Истории|Материалы

Cнимут на длительный срок

Esquire дал фотоаппараты семи людям, приехавшим в Россию на заработки из бывших советских республик, и попросил их задокументировать свою жизнь. Продюсер Юлия Богатко.

Уборка снега. Когда весной снегопады были, убирали без перерыва несколько суток: счистишь с крыши, надо дорогу чистить, почистишь дорогу — уже опять с крыши падает, почти не спали.

У нас есть комната, недалеко от места, где мы живем, в отопительной подстанции, мы там инструмент храним и отдыхаем иногда — там всегда тепло.

Площадка возле ЖЭКа, лед скалываем.

Умед на детской площадке. Там все собираются наши, чаще всего спортом занимаемся.

Это я утрамбовываю мусор, чтобы больше вмещалось — нас просят.

Это общая комната в помещении, где мы живем, на Земляном Валу. Там раздевалка, телевизор, отдыхают. Спим мы рядом, по 3-4 человека в комнате.

Телевизор всегда смотрим, в основном новости и футбол, или спорт какой-нибудь. Новости очень интересно.

Молдавашка с нами живет, у нее кошка, только что родила тут как раз котят. Трое умерли, один остался.

Моя знакомая девочка. Живет тоже с нами.

Это мой племянник Исмаил.

Жена брата, мама Исмаила.

Это дворник знакомый, в гости к нему заходил. Старый совсем, 50 лет ему, может быть.

Это мой брат двоюродный и лучший друг Умед. У меня тут три брата, все тоже дворниками работают.

Жена моего брата. Готовит еду на плитке. Это вместо кухни у нас.

Завтрак на дастархане.

Раздевалка у нас дома, мой друг Исуф.

Я уже восемь лет работаю на даче у Лены и Виктора, под Александровом. Сначала приехал — ничего не умел, только корчевал, копал. Потихоньку всему научился. Теперь могу построить дом.

Лена и Виктор знакомят меня с историей Москвы. Мы часто куда-то ездим: Коломенское, планетарий, Царицыно, Бородино...

Ездили гулять на праздник-реконструкцию в честь победы над польско-литовскими захватчиками под Александров.

Автобус из Ташкента в Бухару. Идет 10 часов, люди за это время становятся добрыми друзьями.

Я с сестрой Орзигуль. Как приехал из Москвы, должен был стол делать, и родственники все приходили.

«Шевроле Лачетти», первая у нас в ауле такая хорошая машина. Я взял ее на черном рынке, немного подержанную, за $16,5 тыс.

Когда я купил машину, должен был принести жертву и накормить всех соседей. Мы готовим халим, там мясо, молотая пшеница, морковь, лук. Казаны закапываются в землю и готовятся на медленном огне сутки. Когда халим готов, приходят соседи с ведерками и разбирают и кушают.

Тандыр у нас дома. Моя жена печет хлеб.

Сын Рохуд в традиционной люльке. В ней он полностью неподвижен, нечистоты уходят через трубочку и в специальный горшок, чтобы было сухо и чисто.

Это все мои племянники.

Это трактор моего родного брата. У него своя ферма и свои трактора, он сам на ней тракторист.

Эту игрушку мой старший брат сначала подарил своей девушке, но они что-то поругались, и он принес ее сестре.

Мой другой брат Отабек — тоже тракторист. С ним моя племянница Барфия (переводится «снег», потому что, когда она родилась, выпал снег).

Режем барана. Без праздника, просто поесть. Семья большая, за два дня съедим, это 25 кг мяса.

Соседские ишаки. У меня три коровы, десять баранов, козлят пять штук и еще по мелочи. Мы сюда приехали молиться о здоровье моего сына, застолье — это жертва.

У меня в огороде. С деверем и дядей жены ровняем землю.

Финик зацвел в феврале, а потом ударили морозы. В этом году финика, наверное, не будет.

Мои друзья работают в турецкой фирме «Антепа» в «Москва-сити» и живут там в вагончиках.

Это мой друг Санджар после работы. Там не только турки работают.

Атхан из Узбекистана. Отдыхает в вагончике.

Этот варит суп дымлама из картошки, мяса, моркови, капусты.

Обед в вагончике в выходные. Шесть человек там живут, едят обычно на работе, а это в выходной готовят. «Москва-сити».

Снимаем квартиру на метро Кузьминки. В двушке живем вдесятером, и люди все время меняются.

На метро ВДНХ знакомые делают квартиру, ремонт. Там пыльно, и вещи подвешивают от пыли.

Сидим в каком-то азербайджанском кафе перед Новым годом, 31 декабря. После еды читаем молитву — благодарим за еду. Называется «Амин», все мусульмане так делают.

Перед новым годом, тоже 31 декабря. Покушали в Кузьминках, едем в «Афимолл» — гулять. Там музыка, дискотека.

Таджики в метро, я их не знаю. Увидел, что земляки и сфотографировал.

«Афимолл-сити», где я работаю сейчас. На втором этаже фонтан. Я, когда в рабочей одежде, не могу заходить в залы, только если переоденусь. Мы делаем магазинчики, отделочные работы. Год уже тут работаю сейчас. Всего 400 магазинов, я несколько десятков сделал.

Мой друг Коля из Узбекистана в «Афимолле». На шестом этаже такие детские батуты стоят и большие игрушки — матрешки, что ли.

Сеттеры Шаня и Мура в квартире, где я убиралась в городе Долгопрудный.

Кухня в квартире, где я убиралась.

Собачка Лиля хозяйки квартиры, где я работала. К сожалению, тут не видно, насколько она маленькая — в ладошку помещается.

Сын Акман с мужем дурачатся.

Муж купил нам новые кольца обручальные, и мы дурачились, фотографировались с ними везде.

Наша семья у торгового центра «Золотой Вавилон», недалеко от дома. В гости приехала золовка Эля, пошли гулять.

С мужем в торговом центре «Золотой Вавилон». Пошли погулять перед отъездом на родину. На следующий день мы вернулись в Каракол насовсем.

Муж работал в оркестре при МВД и часто репетировал дома под фонограмму.

Магазин «Марьячи», мы там покупали разные штуки для саксофона. Муж — саксофонист, и мы туда периодически ходили за чем-то.

Проповедник Кит Батлер и его переводчик в центре «Благая весть» на метро Черки-зовская. Я ходила туда, когда жила в Москве.

Фотография на стене церкви «Благая весть». Пастор церкви с Боярским и Раисой Горбачевой.

Когда муж лежал в госпитале, я к нему ездила. Станция Никольская по курскому направлению.

Кухня в вагончике, где живут наши строители. Чья очередь подошла, тот и готовит на всех. В данном случае варится суп.

Стол, за которым едят строители. В вагончике живут восемь человек. На заднем плане — кровати, на которых они спят.

Старый вагончик, в котором протекает крыша над спальным местом одного из строителей.

Интерьер вагончика, в котором живут строители.

В разгар рабочего дня люди в чистой одежде, которые не вышли на работу, потому что им не оплачивают за 2 месяца труд. ООО «Стем Строй» строит школу за бюджетные деньги.

Приехали представители таджикской диаспоры разбираться с ситуацией. Работодатель не пришел, разговаривали с посредниками. Они не заплатили, рабочие ушли, фирма взяла новых.

Пришло время молитвы. В проходе между кроватями садятся на намаз. Кусок картона поставили, чтобы люди не ходили и не мешали. В момент молитвы нельзя проходить, иначе Всевышний ее не примет. Мулла читает молитву вслух, все остальные за ним — вполголоса.

Моя 19-летняя дочь у нас дома. Снимаем квартиру с дочкой и ее мужем, но она скоро уедет обратно в Джалалабад с ребенком.

В офисе, где я убираю, — моя дочь. Она приехала в Москву рожать и помогала мне на работе.

Маленький Умар, сын моей дочери, только родился — 16 декабря.

Я с внуком и моя племянница с внуком у нас дома в Москве. Всего у меня 40 племянников, а в Москве около 12 работают.

Во Владимире, там у меня родственники живут — племянники моего мужа, который умер. Я к ним часто езжу.

Еще один мой племянник работает строителем на даче, и мы к нему ездили в гости на день рождения.

Это у меня дома — дочь Гулинара и племянница.

Мой сын на крыше нашего дома, антенну чинил. Сейчас тоже в Москве дворником работает.

Шью одеяло. Машинка мне досталась в наследство от мамы. Ей подарил 50 лет назад мой старший брат. Мама только мне доверяла на ней работать.

Аджамал, дочка моей племянницы, у нас дома на веранде. Сидит у коробки из-под телевизора, который мы только что купили.

Тоже у нас. Из дома приехал племянник с гостинцами, и мы все сидели по этому поводу.

У меня дома в Джалалабаде, это мой племянник Нурбек сидит на одеялах. Когда приедут гости, одеяла разложат, и они на них будут сидеть.

Свадьба моего сына Кудлата с Шоксаной. В загсе, с моей племянницей.

Двоюродного брата внук, тоже приехал к нам в гости из Казани. Он мулла, читает молитву, поэтому так выглядит.

Моя дочь со своим мужем, отмечают 24-летие моего сына. Сидели у сына дома.

Санаторий в городе Ош, мы там отдыхали с сестрой десять дней. Играли в шашку с друзьями. В этом же санатории — вечерняя дискотека с эстрадными музыкантами.

Санаторий в городе Ош — Сулайман-Tоо. Туда просто на несколько часов приезжали. В нем небольшой музей с чучелами местных животных — медведь, волк, горный козел. Большой санаторий, туда даже из заграницы приезжают.

Объект, который мы строим, дом на Добрынинской. Уже два года здесь работают. Мусор, который скидывают из дома, собирают в мешки и вывозят на машинах.

Подвал с коммуникациями. Абдулла что-то делает с проводами.

Подъемник на стройке. На заднем плане — кладовые, в них хранятся стройматериалы.

Аждан в кладовой на стройке, где мы работали. Там инструмент хранится.

Один из работников, занимающихся отделочными работами, которые живут непосредственно на объекте, — строят жилой дом на Добрынинской. Они не любят фотографироваться.

Подошло время читать молитву. Если успел в этот момент, тебе зачтется, не успел — виноват. Специальный коврик для чтения намаза, намаз обязательно делается на чистом полотне. Те, кто молятся, носят его с собой в пакетиках. В любом месте можно расстелить.

Я у себя дома, с кем-то переписываюсь. Часто у нас по два телефона с разными операторами, чтобы дешевле были исходящие.

Племянницы Махмуда. Если приезжают родственники, останавливаются тоже у нас.

Сестра Махмуда, Махфуза.

Дома, на съемной квартире. Худоёр у себя с другом ужинают. На дастархане, стола нет — мусульманам стол не нужен, потом сворачиваем — и пошли.

Шесть человек в однокомнатной квартире. Подушек нет, спим на слонике.

Ужин за дастарханом. Яичницу едим, значит, завтрак.

Тоже дома, смотрим телевизор перед сном. Что смотреть, решает старший. Обычно смотрим кино.

editor-chanel