Отношения с провалом
Далее Отношения с провалом
Огуречный раскол
Далее Огуречный раскол

21 ноября 2014 года гражданин России Казбек Акаев сделал именно это. Из новостных сообщений известно немного. Карабинеры задержали 42-летнего мужчину в момент, когда он нацарапал на стене римского Колизея лишь одну букву «К». Одну, но большую: 25 сантиметров в высоту и 17 в ширину. Вандала арестовали и вскоре итальянский суд вынес беспрецедентно жесткое решение: Акаеву дали четыре месяца тюрьмы условно и штраф в 20 тысяч евро. Также нарушителю пригрозили запретом на въезд в Шенгенскую зону — хотя если учесть, что по нынешнему курсу штраф составляет полтора миллиона рублей, в ближайшие годы он вряд ли куда-либо поедет.

Директор Колизея Розелла Риа приветствовала такую строгость: к вандалам, оскверняющим стены вверенного ей учреждения, ей не привыкать. В том же 2014 году полиция поймала еще пятерых. «Нельзя писать на исторических стенах, это абсолютно запрещено», — в сотый раз повторяла Риа. Впрочем, за пару лет до описываемых событий она же заявила прямо противоположное: «Это прекрасные знаки, исторические и очень ценные». Дело касалось разноцветных надписей, найденных на стене тоннеля во время реновации: счистив верхний слой пыли и грязи, археологи обнаружили, что и в первом веке нашей эры посетители Колизея были не чужды вандализма.

На стене ученые различили латинскую букву «S», корону, чей-то профиль, а также изображения фаллоса — говорят, в древности он был символом удачи. Красной краской были нарисованы четыре буквы «VIND»: вероятно, злоумышленник имел в виду vindicatio — «месть». Поверх древних записей проступали более поздние. В 1892 году некий Дж. Милбер счел необходимым сообщить, что прибыл в Рим из Страсбурга. Мария и Филиппо отметились в 1943-м.

С этой точки зрения поступок нашего соотечественника нельзя назвать выдающимся, и даже примечательным. Но уже два месяца я думаю о другом: что именно Казбек Акаев хотел сообщить потомкам. Его следы теряются у здания суда. Удалось лишь выяснить, что родился он то ли в Дагестане, то ли в Кабардино-Балкарии, а сейчас живет в Москве. И к телефону не подходит. По сути все, что мы имеем — большую, непропорциональную, начертанную в спешке литеру.

Первой на ум приходит самая простая версия — Казбек хотел оставить на Колизее собственное имя. Но как следует из более ранних находок, вандалы далеко не всегда мыслят однонаправленно. Ругательств на букву «к» в русском языке мало: все канонические для наших заборов слова начинаются с «х», «п», «б» и «е». Вряд ли Казбек мечтал прославиться в веках надписью «козел». Рассмотрим вариант с топонимикой. Из любви к постмодернизму Акаев мог написать на стене Колизея собственно слово «Колизей». Но нет, слишком заумно. В конце концов, древние надписи нашли в тоннеле, ведущем на верхние ряды, где располагались самые дешевые места — за две тысячи лет в этом смысле мало что изменилось. Вернемся к происхождению героя. Всерьез рассчитывать, что на стене одной из самых посещаемых достопримечательностей мира удастся написать «Кабардино-Балкария» — просто смешно. Но если посмотреть чуть шире, мы подойдем к более правдоподобной версии: «Кавказ».

На этом изыскания можно было бы закончить, однако из научного интереса продвинемся еще дальше. Что, если Акаев хотел продемонстрировать миру свою политическую сознательность? И что сейчас может сообщить этому миру Россия — изолированная, обложенная санкциями, потерявшая доверие? Ответ очевиден: «Крымнаш». Вот наш профиль, наш фаллос, наша месть. Сакральное послание потомкам, которые под слоями грязи обнаружат следы непокорной цивилизации, простиравшейся от древней Корсуни. 20 тысяч евро для такой надписи кажутся вполне уместной ценой. Больше того: если мои предположения верны, российское государство просто обязано помочь Казбеку Акаеву выплатить штраф, а после наградить бесплатной путевкой в санаторий в Судаке.