблестроители экспериментируют с грузовыми парусными кораблями. Greenpeace штурмует неф­тяные вышки. Активисты движения Extinction Rebellion перекрывают лондонские мосты и приклеивают себя к поездам метро, останавливая движение, – и несмотря на 900 арестов и отдельные эксцессы (так, одного из активистов еще до прибытия полиции избили разъяренные лондонцы, которые в час пик не могли попасть на работу), опросы показывают, что такой экорадикализм поддерживает почти 50% британской молодежи. Всемирный фонд дикой природы в 2019 году по итогам громкого расследования Buzzfeed и вовсе обвинили в организации военизированных отрядов, пытавших и убивавших предполагаемых браконьеров, – но это никак не повлияло на объем пожертвований.

Эксперты и публицисты все чаще заговаривают о том, что кроме стоимости товара необходимо учитывать количество углерода, выброшенное в атмосферу при его производстве, и ограничивать покупки сверх определенного ежемесячного лимита. Первую кредитку с подобной функцией уже выпустил шведский финтех-стартап Doconomy и прорекламировал основатель Давосского форума Клаус Шваб. Вероятно, в развитых странах подобную систему не придется даже навязывать – в обществе слишком велика потребность в понятных, исчислимых показателях греха и добродетели. Как и организованная религия сто лет назад, посильная борьба за экологию – простой и доступный каждому способ почувствовать себя хорошим человеком. Как и в организованной религии сто лет назад, в этом нет ничего плохого.

«Проблемы климата – единственная причина, по которой я не хочу иметь детей, – сообщает в опросе журнала Climatic Change анонимная тридцатилетняя британка. – Я бы очень хотела стать матерью, но считаю, что обрекать детей на жизнь в умирающем мире просто безответственно».

По данным, опубликованным в журнале Lancet, до 40% миллениалов и зумеров – нигерийцы, индонезийцы, немцы, американцы – разделяют эту точку зрения и уверены, что их дети станут последним поколением человечества. Кроме ужаса во всех подобных опросах чувствуется затаенная гордость – в конце концов что такое ежедневная борьба за спасение погибающего мира, если не героизм? В этом, вероятно, кроется разгадка нашей любви к антиутопиям: они не только пугают нас, но и привлекают, позволяя пожить внутри большого нарратива, обычно доступного только персонажам фильмов и книг. Человечество переживает глобальное потепление если и не с удовольствием, то по крайней мере с увлечением. И именно это, а вовсе не климатические соглашения, внушает надежду на то, что и эта антиутопия тоже будет предотвращена.

{"width":1290,"column_width":89,"columns_n":12,"gutter":20,"line":20}
default
true
960
1290
false
false
false
[object Object]
{"mode":"page","transition_type":"slide","transition_direction":"horizontal","transition_look":"belt","slides_form":{}}
{"css":".editor {font-family: EsqDiadema; font-size: 19px; font-weight: 400; line-height: 26px;}"}