Мужчина

Я увлекся классическими автомобилями благодаря дизайнеру BMW Крису Бэнглу. Под его руководством немецкий концерн выпустил в начале нулевых крайне спорные модели e60 и e65, задушившие спортивный стиль и агрессию баварцев. В тот день я дал себе слово, что этих бегемотообразных машин в моем гараже не будет. И хотя каждое последующее поколение немецких седанов постепенно нивелировало творчество Бэнгла, было уже поздно: я потерял интерес к новым BMW, а вместе с ними к новым машинам вообще.

К тому моменту я ездил на BMW пятой серии в кузове e39, которую до сих пор считаю одной из самых красивых. Моя любовь объяснима: BMW стал первым автомобилем, за руль которого я сел после «Жигулей». Допускаю, что если бы сел в «Мерседес» или «Ауди», то сегодня коллекционировал бы совсем другие машины.

В моем гараже порядка 20 автомобилей, в основном BMW и Alpina 1990-х годов. Когда мальчики вырастают, невольно возвращаются к объектам своего детского и юношеского восхищения, закрывают гештальт. Именно поэтому я абсолютно равнодушен к олдтаймерам — машинам первой половины XX века. Я никак не ассоциирую себя с ними.

Самая старшая машина в коллекции — Audi 100 Coupe S 1974 года. Внимание, безусловно, привлекает, но ездить на ней не слишком комфортно. Без гидроусилителя руля, кондиционера и прочих радостей по ощущениям она сопоставима с «копейкой» «Жигулей». А машины 1990-х мало чем отличаются от современных, разве что в них меньше электроники.

А вообще, я заметил, что среди коллекционеров автомобилей очень много холостяков — увлечение не всегда способствует миру в семье. Представьте, что ваша супруга покупает пятидесятую сумку и вы обреченно вздыхаете: дорогая, куда тебе столько? А теперь посмотрите на ситуацию глазами женщины, когда ее супруг покупает двадцатый или тридцатый автомобиль. Сумки-то хоть в регулярном сервисном обслуживании не нуждаются и 14 квадратных метров не занимают. К счастью, у нас с женой, телеведущей Еленой Ищеевой, существует договоренность: она мне не мешает собирать машины, а ей не запрещаю покупать сумки. Конечно, это шутка: Елена с пониманием относится к моему увлечению. Более того, осенью прошлого года сама купила себе Daimler X308 в идеальном состоянии с пробегом 27 тысяч километров.

Никита Бережной


После того как я продал сайт Banki.ru, у меня была мечта вплотную заняться автомобильным бизнесом. Но я так и не нашел, как совместить классические автомобили и зарабатывание денег. Поэтому решил сосредоточиться на медицинской тематике (MedAdvisor.ru), а машинами заниматься для души. Сейчас я выступаю в роли инвестора в проекте по аренде классических автомобилей AutoBNB.ru. По аналогии с квартирами на Airbnb это площадка, где одни готовы сдать авто, а другие «пожить» в нем несколько дней. Это очень удобный способ протестировать модель, о которой мечтал много лет. В базе есть и Porsche, и Alfa Romeo, и советская классика. Не уверен, что BNB станет прям бизнесом, но «фана» там уже хватает. К примеру, только что к нам на паркинг заехала Tatra-613 1990 года. Это чехословацкий правительственный динозавр, который тоже можно взять в аренду и самостоятельно прокатиться по городу. Он даже без движения вызывает массу эмоций, а ради них мы, коллекционеры, и занимаемся автомобилями.

Автомобиль

Никита Бережной

К моменту, когда я задумался об автопарке, у меня был вполне утилитарный набор из двух машин в России, двух машин в Европе из серии «лето — зима» и только что купленный Jaguar XJ-SC для выездов на ретромероприятия. И вот спустя несколько дней после приобретения «Ягуара» в продаже появляется редкая «Альпина» — икона для фанатов BMW моего поколения. Я не мог ее не купить. С нее-то и началась коллекция. «Альпина» — это отдельный производитель в Германии, который берет автомобили прямо с конвейера BMW и дорабатывает: ставит более мощные двигатели и тормозную систему, улучшает подвеску, шьет знаменитые салоны с цветной строчкой, перекрашивает кузов, а вдобавок присваивает собственный VIN-номер.

У этой машины достаточно интересная судьба. «Альпина» за номером 30 (из 71 выпущенной) была официальным автомобилем бренда Alpina на Женевском салоне 1999 года. Прямо на стенде была куплена банкиром из Цюриха, а через три года оказалась в руках британского юриста, который жил между Швейцарией и Англией. Я разыскал владельца, он подтвердил историю машины, а также рассказал, что у «Альпины» есть и криминальное прошлое: в свое время ее угнали вместе с Porsche из дома на Лазурном Берегу, где британец снимал виллу на лето. «Порше» зачем-то сожгли, а «Альпину» бросили. Спустя какое-то время машина оказалась в России, несколько лет жила в Краснодарском крае, где без должного обслуживания подурнела. Тем не менее, когда появилось объявление о продаже, за редким автомобилем выстроилась очередь. В результате я вынужден был заплатить за машину больше, чем она стоила. Впрочем, это были цветочки на фоне общих затрат. После покупки пришлось полностью перекрасить автомобиль, обновить салон, вложить несколько миллионов рублей в ходовую часть, а также собрать новый двигатель из оригинальных запчастей Alpina. Многие из них, например блок цилиндров, я забрал со склада последними. Зато теперь у меня в коллекции практически новый автомобиль. Это очень комфортная машина представительского класса с уникальным шестилитровым двигателем V12 (в линейке BMW их не было, максимум 5,4 литра) и 430 лошадиными силами под капотом.
Автомобили я собираю для души, не для инвестиций. Покупаю машины в хорошем состоянии, но вкладываю в каждую миллионы рублей, доводя до состояния идеального. При этом понимаю, что никогда не продам их за такие деньги. Впрочем, это не означает, что на автомобилях зарабатывать нельзя. Просто это другой сценарий: ты покупаешь редкую, лучше спортивную машину с небольшим пробегом, накрываешь ее чехлом и раз в год или два вывозишь на ТО. В этом случае спустя лет 10−15 сможешь ее продать по более высокой цене. Именно такую машину я, к слову, купил этим летом. BMW 635 csi в кузове e24 в редком цвете Achatgrun (было выпущено 18 машин) с пробегом 10 тысяч километров. Машина всю жизнь была в руках одного владельца в Швейцарии и находится в изумительном, первозданном состоянии, словно вчера выехала из автосалона. В результате такого бережного хранения BMW был продан за 60 тысяч евро, в то время как машины с пробегом стоят около 40 тысяч евро. И вот я думаю: стоило ли лишать себя удовольствия и ездить на ней только по большим праздникам ради каких-то двадцати тысяч? Машины должны жить и двигаться. Да, при таком подходе за годы владения ты потратишь на них намного больше, и это не инвестиция. Это удовольствие.

У коллекции нет какого-то направления. Сначала я думал сосредоточиться на BMW, но понял, что это скучно — заранее знать, какую машину купишь следующей. Это связывает руки. Поэтому в моем гараже сейчас BMW, Mercedes, Audi, Jaguar, Maserati, Aston Martin и даже Citroen. Минус такого подхода в том, что каждую марку приходится открывать заново в плане технического обслуживания — искать проверенные сервисы, поставщиков запчастей. Если с BMW и Jaguar все понятно, то обслуживание Citroen, Audi и Maserati оказалось непростой задачей. Поэтому мне хотелось бы, к примеру, купить редкий DeTomaso Deauville, но я представляю, насколько сложно будет его обслуживать. Запчасти — главная боль коллекционера. Что говорить про DeTomaso или Jensen, когда я не могу заказать на заводе лобовое стекло для Citroen C6, который перестали выпускать всего девять лет назад?

В шорт-листе машин, о которых мечтаю, на первом месте Alfa Romeo Montreal, на втором — BMW 3.0 в кузове e9. В моей коллекции их нет только потому, что я хотел бы увидеть их живьем перед покупкой. Лично привезти из Европы — из-за пандемии машины за границей приходится покупать вслепую. Также в моем гараже всегда найдется место Aston Martin 1970−1980-х годов, Alpina Z8 и Alpina B12 в кузове e31.

Никита Бережной