Истории|Материалы

Карлик-взнос

Экономист Дэвид Рудман объясняет, что такое микрокредитование, и разоблачает пять наиболее распространенных мифов, которые с ним связаны. В качестве иллюстраций использованы работы художника Дэна Тага из серии «Свобода или смерть», в которой долларовые купюры складываются в новые смыслы. Перевод Андрея Бабицкого.

FREEDOM LAND («Земля свободы»)

Миф 1. Микрокредиты — лучшее средство борьбы с бедностью

К сожалению, нет. Микрокредиты — это маленькие займы, иногда не превышающие $100, призванные помочь бедным людям открыть собственный крошечный бизнес. Эта идея получила большую популярность в экономике развития, ее пропагандируют политики, лидеры бизнеса и знаменитостиПублично в поддержку микрокредитов высказывались, помимо прочих, Билл Клинтон, Тони Блэр и Натали Портман. А финансист Джордж Сорос — совладелец индийской микрофинансовой компании SKS Microfinance.. Больше 100 млн человек в 100 странах уже получили небольшие займы — не в последнюю очередь, благодаря миллиардам долларов помощи от международных агентств, филантропов и социальных инвесторов, для которых получение прибыли должно быть связано с моральным удовлетворением. В 2006 году пионер микрокредитования Мухаммад Юнус вместе с основанным им банком Grameen получили Нобелевскую премию мира. Микрокредиты приобрели репутацию одного из главных инструментов для борьбы с бедностьюВ 2008 году 70,9% населения Южной Азии жило меньше, чем на $2 в день по паритету покупательной способности. В Европе и Центральной Азии настолько бедные люди составляли 2,2% населения. и освобождения женщин.

Откуда такая вера? Свобода и самодостаточность, которую сулят микрокредиты, нравятся политикам с самыми разными убеждениями. Банки-кредиторы рассказывают убедительные истории успеха простых людей, которые живут в странах третьего мира. Уважаемые издания приводят убедительные данные в пользу того, что микрокредиты, особенно попав в руки женщин, вытаскивают людей из нищеты.

Но исследования эти уже не кажутся такими бесспорными. Новые данные показывают, что микрокредитование редко влияет на фундаментальные показатели бедности, например на расходы домохозяйств и на то, ходят ли дети в школу. Все дело в том, что изменились сами методы исследований развивающихся стран: теперь они все чаще проводятся с помощью рандомизированных экспериментов. Суть их проста. Если вы видите, что менее нуждающиеся люди чаще оказывались в прошлом получателями микрокредитов, вы никогда не можете сказать, что следствие, а что причина: помогли ли им займы или сравнительно высокий уровень жизни позволяет легче их брать. Но если вы, подбросив монетку, решите, кому в деревне дать кредит, а кому нет, после чего проследите судьбы людей в каждой группе, вы гораздо аккуратнее сможете сказать, как именно получение займа влияет на дальнейшую судьбу.

Недавние исследования в Индии, Монголии, Марокко и на Филиппинах показали, что доступ к деньгам действительно стимулирует создание нового бизнеса вроде разведения кур или пошива сари. Но в течение тех года-полутора, что исследователи наблюдали за своими подопечными, их бедность никуда не девалась. То есть влияние микрокредитов на рост уровня жизни близко к нулю. Новые открытия противоречат мифологии микрокредитования, но, в общем, не противоречат здравому смыслу. Если вы читаете эту статью в глянце (и тем более — в интернете), вы, скорее всего, принадлежите к глобальному среднему классу, миллиарду людей на Земле, которые получают нормальную зарплату и не испытывают материальных трудностей. Что в вашей семейной истории позволило вам так жить? Едва ли две сотни долларов, которые ваш дед взял в кредит на разведение козСредний микрокредит, который выдает индийская SKS Microfinance (публичная компания, обязанная публиковать отчетность), составил в марте 2012 года 6585 рупий — $130. Число клиентов компании — 430 тыс.. И тогда, и теперь лучший способ, которым может воспользоваться человек для прощания с бедностью, — это путь от нерегулярной оплаты труда к регулярной, то есть к работе в том смысле, который появился с началом индустриализации.

REALITY SUCKS («Реальность сосет»)

Миф 2. Микрофинансы ни за чем не нужны

Это не так. Было бы неправильно говорить, что весь шум вокруг микрокредитования ничего не стоил и целая отрасль — пустая трата денег. Двадцать лет назад журналист Хелен Тодд потратила год, наблюдая за жизнью 62 женщин в двух деревнях в Бангладеш, которые пользовались услугами банка Grameen8,3 млн жителей Бангладеш являются должниками некоммерческого банка Grameen — и одновременно его владельцами. Им принадлежит 95% банка, остальное у правительства. Сумма выданных микрокредитов в каждый момент времени превышает $10 млрд.. Сорок из них взяли микрокредиты, и все они говорили, что собираются вложить деньги в дело: купить коров на откорм или рис, который можно лущить и продавать дороже. Но лишь немногие так и поступили. Большинство из них потратили деньги на покупку или аренду земли, выплату прежних кредитов, запас риса для семьи или приданное для дочерей.

В этом, наверное, нет ничего страшного. Люди, про которых говорят, что они живут на $2 в день, естественно, так не поступают. Один день они живут на $3, другой — на $1, а иногда и вовсе ничего не тратят. Они вообще могут быть фермерами, получающими весь свой доход один раз за сезон. Но несмотря на это детей надо кормить каждый день, а мужья заболевают в самый неподходящий момент. Приходится мирить непредсказуемый доход с размеренной жизнью, а значит, искать финансовые инструменты, чтобы откладывать деньги в хорошее время и одалживать — в плохое. Мать заболевшего ребенка может оплатить лечение, заняв денег у подруги, убедив живущего в городе брата перевести денег или даже — если ей очень повезло — воспользовавшись страховкой. По этой причине микрокредитование стало настоящей финансовой системой, и уже не ограничивается выдачей кредитов, оказывая все услуги такого рода.

У бедных людей меньше средств, но они точно не глупее людей богатых; напротив, нужда делает их порой очень изобретательными. И если женщина берет кредит на собственное дело, а потом тратит его на покупку риса или починку крыши, у меня не повернется язык сказать: «Я так и знал!» Если в странах первого мира считается в порядке вещей покупать в кредит еду и мобильные телефоны, то почему мы должны ожидать иного от бедныхЖители стран третьего мира и развивающихся стран почти не закредитованы: общий долг всех индийских домохозяйств составляет 12% от ВВП страны, во Франции и Италии — больше 40%, а в Великобритании и Швейцарии — больше 100%.?

DON’T TREAD ON ME («Не давите на меня»)

Миф 3. Микрокредиты придумал Мухаммад Юнус

Да, как Генри Форд изобрел современный автомобиль. Новацией Форда был современный конвейер, прорывом Юнуса стала идея совместных обязательств: небольшая группа заемщиков — скажем, женщины из одной деревни — коллективно несет ответственность за кредиты друг друга. Рекомендации соседей заменили стандартное поручительство и обеспечили необычайно высокий уровень своевременных выплат.

В коллективной ответственности нет ничего нового. Книга притчей Соломоновых предупреждает: «Зло причиняет себе, кто ручается за постороннего; а кто ненавидит ручательство, тот безопасен». Сходная идея стояла и в основе кредитных обществ, распространившихся в Германии в 1850-х годах: небогатые люди, объединившись вместе, занимали деньги во внешних источниках, а затем распределяли выплаты между собой. В самом начале XX века британцы, которые хотели покончить с беспорядками в колониях, распространили кредитные общества в Индии, включавшей в тот момент и современный Бангладеш. В конце 1970-х Юнус, строивший свой микрокредитный бизнес методом проб и ошибок, вдохновлялся уже функционирующими кооперативами.

И все же сравнение с Фордом не лишено смысла. За 28 лет (прежде чем премьер-министр страны не выгнал его в 2011 году по политическим причинамВ начале 2011 года власти Бангладеш настояли на расследовании деятельности банка Grameen. Формально поводом для этого стал норвежский документальный фильм, в котором утверждалось, что банк потратил $100 млн нецелевым образом (хотя, как выяснилось, на благотворительность). Многие наблюдатели и в стране, и за ее пределами объясняли расследование политическими причинами.) Юнус построил банк с тысячами сотрудников и миллионами довольных клиентов. Благодаря ему в Бангладеш стала развиваться конкуренция. И именно модель Юнуса стала примером для подражания в других странах. Он был первым из основателей современного микрокредита, кто стал работать в предпринимательской манере, полагаясь на массовые услуги и устанавливая проценты по займам, достаточные для покрытия большинства операционных расходов. Это, в свою очередь, позволяло ему расширять список клиентов.

LIVE FREE OR DIE («Свобода или смерть»).
Девиз штата Нью-Гэмпшир

Миф 4. Микрокредиты освобождают женщин

Не вполне. Новейшая история микрокредитования началась в 1970-е годы, как раз когда движение за гендерное равенство становилось глобальным, а среди получателей кредитов в основном оказывались женщиныТри четверти клиентов микрокредитных организаций — это женщины. Среди беднейших должников они составляют 83%.. Операторы кредитов уверяли, что их займы дают женщинам больше свободы. Жены, приходившие домой с деньгами, говорили, что они имеют больше оснований спорить с мужьями в вопросах ведения хозяйства (покупать, скажем, еду или пиво, потреблять или инвестировать). К тому же в традиционных культурах вроде бангладешской, где женщина привязана к дому, у них появлялась свобода вести собственное дело — а значит, выходить на люди и просвещатьсяНекоторые некоммерческие программы микрофинансирования включают в себя специальные курсы, которые посвящены не только таким предметам, как ведение бухгалтерии, но и, например, питанию во время беременности.. Но являясь источником возможностей, микрокредит становится и узами — особенно тяжкими тогда, когда он связан с давлением окружающих. Чувствительность к социальному давлению — важная причина того, что займы предпочитают выдавать женщинам. Во многих случаях они выплачивают их аккуратнее и спорят меньше, чем мужчины.

Исследования антропологов не позволяют составить однозначное мнение о том, как именно микрокредиты влияют на свободу женщин. Например, Сайед Хашеми, Сидни Шулер и Энн Райли, изучавшие социальные последствия микрокредитования в Бангладеш в 1990-е годы, пришли к выводу, что определенное освобождение заемщицы банка Grameen ощущаютНекоторые из женщин говорили исследователям, что благодаря банку Grameen они «научились говорить» и теперь не боятся общаться с незнакомцами... Программы банка позволяли некоторым участницам примерять на себя лидерские роли. Одна женщина рассказала, что после того, как она была назначена главой группы заемщиков, другие женщины стали прислушиваться к ней и обращать на нее внимание. «Банк сделал меня важным человеком».. Но есть и не такие оптимистичные истории. Антрополог Ламия Карим описала случаи, когда в Бангладеш женщины, не имеющие возможности выплачивать долг, были лишены собственности — в крайних случаях даже своих домов. Их имущество было распродано товарками на покрытие долгов.

Мои собственные несистематические наблюдения позволяют судить, что самая популярная форма кредитования — групповые кредиты банка Grameen — меньше всего способствует освобождению женщин. И причина тому как раз групповое давление созаемщиков. Индивидуальные микрокредиты, выдаваемые из рук в руки и не связанные с необходимостью ходить на еженедельные встречи должников, кажется, имеют меньше недостатков. Впрочем, когда сотрудники банка не могут передать принятие решения о выдаче кредита на сторону (группе), им приходится тратить больше времени на изучение обстоятельств и кредитной истории заемщика. В результате все предприятие становится менее прибыльным и перестает ориентироваться на самых нуждающихся.

HOLY SHIT («Срань Господня»)

Миф 5. Микрокредиты защищены от иррациональности обычной финансовой системы

Безусловно, нет. Мода на микрокредиты создает у публики впечатление, что чем больше в этой отрасли денег, тем лучше. Но на деле она подвержена рыночным перегревам и пузырям даже в большей степени, чем обычный кредит. У отрасли две основные проблемы. Во-первых, отсутствие кредитных бюро, которые следят за уровнем долга беднейших людей (банкам приходится действовать вслепую). Во-вторых, всеобщая, не имеющая никаких оснований уверенность в том, что микрокредиты помогают выбраться из нищеты, из-за которой рынок затоплен деньгами доброжелателей и некоммерческих институтов.

Большая часть международного капитала, который идет на такого рода цели — около $3 млрд только в 2010 году, — уходит непосредственно на микрокредиты, а не на программы помощи мелким предпринимателям вроде тренингов и закупки компьютеров. Объем невыплаченных микрокредитов вырос за последний год на 30-35% во многих странах, причем произошло это куда быстрее, чем кредиторы могли себе позволить. В Никарагуа волна протестов заемщиков, поддержанная президентом Даниэлем Ортегой, разорила крупнейшего кредитора — банк Banex. За пять лет пузыри надулись и лопнули в Боснии и Герцеговине, Марокко и некоторых районах Пакистана. В короткой перспективе заемщикам, которые взяли долг и решили не отдавать, это выгодно: если банки потеряли, значит, кто-то приобрел. Но в итоге система рушится, и доступ к финансированию теряют все.

В индийском штате Андхра-Прадеш в 2010 году власти просто закрыли отрасль в один день — прежде чем она обрушилась бы сама по себеВ конце 2010 года власти индийского штата Андхра-Прадеш ввели новые правила деятельности микрофинансовых организаций. В частности, им запрещалось собирать выплаты по кредитам чаще чем раз в месяц, а у правительства штата появилась возможность закрывать их собственным решением. Мотивом для введения новых правил стали якобы участившиеся случаи самоубийств среди заемщиков.. Я был там вскоре после этого. Микрофинансирование было развито настолько, что в некоторых деревнях кредиты назывались по дням недели, в которые собирались заемщики. Некоторые женщины ходили на собрания каждый день.

В общем, микрофинансы не будут панацеей от бедности, но у них есть достоинства. Сила их не в том, чтобы бороться с нищетой или гендерным неравенством, но в том, чтобы строить работающие динамические институты и предоставлять полезные услуги миллионам клиентов. Представьте свою жизнь без финансов — без счета в банке, без страхования, без ипотеки, лишь с наличностью в кармане и пачкой купюр под матрасом. Бедные люди оперируют меньшими номиналами, но им, как и вам, приходится решать трудные задачи. Финансовые услуги нужны им так же, как свет и вода. Микрофинансы — это бизнес и некоммерческие предприятия, которые производят эти услуги массовым образом для беднейших людей, — не только микрокредиты, но и микронакопления, микрострахование и микропереводы.

Поток денег, который направляют желающие добра люди в эту сферу, меняет отрасль, которая теперь слишком зависима от одной только — самой рискованной — услуги. И это самая большая угроза самому большому достоинству отрасли в целом. Вот почему весь этот шум по поводу микрокредитов был не только напрасен, но и вреден. И вот почему туда надо направлять меньше денег, а не больше.


Text by David Roodman. Reprinted with permission from Foreign Policy.
© 2011 By the Washington Post Company, LLC