Это первая российская выставка Дэниела Аршама, а для ВДНХ — первый совместный проект с западным художником, такой степени известности и международного признания. Аршам работает на стыке современного искусства, дизайна, архитектуры, создает сценографии для театральных постановок, а недавно стал автором лимитированной модели кроссовок Adidas Original. В основе его художественного подхода — неожиданные трансформации предметов и пространств, игра с фактурой материалов и восприятием зрителя. Неслучайно для своего московского проекта художник выбрал павильон «Карелия», фасад которого представляет собой причудливое переосмысление элементов древнегреческого храма, шестиколонного портика с фронтоном, в котором советские архитекторы «поселили» тружеников народного хозяйства Карелии — хлеборобов, пахарей, животноводов, рыбаков.

Парижский Лувр выступил против скульптуры «совокупляющихся» зданий. Музей обвинили в цензуре
Далее Парижский Лувр выступил против скульптуры «совокупляющихся» зданий. Музей обвинили в цензуре
«Закулисье» Юрия Любимова
Далее «Закулисье» Юрия Любимова

«Архитектура в движении» Аршама работает с интерьером этого павильона, лишая визуальной статичности его стены и потолок: все работы созданы художником специально для этого пространства. За белоснежными поверхностями будто скрыты невидимые персонажи, которые протягивают сквозь них руки навстечу друг другу, или связывают гигантским узлом противоположные стены, или вдруг проваливаются с потолка, как мужская фигура в натуральную величину, в джинсах и кроссовках. Одна из самых эффектных инсталляций Аршама «Пробитые стены»: каскад зеркальных отражений переносит зрителя внутрь коридора, бесконечно уходящего в стену, приблихая к тем персонажам, которые будто пытаются вырваться наружу из этих стен и потолков.

«Архитектура в движении» Дэниела Аршама — своего рода метафора человеческого бытия в современную эпоху, когда благодаря цифровым технологиям возникает иллюзия, что мы можем одновременно находиться врутри и снаружи пространств и событий, когда границы между виртуальным и реальным становятся подвижны, отчего происходящее кажется еще более непредсказуемым, зыбким, мутирующим, как эти стены и потоки павильона «Карелия».