Если вы каким-то образом пропустили феномен «Очень странных дел», то вот рекап: 1980-е, рядом с маленьким городком под названием Хоукинс в американской Индиане расположился секретный научный центр, в котором недобросовестные ученые пытались создать сверхлюдей. Одна из таких сверхлюдей — образец без имени, но с номером 11 — сбежала, а заодно открыла портал в параллельную реальность, в которой живет страшное потустороннее зло. Потом Одиннадцатая, которой и лет тоже было не сильно больше 11, подружилась с местной компанией ровесников-нердов, помогла спасти их друга из параллельного злого измерения, победить монстра и примерно пару сотен солдат, которых хозяева секретной лаборатории послали поймать ценный ресурс обратно. Все это в атмосфере неистовой ностальгии по восьмидесятым и с десятками отсылок к кино того времени, соответствующей музыкой, прическами и Вайноной Райдер. Наивно, супер. Сиквел начинается год спустя: Одиннадцатую прячет в лесной хижине местный шериф подальше от глаз военных, дети скучают, зло возвращается, ностальгия по 1980-м тоже.

Производством сериала по «Властелину колец» займется Amazon
Далее Производством сериала по «Властелину колец» займется Amazon
Что смотреть, пока вы ждете второй сезон «Большой маленькой лжи»
Далее Что смотреть, пока вы ждете второй сезон «Большой маленькой лжи»

Неймдроппинг в рецензиях — в смысле, перечисление всех похожих фильмов, которые когда-либо смотрел — дело вредное, но для «Странных дел» позволительно сделать исключение, учитывая, что сам сериал — это попурри из всего, что создатели, братья Дафферы, любили в 1980-х. И если прошлогодний сезон был про двух Стивенова: Кинга и Спилберга, то нынешние — про одного Джеймса, — разумеется, Кэмерона. «Очень странные дела 2» — это сразу и второй «Терминатор», и второй «Чужой» (в смысле, «Чужие»), довольно точная и почти такая же удачная попытка поучиться у двух редких сиквелов, которые принято считать превзошедшими оригиналы.

Как и раньше, «Странные дела» не стесняются прямых отсылок, и к «Чужим» их тут больше всего: в первой части Хоукинс терроризировал один потусторонний монстр, теперь таких целое стадо; сама Одиннадцатая вполне сойдет за Рипли, плюс пара визуальных моментов с откровенными отсылками и, в конце концов, актер Пол Рейзер, который буквально повторяет свою же роль из «Чужих» — ученого на службе злой корпорации. Естественно, на этом поп-культурная викторина не кончается и «Странные дела» снова собирают весь бинго-набор видеодромов, переупаковывая в свою обертку то «Глемлинов», то «Изгоняющего дьявола», то «Безумного Макса», и так далее до бесконечности. Но самым заметным источником вдохновения на этот раз стали сами «Странные дела»; за прошедший с первого сезона год они вполне обрели собственный вес, стали вещью в себе, и с самими собой и ведут теперь перекличку.

Кэмероновские золотые правила сиквелов «Странные дела» усвоили верно: мир их расширился, ставки повысились, зло стало злее и опаснее. Поначалу скорее камерный, во втором сезоне сериал становится интенсивнее и почти не дает передохнуть; фабула движется быстрее, чем успевают сменяться хиты восьмидесятых за кадром; организованной толпой вбегают новые персонажи, в которых едва успеваешь разобраться; и все перенасыщено и нажористо, будто обед в придорожном дайнере.

Уже по тону вышесказанного можно догадаться, что сейчас будет какое-то «но» — и бинго, оно есть, причем довольно большое. «Странные дела» впитали не только положительные качества великих сиквелов, но и отрицательные, пусть и менее очевидные. Ведь какими бы блестящими вторые «Терминатор» с «Чужими» не были, они оба завели в тупик любое дальнейшее развитие. Первый «Терминатор» — это же точно выверенная история про путешествие во времени, выстраивающаяся в идеальную петлю, которую первым же делом перечеркивают в сиквеле. А «Чужой» — фильм о чем угодно, но не о ксеноморфе в первую очередь, и от умножения ксеноморфов смысла там точно не прибавляется. Но размыв темы оригиналов, оба сиквела вырастили эти аккуратные и оригинальные истории во вселенные, в которых дальше может происходить что угодно — и как мы знаем по дальнейшей истории «Чужих» и «Терминаторов», этому что угодно так никогда и не удастся вернуться к чему-то конкретному.

Вот и у «Очень странных дел» потерялось что-то важное. Ведь первый сезон, столкнув блаженный киномир Стивена Спилберга с потусторонним злом Стивена Кинга, довольно точно смог показать, насколько близки были на самом деле эти два явления, которые в сами 1980-е казались совсем не похожими. А поставив рядом с идиллическим городком из счастливого американского детства почти буквальный портал в ад, «Странные дела» смогли не только воспеть 1980-е, но и слегка развенчать их, напомнив, что у тех блаженных рейгановских времен была обратная сторона в виде холодной войны и правительственных агентств, творящих черт знает что за спиной ничего не подозревающих граждан. «Демогоргон» же — монстр из первой части — еще и работал отличной метафорой рака, как буквального, так и образного, у общества. В сиквеле же вместо развития этих идей примерно половину сезона тратят просто на выстраивание своего собственного мира, в котором нам придется жить еще, видимо, сезонов пять.

Процесс этот, конечно, небезынтересный, но все больше напоминающий о фильмах из киновселенной «Марвел», каждый из которых прокладывает дорогу следующим «Мстителям», но и сами «Мстители» потом дразнят затравками новых сюжетов о своих героев. Вот и «Очень странные дела» теперь смотрятся все больше как реклама следующего сезона, который будет рекламой следующего, и далее до бесконечности. И страньше, конечно, уже становиться не будет, по пути потеряется сначала «очень», потом «странные», и останутся просто «дела». А дел у нас и так миллион.