Jean Chung / Bloomberg / Getty Images

Подготовка к поездке и первые проблемы

Билеты на Олимпиаду появились в продаже за год до самого мероприятия и закончились примерно за 30 минут. Мы успели обеспечить себе места на шести соревнованиях, среди которых были скоростной спуск, хафпайп и керлинг.

После того, как DHL прислал нам билеты, мы задались вопросами: как лететь, где жить и что делать в свободное время? Первой проблемой стал перелет. Ходили слухи о том, что к Олимпиаде будет построен новый аэропорт недалеко от Пхенчхана, но Игры приближались, а информации об открытии аэропорта так и не появилось. Пришлось добираться через Сеул.

Затем возникла проблема с жильем. Мы готовились к тому, что цены на гостиницы будут выше обычных, но цены все равно удивили: самый дешевый номер недалеко от Олимпийской деревни стоил 300 тысяч рублей в сутки. Кроме того, мы регулярно получали необычные предложения от турагенств: за 150 тысяч рублей в сутки можно было забронировать номер… в недостроенной гостинице! Причем минимальная цена всего тура начиналась от одного миллиона рублей. Никакой конкретики, никаких гарантий, только обещание: «Если ваша гостиница не будет построена, подыщем другую», — этакая русская рулетка для тех, кому недостаточно адреналина от просмотра спортивных состязаний.

Уже тогда возникло предчувствие, что многие «олимпийские» обещания корейцев так и останутся обещаниями. Чем меньше времени оставалось до Игр, тем больше мы убеждались в этом.

Москва — Пхенчхан: дорога

Мы добирались до Сеула через Владивосток. От тамошнего аэропорта до Пхенчхана ходил скоростной поезд, аналог нашего «Сапсана», время в пути — два с половиной часа. При попытке купить билеты онлайн официальный сайт сообщал, что они закончились, и мы решили, что купим их на месте, на всякий случай забронировав машину.

Приземлившись во Владивостоке, мы сходили в кассы скоростного поезда. Все сидячие места и правда были забронированы, но оставались билеты без места — «стоячие». Мы их купили и оказались в полупустом вагоне. Куда делись те, кто раскупил все билеты на поезд, так и осталось загадкой.

К обеду мы добрались до нашей маленькой уютной гостиницы на берегу океана, найденной на популярном агрегаторе («интересные» предложения турагентств мы, конечно, не рассматривали). У нашего жилья был один минус — 30 минут езды до олимпийской деревни.

А потом начались приключения, на которые мы совсем рассчитывали.

Cliff Hawkins / Getty Images

Пхенчхан: первые сюрпризы

Площадь Олимпийской деревни огромная, по нашим ощущениям — не менее 500 квадратных километров. Расстояние между олимпийскими объектами также было большим, примерно два часа езды на автобусе. Либо 30 минут на поезде и 40 минут на двух автобусах. При этом и в самой Олимпийской деревне, и вокруг нее полностью отсутствовала какая-либо инфраструктура. В условиях аномального холода, от которого не спасало полное профессиональное горнолыжное обмундирование — термобелье, две кофты и куртка на минус 30 — это стало одним из главных провалов Олимпиады.

Слова про отсутствие инфраструктуры — это не преувеличение. На всей территории Олимпийской деревни встречались лишь редкие палатки совершенно несъедобным корейским фастфудом, который к обеду уже заканчивался. Выйти из олимпийского комплекса можно было только один раз — билеты не предусматривали повторный проход. Поэтому приходилось выбирать: либо спорт, либо еда. Допустим, без еды протянуть можно. Но вот отсутствие горячего чая или кофе, который был так необходим в связи с ледяным ветром, мы до сих пор не можем простить.

Ну ладно, ради Олимпиады можно пожертвовать обедом. Мы решили, что будем радовать себя вкусными ужинами. Но и этого не случилось. Из заявленных мест для ночного досуга — баров, клубов, караоке, — не было ровным счетом ничего. Хороших ресторанов в окрестностях Олимпийской деревни тоже не обнаружилось, а те, что были, закрывались не позже 22:00—23:00. А теперь представьте. Церемония открытия Олимпиады, на которую мы приехали, завершилась ближе к полуночи. После нее десять тысяч усталых, но полных спортивного духа и праздничного настроения зрителей вышли со стадиона — и им просто негде было поужинать. Мы сталкивались с этим всякий раз, когда соревнования заканчивались достаточно поздно: приходилось выбирать между забегаловкой, в которую страшно зайти, и супермаркетом.

Но и про рестораны надо сделать оговорку: даже в хороших заведениях никто не задумывался о разнообразии блюд. Везде, где мы были, нам предлагали фактически расширенный бизнес-ланч: местный суп, набор из типовых закусок и главное блюдо — набор из сырого мяса, который надо самостоятельно приготовить в кипящем масле. А обещаны-то были лучшие корейские повара, местные деликатесы и рестораны со звездами Мишлен!

Особенно обидно было, когда после нескольких дней питания фастфудом мы поехали на разрекламированный повсюду «Фестиваль еды», а его не было. Нашему взгляду предстала пустая площадь, на ней — одинокий баннер с анонсом фестиваля, и никакого намека на возможность поесть.

Наверное, у нас было бы меньше негативных впечатлений, если бы не ожидания. Посещение мероприятия такого уровня с учетом высоких цен на сами соревнования, проживание и перелет вышло довольно затратным. Однако вместо спортивного праздника у нас была серия испытаний на выживание.

Jean Chung / Bloomberg / Getty Images

Транспорт: каждый день — новые логистические задачи

С общественным транспортом корейцы постарались. К территории Олимпийской деревни протянули скоростную железнодорожную линию и построили три новых вокзала. До олимпийских объектов и между ними регулярно ходили автобусы. На каждой остановке стояло информационное табло с расписанием — легко было понять, на какой автобус надо сесть, чтобы попасть на нужное соревнование. Общественный транспорт ходил часто, и даже в пиковые моменты мы не стояли в очередях дольше 20 минут. На этом плюсы закончились, теперь о минусах.

Автобусы достаточно рано перестают ходить, и если соревнования заканчиваются после 22:00, то нужно было бежать со всех ног, иначе решать транспортные проблемы придется экспромтом. А это не так просто. Международных операторов такси в Корее нет, есть местный аналог «Убера» — «Какао». Но его можно установить только при наличии местной сим-карты. Мы заходили в гостиницы и просили вызвать такси, но нам отвечали, что все водители заняты.

Столкнувшись с этой ситуацией в первый раз, мы час бродили по округе, пока над нами не сжалился один из местных жителей и не отвез в отель. В Корее частного извоза нет — нам, видимо, просто повезло.

Подробнее о языковом барьере мы расскажем ниже, а пока — еще пара замечаний относительно работы таксистов.

Недостаточно разобраться в том, где и как вызвать водителя — гораздо сложнее объяснить, куда тебя надо отвезти. На английском языке не получалось, адрес, заранее написанный на корейском, ясности не добавлял. Точка на карте — тоже нет: Google-карты не работали. В итоге, чтобы добраться до нужного места, нам самим приходилось мысленно строить маршруты до места назначения и жестами показывать таксисту, куда ехать.

Корейцы милые и отзывчивые, но работа штурманом у водителя, который как будто впервые оказался в городе, не для слабонервных. Мы предположили, что на время проведения Олимпиады в город позвали водителей из соседних городов, которые не знали ни английского языка, ни местных улиц, ни отелей. И вообще, похоже, не очень хорошо понимали, что происходит.

Woohae Cho / Getty Images

Общение на языке жестов

Ещё одна проблема, превратившая посещение Олимпиады в настоящий квест, — языковая. Большинство встреченных нами корейцев не говорили на английском. Волонтеры, работавшие на мероприятии, выучили буквально пару фраз, которых не хватало даже на самый простой диалог. Они здоровались, спрашивали, чем могут помочь, но наши ответы не понимали. Информационные стойки были единственными островками безопасности, в которых тебе могли хоть как-то помочь.

Языковая ситуация поднимала и без того непростые задачи по передвижению и заказу еды на новый уровень сложности. У официантов и таксистов вопросы на английском вызывали искреннее удивление и недоумение. Из-за этого проблемы возникали на ровном месте. Например, один раз мы попросили водителя такси остановиться у супермаркета, чтобы купить продукты на вечер. Естественно, мы готовы были заплатить за ожидание и попытались это объяснить, но неудачно. После того, как один из нас ушел за покупками, а второй остался в машине ждать, таксист занервничал. И уже через пару минут он на смеси корейского и языка жестов потребовал покинуть автомобиль. Достичь понимания не удалось, и таксиста пришлось отпустить.

Jean Chung / Bloomberg / Getty Images

Вместо выводов: еще несколько фактов для объективной картины

Каждое спортивное состязание длится в среднем половину дня. Мы купили билеты на шесть соревнований и планировали докупить билеты на месте. Но этот план не сработал. Мы видели полупустые стадионы на картах бронирования билетов прямо в день проведения некоторых состязаний, но цены все равно оставались заоблачными.

Олимпиаде-2018 катастрофически не повезло с погодой: мороз и ледяной ветер превратил просмотр Игр под открытым небом в настоящий кошмар. Мы читали, что оргкомитет готов к трудностям, но в чем заключалась эта готовность, так и не поняли.

Погода стала причиной отмены и переноса некоторых соревнований. В частности, мы приехали в основном ради скоростного спуска на лыжах, а его перенесли на более позднюю дату — к этому времени мы уже должны быть в Москве. Вопрос о возврате билетов решился не сразу: только спустя некоторое время нам на почту пришло письмо с предложением вернуть деньги. Мы согласились. Да, такие транзакции дело не быстрое, но прошло уже две недели, а возврат так и не пришел.

На Олимпиаде было очень много русских. По словам наших знакомых, на Игры как будто бы приехал весь Дальний Восток. Россияне активно болели за наших спортсменов, которые выступали под нейтральным флагом. Мы много общались с соотечественниками и сделали вот какой вывод. Никто не заметил и не почувствовал никакого враждебного отношения к нашим спортсменам в связи с допинговыми скандалами. Может, дело в спортивном духе Олимпиады, а может, мы чересчур активно готовились к худшему. Но факт остается фактом: даже вопреки неготовности Кореи к визиту гостей со всего мира, мы поняли, что нас ждали, и что нам рады.