Истории|Письмо главного редактора

И махнуть рукой

Под статьей о том, что NASA собирает экстренную пресс-конференцию, посвященную открытию трех потенциально пригодных для жизни планет у звезды TRAPPIST-1, один из читателей оставил комментарий: «Наконец-то прилетят рептилоиды и всему конец». «Конец пиндосам, сначала же к ним прилетят», — ответил другой. И тут же вспомнили Илона Маска и его программу, благодаря которой можно «еще успеть свалить на Луну или Марс». Кто-то пишет: «Да понятно все с этой новой планетой: опять кино у себя в пустыне сняли, типа они в космос летали». Вспомнив о кино, комментаторы тут же начали выяснять, почему «Ла-Ла Ленд» незаслуженно обошли «Оскаром». «Лучше б все-таки к нам прилетели. Ипотеку отдавать не нужно было бы», — снова вступает в разговор автор первого комментария. Но шутки заканчиваются с приходом в этот импровизированный чат человека-совести, который объясняет собравшимся, что раньше весь мир обсуждал СССР, потому что спутник, атомные подводные лодки, балет, а главное — люди нормальные были, теперь же сидят дебилы и обсуждают ерунду вроде ипотеки, «оскаров» и «насы», хотя давно понятно: космос — это Гагарин, вот что надо помнить.

И тут же, подводя черту под дискуссией о космосе, появляется главный интернет-мем про Гагарина: каноническая фотография Юрия Алексеевича, улыбающегося нам через стекло скафандра, с подписью «Прости, Юра, мы все про...ли». Очевидно, что автор этой бьющей наотмашь фразы придумал ее во время схожей дискуссии. Наши люди, вместо того чтобы по наказу Юрия Гагарина найти братьев по разуму, высадиться на Сатурне или застроить всю Луну городами, взяли несколько кредитов, две водки и «бэху-трехлетку». Этакие национальные сны о чем-то большем, разбившиеся о потребительскую корзину.

В этих снах одновременно — и озлобленное разочарование (то ли собой, то ли обстоятельствами непреодолимой силы), и традиционное самобичевание, и просьба вернуть всех обратно в славное прошлое, у которого было такое блестящее будущее. Вернуть, чтобы мы попытались еще раз выполнить заветы Гагарина, хоть и не существует ни одного источника, где они все были бы перечислены. Возможно (и скорее всего), Гагарин желал потомкам вовсе не покорения далеких галактик, а каких-то совсем простых вещей: чтобы в каждом доме была подача воды (тяжело таскать из колодца), или чтобы у нас начали делать хорошие машины (машины он очень любил), или чтобы кухни в квартирах были пошире. И тогда получается, что мы ничего не «про...ли», а как раз таки исполнили.

Подобной бытовухи соотечественники Гагарину, конечно же, не простили бы. Нам проще согласиться с тем, что это мы не исполнили его заветов, чем узнать, что Гагарин мечтал о колбасе. Ради простых вещей мы жить не умеем, не хотим и героям своим такого не позволяем. А Гагарин, несомненно, был последним и самым любимым из пантеона советских героев. Сорок три года спустя после гибели Проханов канонизирует его в газете «Завтра» в своей привычной манере, написав, что «Гагарин — младший и самый любимый сын Сталина, принявший алое знамя победы из рук Кантарии и водрузивший его на орбиту». Но на самом деле таких, как Гагарин, любят не просто за подвиги, а за раннюю смерть. За то, что из молодости ушли сразу в легенду, не успев стать партийными инструкторами или большими советскими начальниками. Он был из тех, о ком за стаканом принято рассуждать: «Представь, если бы он дожил до наших дней, как бы у него все сложилось? Сидел бы в Госдуме вместе с Поклонской или в жюри „Минуты славы“ — с Литвиновой?»

Не хочется представлять, как в ответ на рассказанную депутатом Поклонской новость о мироточении бюста Николая II уважаемый космонавт встает и произносит свою же цитату: «К нашему дому приходило много народу: школьники с учителями, колхозники, пришла даже группа дряхлых старушек. Их интересовало, видел ли я в небесах Господа Бога». А ему отвечает, например, Милонов... Нет, не хочется такое представлять. К этому хочется добавить еще: страшно не в Госдуме сидеть, страшно остаться после смерти персонажем кино, которое снимет про тебя Сарик Андреасян.

В любом случае все это Гагарина миновало, и он остался легендой, доказательством того, что раз он когда-то смог, то и мы когда-то сможем. А пока в ответ на открытия NASA, вместо того чтобы сказать: «Да мы больше планет откроем!» — мы только несмешно шутим про ипотеку.

Придет и завтра, в котором сбудется Большая Русская Мечта о том, что в жизни всегда есть место простому человеческому подвигу. Мечта, говорящая нам, что каждый может родиться в деревне Клушино Смоленской области, жить как простой человек со сломанной стиральной машинкой и автокредитом, а потом взять и выиграть чемпионат мира по футболу или в космос улететь.

Или в крайнем случае однажды просто сказать: «Поехали!» И махнуть рукой. На всех. ≠