Полдень. Кабинет главного редактора одного достойного журнала.

Главный редактор: Хотелось бы понять, о чем писать письмо редактора.

Выпускающий редактор: Понятно о чем, раз номер о человеческих грехах и больших грешниках.

Продюсер: Можно начать с того, что большинство читателей хотели бы оказаться на месте героев номера.

Выпускающий редактор: Ну не всех же! Вот взять, к примеру, Вайнштейна?

Продюсер: Ну давайте возьмем. Плохо, что ли, жил? Выпускал лучшие фильмы, спал с красивыми актрисами.

Выпускающий редактор (грозно): Не спал, а насиловал!

Редакторка 1 (задумчиво): Меня б изнасиловали за «Оскар», я б не отказалась.

Продюсер: С тобой-то все понятно!

Редакторка 1: А что? Просто представляю себя на месте Вайнштейна.

Выпускающий редактор: На месте Вайнштейна себя легко представить. Попробуй себя представить на месте жертвы! Сосать у старого жирного козла (презрительно).

Главный редактор (размышляет вслух): Ну представил. Мне 22, перспективы не ясны. Приходит ко мне Вайнштейн и говорит, что мой сценарий станет главным фильмом Голливуда. Дальше «Оскар» или «Эмми». С одной стороны. А с другой стороны, всего минут пять-семь.

В кабинете повисает удушливая тишина.

Выпускающий редактор (негодующе): Прекрати! Что ты такое говоришь! Как ты потом с этим будешь жить???

Фэшн-директорка: Да хорошо он будет жить.

Главный редактор: Как-как… Встану в свете софитов, прижму статуэтку к груди и с волнением скажу: «Этой наградой я обязан семье, всей команде, которая работала над картиной…» Господу Богу еще. Так же говорят? Я не слышал никогда, чтобы кто-то сказал: «Этим «Оскаром» я обязан Вайнштейну и минету в 345-м номере отеля».

Выпускающий редактор: Ужас! Ну ты же несерьезно?

Фэшн-директорка: Конечно, он серьезно.

Выпускающий редактор: Алл, ну ты-то что? Ты бы тоже отсосала у Вайнштейна?

Фэшн-директорка (с легкой грустью): Пожалуй, да.

Главный редактор (заинтересованно): А что бы попросила?

Фэшн-директорка: Надо подумать.

Главный редактор (редакторке 1): Тань, ну ты, как я понял, не против у Вайнштейна это самое, да?

Редакторка 1 (буднично): Это даже не обсуждается.

Редактор 2: А вот если бы Вайнштейн потом с «Оскаром» кинул?

Главный редактор: Я попрошу без унизительных допущений. Не обманут! Я что, зря сосал тут у всех на глазах?

Редактор 2: Реально, никого он не обманывал. Все актрисы потом получали шикарные роли. Я б тоже отсосал.

Главный редактор (чувствуя нарастающую поддержку): И он бы отсосал! Так (продюсеру), Дим, а ты стал бы сосать?

Продюсер (откидывая волосы назад): Нет, я бы не стал.

Все хором: Ну как не стал бы? Ты же книгу пишешь?

Главный редактор: Вот выходишь ты от Вайнштейна, а тебе сразу прилетает контракт от Random House. И Брет Истон Эллис пишет в инстаграм, что это лучшая книга.

Все (хором): Дим, соглашайся!

Выпускающий редактор: Не сдавайся, нас будет двое.

Все: Дим, ну чего ты ее слушаешь, она просто интеллигентный человек и вслух об этом говорить не будет!

Продюсер: Ну ладно, пусть будет Вайнштейн.

Главный редактор: Так, в этой комнате почти все. (Выходит из кабинета, ловит фэшн-продюсера.)

Главный редактор: Лёх, ты смог бы у Харви отсосать?

Фэшн-продюсер: Конечно.

Главный редактор: Че, прям так сразу?

Фэшн-продюсер: А я слышал, что вы обсуждали, — он потом желания исполняет. Мне хорошо бы директором по костюмам в сериал «Нетфликса».

Главный редактор (Вернувшись в кабинет): Леха с нами!

Все (хором): Ура!

Снова повисает пауза. Все угрожающе смотрят на выпускающего.

Главный редактор: Давай серьезно: ты с нами или нет? Старый, жирный Вайнштейн выполнит любое твое желание.

Выпускающий редактор: Нет, я точно не буду! Ну только если ради своих детей.

Продюсер: Вот, уже и торговаться начала.

Фэшн-директорка (испытующе): Ради детей смогла бы?

Выпускающий редактор (устало): Ну ладно, смогла бы.

Все (хором): Ура!

Таким образом, редакция одного достойного журнала оказалась завалена потенциальными «Оскарами», «Эмми», «Грэмми», дипломами лучшего стилиста планеты, сертификатами самого продаваемого художника, коробками с многомиллионными гонорарами и спасенными детьми. В реальности в опенспейсе находилось несколько беспринципных, расчетливых грешников. И только фэшн-директорка казалась слегка разочарованной, так как не успела придумать, что попросить взамен.

Получилось, что лишь она одна сосала у Вайнштейна бесплатно и в корыстолюбии обвинена быть не могла.