T

система

П . В . О .

е

и

л

л

к

е

е

т

г

в

о

о

и

р

в

н

и

ч

Очки Balenciaga; джинсовая куртка и футболка Dolce & Gabbana

Специально для октябрьского номера Esquire, посвященного фейк-ньюс, актер Юра Борисов перевоплотился в одного из главных мистификаторов современности — легенду современной русской прозы Виктора Пелевина. Журналист Роман Супер поговорил с Борисовым о его киноролях, двойниках и о том, почему человек — это ошибка природы.

Записал Роман Супер

Фотограф Алексей Колпаков

Стиль Алексей Бородачев-Архипов

Роман Супер: Есть мнение, что вас не существует. Говорят, Виктор Пелевин — это выдумка издательства, которое много лет работает с чем-то под названием «Виктор Пелевин». Каждый год выходят романы, при этом нет ни ваших интервью, ни ваших автограф-сессий, ни ваших фотографий. Нет никаких вещественных доказательств того, что вы существуете. Насколько безумна мысль о том, что вас не существует?

Виктор Пелевин: Она не безумна, напротив, она абсолютно разумна. Существую ли я? Существуем ли мы все вообще? Вам кажется, вы существуете?

Роман: В первой половине дня я не уверен, а вот ближе к вечеру начинаю думать, что существую.

Виктор: Я понимаю, это поэзия повседневного. Но если копнуть глубже: вы можете с уверенностью заявить, что вы существуете? Что является главным свидетельством вашего существования?

Роман: Я много работал журналистом, снимал репортажи, потом начал снимать документальное кино. Я могу открыть интернет, зайти на платформу, где опубликован мой фильм, посмотреть его и понять: «Да, я помню, я это делал». Для меня это вещественное доказательство того, что я существую. Как и это интервью. Оно выйдет в журнале, кто-то прочтет его. Это тоже доказательство того, что я существую.

Виктор: С одной стороны, да. С другой — не кажется ли вам, что вы сейчас сидите, ощущаете стул под своим задом; пол под своими ногами. При этом нет доказательств, что это все не иллюзия, что ваше сознание на самом деле находится где-то совершенно в другом месте. Творчество тоже не доказывает вашего существования. Возможно, это просто проекция сознания или воображения. Понимаете?

Роман: «Бывает еще, проснешься ночью где-нибудь в полвторого. И долго-долго глядишь в окно на свет так называемой Луны. Хоть давно уже знаешь, что этот мир — галлюцинация наркомана Петрова, являющегося, в свою очередь, галлюцинацией какого-то пьяного старшины». Так получается?

Виктор: Отчасти.

Я считаю, что человек рожден для того, чтобы заниматься чем-то одним. А сколько воплощений у этого «одного» будет, никому неизвестно. Вот я  делаю, допустим, что-то, что мне интересно. Кому еще это интересно, мне абсолютно без разницы

Роман: Вы простите, но голимой кастанедовщиной уже лет двадцать никому голову запудрить нельзя.

Виктор: Кастанеда тут совершенно ни при чем. Я вообще не понимаю, почему люди так на нем зациклились в свое время.

Роман: Давайте зациклимся на другом. Этот вопрос может прозвучать для вас обидно, но мне все равно хочется его задать. Виктор Олегович, каждый год выходит ваш новый роман, и каждый год в моем фейсбуке всплывают десятки однотипных сообщений. Примерно следующего содержания: «Ну понятно, Пелевин опять издал ту же самую книгу, что написал в прошлом году, в позапрошлом году, десять лет назад». Из года в год вы пишете одну и ту же книгу. Зачем?

Виктор: Я в целом считаю, что человек рожден для того, чтобы заниматься чем-то одним. Так и происходит. А сколько воплощений у этого «одного» будет, никому неизвестно. Вот я делаю, допустим, что-то, что мне интересно. Кому еще это интересно, зачем это кому-то нужно, мне, честно, абсолютно без разницы. Вот и все.

Роман: Пелевин — это архетип из 1990-х, человек из моего детства, уже не из твоего. Когда я читал довольно скудную статью в «Википедии», то обнаружил, что тебе всего 28 лет. Ты меня моложе на десять лет, а столько всего уже сделал, и сделал хорошо. Сейчас давай немножко отмотаем в самое начало. Ты родился в Реутове...

На Викторе:
джинсовая куртка, футболка, и джинсы, все Dolce & Gabbana; ботинки Geox; очки Balenciaga

На Юрии:
рубашка C.P. Company; лонгслив Boggi Milano; брюки Canali; ботинки Rocco P.

ЮРИЙ БОРИСОВ: Все думают, что я родился в Реутове.

Роман: А это не так?

Юрий: Я родился в самолете.

Роман: В каком?

Юрий: В обыкновенном. Родился во время полета.

Роман: Твое детство было безоблачным?

Юрий: Мое детство — как масло, растаявшее и размазанное по куску черного хлеба. Я не помню своего детства. Помню, бабушка ставит меня на траву и говорит: «Беги по росе, это полезно». И я бегу. Или помню, как уехал однажды на электричке. Мы ехали на дачу с семьей. На нужной остановке все вышли, а я остался в электричке и проехал еще 20 минут, пока папа с мамой поняли, что забыли меня. Потом меня передали куда-то в отдел милиции, оттуда отправили в интернат. Я прожил там несколько недель, пока родители меня нашли.

Роман: Я так понимаю, ты не из творческой семьи. Не цирковая у тебя семья. Папа — режиссер, мама — сценарист, дедушка — оператор — это же все не про тебя?

Юрий: Я из цирковой семьи как раз. Буквально, не фигурально. У родителей был цирк. Папа отвечал за наладку конструкций. Это был гастролирующий цирк. И одновременно — зоопарк. А мама занималась бухгалтерией. Я практически не учился в школах, мы все время гастролировали.

Роман: Такой цыганский ребенок?

Юрий: Да, городов 300 мы объехали, мне кажется.

Роман: Тебя эта кочевая жизнь подтолкнула к поступлению в театральное училище?

Юрий: Нет. Это тупая история на самом деле. Когда я заканчивал школу, мой папа заключил пари с приятелем. Они поспорили на деньги, поступлю я куда-то или нет. Чисто технически мне нужно было получить диплом, чтобы выиграть спор. Проще всего было поступить в театральное училище, потому что ничего не нужно было готовить. Просто прийти и себя показать.

Мое детство — как масло, размазанное по куску черного хлеба. Я не помню его. Помню, бабушка ставит меня на траву и говорит: «Беги по росе, это полезно». И я бегу

Роман: Никаких фундаментальных знаний не нужно, а нужно прий­ти и себя показать?

Юрий: Вообще ничего не нужно. Нужно было просто прийти и прочитать басню, прозу и стих. Если все окей, то тебя зачисляют. Так батя и выиграл это пари.

Роман: Удивительная, конечно, история. Вот поступил ты в театральное училище и довольно скоро начал работать — сниматься в сериалах, названий которых, наверное, сейчас никто и не вспомнит, в том числе и ты. Получить первые роли в сериалах было так же просто, как и поступить в театральное? Тоже ничего не надо было знать и уметь?

Юрий: Ну да.

роман: Учитывая, так сказать, качество русских сериалов нулевых годов.

Юрий: Да. Это реально так, и сейчас так. Я уже не шучу. Это все понимают.

Роман: Шутка не шутка, а, например, в 2011 году ты уже играешь какую-то пусть не главную, но все-таки роль — в фильме «Елена» у Звягинцева.

Юрий: Я и к Звягинцеву попал без проблем. Это лишний раз доказывает, что одно от другого, в принципе, ничем не отличается. Не в смысле, что что-то лучше, а что-то хуже, а в смысле, что кастинги одинаково работают и там, и там.

Роман: Со Звягинцевым тяжело было работать?

Юрий: Вообще изначально у меня была там главная роль.

Роман: Елены?

Юрий: Нет-нет, я должен был играть внука, которого в итоге сыграл Огурцов. Потом моя роль поменялась. Андрей сказал: «Будешь чуваком с семечками и пивасом». Мол, совсем тебя бортануть не хочется. Все-таки первый раз в большом кино снимаешься.

Роман: Таким образом Звягинцев на десять лет вперед определил твою роль — народный герой, который понятен миллионам зрителей. Потому что зритель видит в тебе себя.

Юрий: Пусть будет так.

Роман: А не так, что ли? Пелевин пишет одну книгу десятилетиями. А ты играешь одного человека, которого легко встретить в вагоне метро. Героя, которого хочется обнять, с которым хочется выпить и семечек погрызть. То есть ты не какой-то персонаж таблоидов, ты чувак из реальной жизни.

Юрий: Это интересно. Вопрос в том, какой реальная жизнь станет через некоторое время. Когда жизнь изменится, что произойдет с моим героем?

Роман: Ты имеешь отношение к фильму «Перелом»?

Юрий: Конечно.

Роман: Мне было интересно, как тебе с иностранными артистами работалось? Люди из Голливуда брезгуют из одних стаканчиков кофе пить с артистами из Европы?

Юрий: Бесконечно разные миры. Мы сейчас закончили съемки фильма «Канон» с иностранными продюсерами. Они считают, что каждому актеру нужно время на подготовку. Например, артисту нужно, чтобы к нему относились на площадке как к его персонажу. Для этого у каждого есть коуч. Актеры вместе с этим коучем придумывают стратегию, как вести себя во время съемочного процесса, чтобы лучше вжиться в роль. Это похоже на трансгалактический зоопарк. У одного актера шар вместо стула на площадке. Такой, знаешь, гимнастический, огромный. Он в перерывах все время прыгает на этом шаре.

Роман: Астрологи, думаю, тоже работают на площадке, их почерк угадывается.

Юрий: Другая актриса играет глухонемую. У нее всегда баллоны с кислородом, она дышит только этим кислородом, а обычным воздухом не дышит. Когда говорят «мотор», у нее забирают этот баллон, и она весь дубль не дышит. Если начинает задыхаться — то задыхается по-настоящему. У меня была своя тема. Мы придумали, что я должен быть обмазан клеем. Лицо, тело, все было обмазано клеем, и я не мог ни до чего дотрагиваться. Реально старался ничего не касаться. Чтобы у зрителя создалось ощущение, что этот мир враждебен герою.

Роман: Очень тяжелая профессия у тебя.

Юрий: Да. Нет.

Я не ухожу со сцены и не делаю таких заявлений. Я говорю о том, что нужно переосмысление. Если переосмыслить, возможно, есть шанс сделать что-то новое. Если не переосмыслить, шанса нет

Роман: Давай перейдем в день сегодняшний. Тебе каким-то невероятным образом в этом году удалось оказаться вообще во всех главных фильмах, которые вышли, выходят или вот-вот выйдут. Ты снялся у Серебренникова в «Петровы в гриппе», которые участвовали в Каннах; ты снялся в фильме «Купе номер 6», который участвовал в Каннах; ты снялся в фильме «Капитан Волконогов бежал», который участвует в Венецианском фестивале; ты снялся в фильме «Мама, я дома», который тоже участвовал в фестивале в Венеции. Как это возможно: чтобы один человек успел столько всего за год?

Юрий: А это невозможно. Я и не делал. Серьезно. Это невозможно сделать одному, поэтому у меня целая команда из клонов, которая снималась то тут, то там.

Роман: Это как всем известные двойники Путина?

Юрий: Почему сразу Путин? Не только у Путина были двойники. Но да, именно так. Только каждый двойник отвечает за что-то свое. На всех площадках работали двойники.

Роман: Так принято у вас в кино?

Юрий: Не то чтобы так принято, но этого требовали обстоятельства.

Роман: Нравится тебе и твоим двойникам это или нет, но сегодня в связи с твоей активностью тебя называют новым Козловским или новым Петровым. Когда артиста очень много, то сначала он собирает все награды, потом все гонорары и славу, а потом становится интернет-мемом. И в конце концов зрителя от тебя тошнит. И тебя тошнит от самого себя. Ты переживаешь по этому поводу? И вообще готов к такому развороту? Ведь так и будет, если ты продолжишь в том же духе.

Юрий: Вот именно, если продолжу. Но я не продолжу. Я уже закончил. Я действительно понял, что все происходящее нужно переосмыслить.

Очки Balenciaga; джинсовая куртка и футболка Dolce & Gabbana

Роман: Знаешь, сколько раз Пугачева уходила со сцены?

Юрий: Я не ухожу со сцены и не делаю таких заявлений. Я говорю о том, что нужно переосмысление. Если переосмыслить, возможно, есть шанс сделать что-то новое. Если не переосмыслить, шанса нет.

Роман: Ты про кино?

Юрий: Нет.

Роман: А про что?

Юрий: Я начал готовить проект оранжереи, сада на крыше дома в городе. Для того чтобы выращивать в городской среде фрукты и овощи. Для людей, живущих в моем районе. Они могут приходить на крышу и собирать овощи.

Роман: Мы можем сделать такой вынос для этого материала: «Юра Борисов уходит из профессии, чтобы заняться гидропоникой». Или такой: «К 30 годам Юра Борисов увлекся гидропоникой». Нормально?

Юрий: Идеально.

Роман: Ты накопил достаточно денег, чтобы уйти из кино? Ты можешь больше не сниматься?

Юрий: Я понял простую вещь: денег никогда не будет достаточно. Я не гонюсь за тем, чтобы зарабатывать больше. И не нужно гнаться. Нужно заняться непосредственно идеями.

Роман: Это все непонятно звучит. Ты машину себе купил?

Юрий: Давно.

Роман: Фазенду купил?

Юрий: Нет, на нее не хватает.

Роман: Зарубежную недвижимость?

Юрий: Не хватает. Для этого нужно сниматься не в том, в чем я снимаюсь.

Роман: Не в кино, а в рекламе?

Юрий: Да. 

Роман: Ты не снимаешься в рекламе, потому что тебе не предлагали или потому что тебе противно?

Юрий: Так сложилось. Но я понял, что могу сделать много интересного и без денег.

Читайте также:

Making of: как создавалась обложка с актером Юрой Борисовым в образе Виктора Пелевина (октябрь 2021)

Роман: Ты не снялся в миллионе рекламных роликов, но снялся в клипе рэпера Федука. Зачем? Это твоя музыка?

Юрий: Мы с Федуком знакомы уже лет 18. Мы с ним выросли вместе.

Роман: Что ты слушаешь? Что у тебя в айфоне?

Юрий: «Ласковый май», «Руки вверх», «Король и шут».

Роман: У тебя когда-нибудь было желание уехать из России?

Юрий: Я все время куда-то хочу уехать. Мне сложно на месте усидеть. Мне не нравится Москва.

Роман: Почему?

Юрий: Не знаю. Здесь царствует энергия успеха. Не нравится она мне. Я под нее попадаю и иду не туда, куда нужно.

Роман: А где правильная энергия?

Юрий: В лесу, в горах, там, где природа есть. Мне кажется, вообще, человек — это реально ошибка природы. Ошибки сами себя уничтожают. Вырастает в природе неправильная ветка на дереве — она обязательно сломается, потому что она не нужна, потому что это ошибка, а все должно быть гармоничным.

Роман: Люди — это ошибки, предавшие природу?

Юрий: Ну, какой-то эксперимент, который не прижился, куда-то не туда свернул, вообще в противоположную от природы сторону. Люди сами себя уничтожат своим поведением. Сегодня хорошая энергия там, где нет человека. Там я чувствую связь со Вселенной.

Роман: Виктор Олегович, я правильно понимаю, что именно поэтому вы из Чертанова уехали? Царствование энергии успеха вас разъедало там?

Виктор: Анализируйте это сами. Уехал и уехал. А может, и не уезжал никуда.

Роман: Виктор Олегович, после огромного количества книг, которые вы написали, которые продавались и продолжают продаваться гигантскими тиражами, после всей той славы, которую вы получили как главный русский писатель эпохи, живой классик, скажите, вам крышу снесло?

Виктор: Крыши у меня никогда не было. Она мешает связываться со Вселенной. Что такое крыша? Крыша — это твои социальные рамки. Если у тебя снесло крышу, то и хорошо, мне есть с чем тебя поздравить. Наконец-то ты можешь пожить без крыши и пообщаться без посредников с тем, с кем нужно.

Роман: Спасибо большое. Мы вас любим.

Виктор: Всего доброго. Не звоните больше, пожалуйста. ≠

Художник по пластическому гриму Алексей Ивченко (FX PRO Lab), художник по гриму Екатерина Одинцова, ассистент фотографа Александр Филимонов-Волков (@Kometa_rent), ассистент художника по гриму Екатерина Бурлаченко, ассистенты стилиста Ярослав Сидоренко и Артем Гетман

{"width":1290,"column_width":89,"columns_n":12,"gutter":20,"line":20}
default
true
960
1290
false
false
false
[object Object]
{"mode":"page","transition_type":"slide","transition_direction":"horizontal","transition_look":"belt","slides_form":{}}
{"css":".editor {font-family: EsqDiadema; font-size: 19px; font-weight: 400; line-height: 26px;}"}