Esquire рассказывает о самых ярких и влиятельных женщинах, стоящих у руля русскоязычных медиа — как общественно-политических, так и глянцевых.

Наталья Синдеева

Основанный в 2010 году телеканал «Дождь» довольно быстро стал площадкой, объединившей как состоявшихся и успешных, так и молодых журналистов. Умение чувствовать таланты Синдеева продемонстрировала еще будучи генеральным продюсером «Серебряного дождя» (вместе с партнерами основала радиостанцию в 1995 году): в 1998 году она пригласила на работу Владимира Соловьева, а в 2007 году — «Блондинку в шоколаде» Ксению Собчак, которую потом переманила на «Дождь» вести авторскую программу «Собчак живьем».

На волне протестов 2011—2012 годов «Дождь» стал главной телевизионной площадкой для диалога между властью и оппозицией. В мае 2011 года — накануне первого дня рождения канала — в эфир пришел действующий президент Дмитрий Медведев, с апреля 2012 года журналисты «Дождя» регулярно принимают участие в программе «Разговор с Дмитрием Медведевым» (до выборов 2012 выходила в эфир под названием «Итоги года с президентом России»).

В 2014 году после публикации опроса о блокаде Ленинграда транслировать «Дождь» перестали крупнейшие кабельные операторы, а через полгода по каналу ударил запрет рекламы на платных каналах. Спасти «Дождь» удалось благодаря сокращению бюджета и переходу на подписную модель. В 2016 году Синдеева усложнила себе задачу: перестроила редакцию, расширив сетку серьезными журналистскими расследованиями. Решить эту задачу она поручила бывшему главному редактору РБК Роману Баданину и не отказалась от идеи даже после конфликтов между новыми сотрудниками и «старой» редакцией. Так в эфир «Дождя» вышел документальный сериал «Питерские» о людях, которых канал назвал друзьями Путина, репортаж «Царь горы» о «самом богатом ректоре России» и другие. Летом этого года Баданин покинул «Дождь», и его место заняла Александра Перепелова.

Маргарита Симоньян

13 лет назад канал Russia Today (сейчас RT) создавался как витрина современной России. Тогда его возглавила 25-летняя Маргарита Симоньян. К тому моменту она за шесть лет прошла путь от военного корреспондента краснодарской телерадиокомпании (освещала конфликт в Чечне) до журналиста президентского пула от ВГТРК (в этом качестве она рассказывала о событиях в Беслане). В 2015 году, поздравляя канал с 10-летием и похвалив за работу, Владимир Путин сказал: «Мы дали вам проявить себя, раскрепостили, ничего не заставляем делать, <…> дали вам возможность — это сленг такой русский — оттянуться». А в 2017 году мировые СМИ и иностранные политики заговорили об RT как об одной из главных сил российской пропаганды. Американский Forbes включил Симоньян в список 100 самых влиятельных женщин мира, указав, что «сейчас ее обсуждают в технологических, медиа и политических кругах, уделяя основное внимание негативному влиянию RT». Одновременно RT и Симоньян попали в доклад спецслужб США о возможном вмешательстве России в выборы президента (после по требования властей США RT зарегистрировался как иностранный агент), а власти Британии допустил отзыв лицензии у канала из-за «дела Скрипалей».

В сентябре 2018 года Симоньян взяла интервью у Александра Петрова и Руслана Боширова, которое цитировали все мировые СМИ, а цитаты из него пополнили золотой фонд мемов. Вовлеченность Симоньян в солсберийское дело, а также популярный телеграм-канал, который она достаточно активно ведет, обеспечили ей первое место в рейтинге самых цитируемых журналистов по версии «Медиалогии».

Галина Тимченко

«У каждого главного редактора есть одно главное издание», — говорила Галина Тимченко «Новой газете» весной 2014 года. Для нее таким местом работы стало старейшее интернет-издание России Lenta.Ru. В «Ленту» (в 1999 году ее основал Антон Носик) она пришла вскоре после запуска — на должность мониторщика. До этого Тимченко три года проработала в ИД «Коммерсантъ». Всего «Ленте» Тимченко посвятила 15 лет, 10 из которых в качестве главного редактора. Расстаться с изданием, на тот момент крупнейшим независимым онлайн СМИ страны, ей пришлось в марте 2014 года по решению акционера Афиша-Рамблер-SUP (c апреля 2014 года Rambler&Co. — Esquire) Александра Мамута. В редакции это сочли «прямым давлением», и вслед за главредом издание покинули более 80 человек. События вокруг «Ленты» сравнивали с разгоном НТВ, а в отношении команды Тимченко стали использовать термин «уникальный журналистский коллектив» (выражение вошло в обиход после ухода с НТВ команды во главе с гендиректором Евгением Киселевым. — Esquire).

Всего через полгода часть команды вместе с Тимченко, отказавшись от поддержки Михаила Ходорковского и Бориса Зимина и найдя другого инвестора (его имя редакция не раскрывает), запустила проект Meduza. Но уже из Латвии. Вскоре проект получил прозвище «русский Buzzfeed» и стал источником идей и форматов для коллег по рынку. В январе 2016 года Тимченко решила, что Meduza будет «главным изданием» ее заместителя Ивана Колпакова, но осталась в проекте в качестве генерального директора и владельца компании-издателя.

Елизавета Осетинская

Елизавета Осетинская приступила к работе шеф-редактора холдинга РБК в 2014 году — в год, полностью изменивший российский медиарынок: увольнение Тимченко, отказ кабельных операторов транслировать «Дождь» после публикации опроса о блокаде Ленинграда, подписание закона о запрете иностранцам владеть более 20% в российских СМИ. Осетинская же в это время один за другим перезапускала проекты холдинга и стремительно собирала самую сильную команду на рынке. Как итог: обновленный РБК выпустил расследования о Катерине Тихоновой (после этого Reuters и Bloomberg назвали ее «дочерью Путина»), о бизнесе ее предполагаемого супруга Кирилла Шамалова, материал по мотивам «панамского досье» и многое другое. Вскоре после публикации последнего Осетинская, а также главный редактор РБК Роман Баданин и главный редактор газеты РБК Максим Солюс покинули холдинг.

Осетинская уехала на год учиться в Стэнфорд и уже в США начала работу над проектами The Bell и «Русские норм!» (серия видео-интервью с бизнесменами). Собственным медиа Осетинская занялась, проработав топ-менеджером всех крупнейших деловых медиа в России. В 2007 году, в 30 лет, она возглавила газету «Ведомости» (в 1999 году начала работать там корреспондентом), в 2011 — русскую версию Forbes. Именно при Осетинской журнал опубликовал расследование о доходах Игоря Сечина, после которого глава «Роснефти» стал регулярно судиться и выигрывать тяжбы с журналистами и СМИ из-за материалов о своей работе и личной жизни. Досталось и РБК, которое еще при Осетинской опубликовал статью о том, что Сечин якобы просил правительство помешать BP собрать блокпакет акций «Роснефти». Сечин потребовал не только опровержения, но и более 3 млрд рублей (в этом ему суд отказал).

Евгения Альбац

Широкой аудитории «Эха Москвы» Альбац известна с 2004 года как автор одной из главных политических программ радиостанции «Полный Альбац», где она вместе с гостями обсуждает самые актуальные темы — от убийства Бориса Немцова до выборов президента. В 2016 году программа оказалась под угрозой закрытия из-за отказа журналистки подписать новый договор с руководством радиостанции («Эхо Москвы» входит в «Газпром-медиа холдинг». — Esquire). Альбац увидела в документе требование не озвучивать в эфире «несогласованные темы, вопросы и иную информацию», расценив его как цензуру. Главный редактор «Эха Москвы» Алексей Венедиктов с ней согласился и добавил, что ситуация привела его «в бешенство». Программу, тем не менее, удалось сохранить, и она выходит по сей день.

Чего не скажешь о печатной версии The New Times, который Альбац выпускала с 2009 года. В 2017 году журнал перестал издаваться из-за недостаточного количества подписок (как выяснил РБК, в 2016 году TNT по подписке получал Вячеслав Володин, на тот момент первый замглавы администрации президента), но работу продолжил одноименный сайт. В разное время в издании выходили такие громкие материалы как «Черная касса Кремля» о финансировании парламентской кампании в 2007 году (после публикации автору текста, гражданке Молдавии, Наталье Морарь на четыре года запретили въезд в Россию). В 2010 году в журнале вышел репортаж Ильи Барабанова (шеф-редактор TNT до июня 2012 года) и Никиты Аронова о работе российского ОМОНа. Издание неоднократно получало предупреждения Роскомнадзора — последний случай был в 2017 году из-за текста «Из Калуги — с джихадом» о сбежавшем в Сирию россиянине, в котором надзорный орган увидел «признаки оправдания терроризма».

Тина Канделаки

«Мне удалось поработать практически во всех жанрах, в которых только может выразиться сегодня телеведущий. Повторять мне неинтересно, амбиций быть узнаваемой у меня уже нет», — заявила в интервью РБК Тина Канделаки в октябре 2015 года, вскоре после назначения на пост генерального продюсера канала «Матч ТВ» (входит в «Газпром-медиа холдинг»). Прославившись как ведущая развлекательных программ «Детали» и «Самый умный», с 2010 года Канделаки работает исключительно в серьезных медиа. Параллельно она руководила коммуникационным агентством «Апостол» (также являлась совладельцем и членом совета директоров), которое стабильно получало госконтракты крупных корпораций («Ростех», «Калашников» и др). Одним из клиентов компании называли и давнего друга Канделаки, главу Чечни Рамзана Кадырова (это было опровергнуто, но со слов Кадырова известно, что именно Канделаки посоветовала завести ему блог в Instagram). На вопрос о том, какую роль в получении госконтрактов играют ее личные связи, Канделаки апеллировала к сильной команде агентства. Но после ее ухода с поста гендиректора «Апостола» и смены акционеров, компания не получила ни одного государственного контракта, а новые собственники решили обанкротить компанию.

Назначение Канделаки генпродюсером «Матч ТВ» можно назвать одним из самых самых громких и спорных событий в российских медиа за последние годы, поскольку руководство спортивным каналом страны доверили человеку без опыта в спортивной журналистике (но с очень спортивным блогом в Instagram). СМИ писали, что назначение Канделаки на этот пост лоббировал Игорь Шувалов (на тот момент вице-премьер, сейчас — глава Внешэкономбанка), а сама журналистка на вопросы об этом отвечала уклончиво.

Разговоры об уходе Канделаки с «Матч-ТВ» появились вскоре после запуска канала и участились в конце 2017 года — после того, как «Матч» и другие каналы спортивного субхолдинга «Газпром-медиа Матч» передали в управление другому субхолдингу «Газпром-Медиа» — «ГПМ Развлекательное телевидение» под руководством создателя Comedy club Артура Джанибекяна. Канал достался новой команде с в убыточном состоянии (правда, с 1,7 млрд по итогам 2016 года убыток сократился до 51 млн рублей по итогам 2017 года). Тогда предполагаемым временем отставки Канделаки на медиарынке называли окончание чемпионата мира 2018 года. Но на деле вышло иначе: в октябре 2018 года контракт Канделаки с «Матч ТВ» стал бессрочным, а «спасатель» канала Джанибекян пошел на понижение — и стал заместителем своей предыдущей должности. Теперь скорый уход из «Газпром-медиа холдинга» собеседники на медиарынке предсказывают ему.

Надежда Толоконникова

«Я слишком занята воспитанием следующего президента России — моей [10-летней] дочери. Ну, может не следующего президента, а первой женщины-президента», — шутит Надежда Толоконникова в разговоре с биографом Хантера Томпсона Кори Сеймуром для американского Vogue. Пожалуй, лишь ей из классического трио Pussy Riot удалось не только не выпасть из поля зрения во время почти двухлетнего срока в колонии, но и конвертировать перформанс в Храме Христа Спасителя и последовавшие за этим события в успешный личный бренд под названием Pussy Riot’s Nadya Tolokonnikova.

Толоконникова и Мария Алехина (третья участница группы Екатерина Самуцевич получила условный срок — Esquire) вышли на свободу в декабре 2013 года по амнистии и стали самыми желанными героями на различных мероприятиях и в прессе. Pussy Riot выступили на одной сцене с Мадонной, встретились с Хилари Клинтон, появились с камео в «Карточном домике». Вскоре после этого Толоконникова объявила объявила о запуске проекта «Зона права» для помощи заключенным, а также издания «Медиазона», которое сегодня можно назвать главным СМИ, освещающим проблемы российского правосудия и нарушения прав человека в тюрьмах. «Медиазона» известна и благодаря своим резонансным материалам — например, «Обвиняемый без головы» и «Море скитов». В октябре в беседе с Кори Сеймура для Vogue Толоконникова радовалась, что «Медиазону» посещает 1 миллион уникальных пользователей ежемесячно. В декабре 2017 года портал перешел на краундфандинг — для полноценной работы ему нужно 2 миллиона рублей в месяц, но за счет сбора средств покрывается лишь 40% этой суммы. «Медиазону» поддерживают и основатели проекта, перечисляя «Медиазоне» деньги от выступлений (об этом Толоконникова рассказала в интервью Юрию Дудю). При этом 28-летняя Толоконникова остается не только инвестором медиа, но и постоянным героем. В октябре стартовали продажи ее новой книги — руководства по политическому активизму «Читай и протестуй». В интервью Дудю девушка рассказала о предложениях сыграть в кино, в том числе главную роль в третьей части «Девушки с татуировкой дракона».

Ксения Собчак

«Я все-таки немало сделала до этого и прихожу в политику со своим багажом», — сказала Ксения Собчак в интервью Сергею Минаеву для заглавной истории декабрьского Esquire 2017 — и она не преувеличивала. Экс-кандидат в президенты РФ-2018 и постоянная участница рейтинга Forbes «Самые богатые знаменитости России» до начала своей предвыборной кампании и правда успела многое. Дочь бывшего мэра Санкт-Петербурга Анатолия Собчака, выпускница факультета международных отношений МГИМО и главная героиня светских хроник 2000-х, Ксения попробовала себя во всех качествах, в каких только может выступить медиа-персона. Ее медийная карьера началась в 2004 году с шоу «Дом-2» на ТНТ, которое принесло ей федеральную известность, но помимо него Ксения вела массу развлекательных программ — от «Блондинки в шоколаде» и «Последнего героя» до «Новой Фабрики звезд». Параллельно Ксения Анатольевна строила более серьезную журналистскую карьеру: вела авторскую программу «Будни барабаки» на радио «Серебряный дождь», общественно-политическую программу «Свобода мысли» на «Пятом канале», шоу «Госдеп с Собчак», которое кочевало по разным телеканалам от MTV до РБК. Позже она решила конвертировать свою славу и в глянцевые медиа-каналы — Ксения долго была колумнистом GQ, возглавляла журнал SNC (и все еще является официальным главным редактором журнала L’Officiel), регулярно снимается для обложек высокого женского глянца вроде Glamour и Tatler, а по данным глобального исследования luxury-рынка в России и его перспектив роста, подготовленного консалтинговой компанией McKinsey & Company для Condé Nast Россия, Ксения занимает первое место среди инфлюенсеров, которые ассоциируются с люксом.

В разные годы Собчак пробовала себя в качестве режиссера (сняла вместе с режиссером Верой Кричевской фильм об отце «Дело Собчака»), оппозиционера-активиста (выступала на Болотной площади в 2011 году и проходила как свидетель по «Болотному делу»), актрисы театра и кино, предпринимателя, ресторатора, автора книг, политика (ее политическая карьера началась задолго до президентских выборов и продолжается сейчас — Собчак допустила, что примет участие в выборах губернатора Санкт-Петербурга в 2019 году). Также Ксения активно ведет различные церемонии и корпоративы. Мы даже не говорим о бесчисленном множестве медиа-скандалов и громких сплетен, в которых она фигурировала. В итоге какой бы ни была новая строчка в ее биографии, никто не удивится. И хотя, по доступным данным, трудовая книжка Ксении хранится сейчас в hr-отделе «Дождя», где только-только стартовало новое шоу #СобчакБезПравил, всем очевидно, что главное медиа в жизни Собчак — это она сама.

Дарья Веледеева

За двадцать с лишним лет существования у российского Harper’s Bazaar сменилось несколько главных редакторов, и Веледеева занимает этот пост дольше всех остальных: ее кандидатуру утвердили в 2009-м году. Дарье тогда не было и тридцати (сегодня этим уже не так удивишь, но в нулевых прецедент, кажется, был один, причем в том же Bazaar, — Шахри Амирханова), зато послужной список был на зависть: в 17 лет она, еще учась на журфаке МГУ, возглавила отдел здоровья в Marie Claire, где затем перешла в отдел красоты, трудилась старшим бьюти-редактором в Vogue, главредствовала в Top Santé, Yoga Journal и Grazia. Проще говоря, в Harper’s Bazaar Веледеева пришла уже стреляным воробьем — и за девять лет лишь укрепила позиции, сделав разумную ставку на селебрити-составляющую: на обложке издания успели побывать, скажем, Хлое Севиньи, Дайан Крюгер и Эмбер Херд. А еще ее рук дело — запуск приложения Harper’s Bazaar Art (последний номер вышел весной 2017).

Мария Федорова

Выпускница Строгановки (да-да, главредами становятся не только дипломированные журналисты) проработала 6 лет в Playboy и пришла потом в российский Conde Nast в далеком 2001-м году; тогда в портфолио издательского дома значилось всего два журнала — первопроходец Vogue и только-только запускавшийся джентльменский глянец GQ, куда Машу и взяли редактором отдела моды. Карьера задалась: в 2004-м Федорову повысили до fashion-директора, а потом перевели в свежесозданный Glamour, где спустя шесть лет назначили уже главным редактором. Успешно отбыв на высоком посту семь лет, Мария получила предложение, от которого человеку ее навыков и талантов (даже на позиции «управленца» она продолжает самостоятельно стилизовать съемки) нельзя отказаться: еще одна должность главреда, теперь уже в Vogue. Поклонники «библии моды», чьи сердца, как оказалось, очень ждали номеров, полностью собранных под руководством Федоровой. И все еще гадают, насколько справедлив слух, что на страницах окажется Светлана Лобода.

Алена Пенева

В издательском доме Independent Media Пенева сегодня совмещает сразу две серьезные должности. С октября 2017-го она — главный редактор журнала Cosmopolitan, мало того, что старейшего образца российского глянца, так еще и самого высокотиражного: каждый номер печатается в полмиллионе экземпляров. При этом Пенева сохранила за собой обязанности редакционного директора в еженедельнике Grazia, которым руководила на протяжении восьми лет. Именно при ней на сайте издания появилась скандальная колонка безымянной московской пиарщицы, жалующейся, что зарплаты в три тысячи евро не хватает на счастливую жизнь. В существование недовольной PR-специалистки поверили не все, но даже будучи персонажем скорее мифическим, трафик она принесла вполне реальный и даже инициировала что-то вроде дискуссии: ответные колонки от других изданий не заставили себя долго ждать. Разумеется, есть в резюме Пеневой и заветное слово Vogue: именно там стартовала московская карьера девушки, отучившейся на юриста в London Guildhall University, но тяжбам и искам предпочевшей работу в бьюти-отделе. И ведь не зря.

Ксения Соловьева

В Tatler, мастерски открывающий закрытые, казалось бы, двери (кого еще пустят в версальский замок, подаренный партнером Алишера Усманова Иваном Стрешинским своей супруге?), Соловьева, начинавшая творческий путь в легендарном «ОМ», пришла директором отдела красоты, но уже спустя два года пересела в кресло главного редактора. Да, должность ответственная — и именно ответственности Ксении не занимать: надо будет — легко совершит марш-бросок из Лос-Анджелеса в Киото, чтобы не обидеть ни Dior, ни Louis Vuitton, запланировавших свои показы в этих неблизких географических точках (многочасовые полеты при этом непременно проходят в трудах над текстами). Или возьмет интервью у супруги Дмитрия Пескова — хоть бывшей (текст про Екатерину Пескову в 2014-м году беззастенчиво расхватали на цитаты, самой сочной из которых оказалось многозначительное «Я думала, Дима другой»), хоть нынешней. И при этом умудрится не испортить отношений ни с одной. С обвинениями, закономерно летящими в адрес журнала о «богатых и знаменитых» (три года назад Tatler особенно досталось за колонку Марии Байбаковой о том, как нужно обходиться с прислугой), мастер спорта по теннису справляется не хуже, чем с мячами на корте: без умения держать удар в светское общество, о котором издание и вещает со своих страниц, лучше не соваться. Сейчас все с замиранием сердца ждут, чем кончится скандал вокруг показанного на 10-летнем юбилее журнала шуточного фильма, снятого о героях Tatler театральным режиссером Константином Богомоловым: некоторые известные люди, узнавшие себя в персонажах ленты, посчитали, что фильм не шуточный, а оскорбительный.

Екатерина Мухина

Те, кто давно и пристально следит за судьбой российского глянца, наверняка хорошо помнят «практичные» колонки Екатерины для Elle: директор отдела моды брала на себя смелость «выгуливать» самые прозрачные, неудобные и провокационные подиумные наряды в повседневной (ну, насколько она может быть такой у деятельной сотрудницы популярного журнала) жизни — и отчитывалась о своем опыте. Прежде чем возглавить журнал, она дважды из него уходила — сначала фэшн-директором в Marie Claire, а потом в Vogue, причем работала не только в российском, но и украинском издании. С Украиной, кстати, могли сложиться и более близкие отношения: после того, как в 2005-м году Екатерина нарядила для съемки в Elle Ukraine Юлию Тимошенко, от последней последовало приглашение на должность персонального стилиста, которое Мухина в итоге отвергла. Заняв кресло главного редактора Elle, Мухина теперь регулярно срывает в соцсетях аплодисменты красивыми минималистичными обложками, к которым обязательно прикладывает руку в качестве стилиста.

Катя Федорова

Чуть меньше двух лет назад Федорова (на тот момент — редактор онлайн-издания The Blueprint) по просьбе друзей начала делиться ссылками на любопытные статьи ключевых англоязычных изданий о моде и современной культуре — и глазом моргнуть не успела, как аудитория ее канала Good Morning, Karl! в телеграме разрослась до нескольких десятков тысяч человек: как оказалось, именно такого «дайджеста» фэшн-новостей всем и не хватало. Выпускница нью-йоркской Parsons по специальности «Мода и дизайн», впрочем, не менее охотно, чем текстами, делится и собственным мнением по тому или иному инфоповоду — будь то, например, скандал, связанный с обвинениями Мирославы Думы и Ульяны Сергеенко в расизме, или очередная про-феминистская коллекция Dior. Благо, критическую оценку есть чем подкрепить: за плечами у Кати — двенадцать лет не рабства, но труда на благо глянца, включая американский Conde Nast Traveller, в котором Федорова стажировалась, российский Vogue, где она была ассистенткой Алены Долецкой, и Interview Russia.

Юлия Выдолоб

Обладательница образцовой короткой стрижки и не менее образцовой выдержки шлифовала профессиональные навыки в редакциях Marie Claire, первосозывных «Афиши» и Look At Me, журнала и сайта ныне закрывшегося, но в свое время главного российского магазина мужской одежды Fott (издание хоть и было корпоративным, но давало фору всему мужскому глянцу). А чуть больше двух лет назад выпускница филфака МГУ стала шеф-редактором молодого медиа The Blueprint — наверное, главного в сегодняшней России независимого издания о моде и современной культуре. С тех пор Выдолоб регулярно просвещает аудиторию — может, и не самую гигантскую, зато преданную — по части новых марок (например, тех, что можно встретить на Pitti Uomo) и бесстрашно интервьюирует коллег по цеху, будь то свеженазначенный главред Vogue Мария Федорова или издатель Tatler Анна Пчелкина (а как приглашенный автор Выдолоб брала интервью у Ксении Собчак для печатной версии журнала Vogue). Да и с управленческими обязанностями проблем не возникает — об этом красноречиво свидетельствуют спецпроекты с марками уровня Prada и Gucci. Сейчас на The Blueprint оглядывается весь медиа-рынок, причем не только издания из смежных сфер, и в этом, несомненно, есть большая заслуга Юлии.