КОМАНДА ТЕЛЕКАНАЛА «ПЯТНИЦА»
Федор Бондарчук: «Есть вселенная Marvel. А у нас - вселенная Art Pictures»
Далее Федор Бондарчук: «Есть вселенная Marvel. А у нас — вселенная Art Pictures»
Зельфира Трегулова: «Сегодня музей - последний демократический оплот культуры»
Далее Зельфира Трегулова: «Сегодня музей — последний демократический оплот культуры»

Слева направо:

МИХАИЛ КОВАЛЕНКО, исполнительный продюсер

ВАЛЕНТИНА КУЛИКОВА, заместитель генерального директора

НАТАЛЬЯ ГОЛОДОВА, генеральный директор ООО «Студия Пятница»

ИЛЬЯ КУЛИКОВ, главный режиссер

ЕКАТЕРИНА КОВАЛЕВА, креативный директор

НИКОЛАЙ КАРТОЗИЯ, генеральный директор телеканала «Пятница»

СЕРГЕЙ ЕВДОКИМОВ, генеральный продюсер, заместитель генерального директора

БОРИС ВОЛКОВ, ведущий продюсер


Если на телевидении о тебе не говорят, что ты голубой и одновременно спишь со всеми сотрудницами, наркоман, но при этом на ЗОЖе, ворюга, но при этом хрен тебе подсунешь (денег не берешь) и т. д., — вот если все это про тебя не говорят, значит ты на телевидении никому не интересен. Так что говорите — всякое упоминание ведет к переизданию.

Моими учителями были такие разные Парфенов и Кулистиков. Например, искусству «ответочки» я в совершенстве научился у мастера Владимира Михайловича (Кулистикова): не спускать никогда обид, быть ветхозаветным в этом бизнесе. Если кто-то обижает — надо ответить, причем ответить настолько неадекватно, чтобы человек обоср*лся, снял с себя кожу и убежал в свой замшелый лес. Иначе гоблины не понимают. Леонид Геннадьевич Парфенов учил другим вещам. Он учил меня писать, формулировать. Вообще феноменология, понимание культурного процесса — это больше от Лени, чем от университета. Мне кажется, по набору хромосом мы очень похожи с Леонидом Геннадьевичем — такие итальянцы, метафизические бандюги, хватающие мир и называющие его своими словами.

Безусловно, я диктатор. Но с портфелем партнерских предложений. Главная моя проблема как руководителя — я патологически нетерпим к глупым людям, я не могу работать с глупым человеком. Я ору, выхожу из себя. Да, во мне бурлит мое татаро-монгольское эго, но труден путь смирения. Поэтому глупых людей в нашей команде нет. Я сумасшедший перфекционист и трудоголик — это вторая проблема. Мы все здесь на «Пятнице» трудоголики. У нас с коллегами разные отношения. Несколько человек стали мне родными. Большинство — партнеры. Я всем пытаюсь предложить партнерство, раздел сфер влияния, но не каждый хочет впрягаться. Есть те, кто хотят, чтобы я был тираном, про которого можно было бы сказать: «Это все Картоз, что я могу поделать?». Такие люди тоже у нас есть — работаем без проблем как попутчики. Но мне ближе партнерские отношения.

Я никогда не занимаюсь тимбилдинговой х… (ерундой. — Esquire): давайте споем наш любимый гимн «Буровики, наденьте ордена!». Я так много гружу коллег нашей миссией и задачами, что просто не имею права даже звонить этим людям вечером, чтобы какой-то еще хренью выносить им мозги.

Войти в команду очень просто: ты должен расширить горизонты бизнеса. К нам приходит человек и говорит: ребята, вы еще не делали того-то в диджитале, а это ведь может принести результат — пожалуйста, занимайся! Только тащи все это.

Собеседования я провожу по‑разному. Мы можем о религии поговорить, о писателях, о политическом процессе. Можем о конкретных задачах. Единственное, что мне интересно, — это оценить красоту мысли человека. Меня интересует исключительно, на одной волне мы катаемся или в резонанс попадаем. Главное — найти правильных людей. Мне нравится учить, но, к сожалению, я не люблю повторять. Я нехороший учитель, нетерпеливый, огнедышащий. Мы сделали студию «Пятницы» на журфаке МГУ. За полгода ребята из группы натаскались так, что могут минут 40 пудрить мозги любому гендиректору, производя впечатление мощных продюсеров. Сейчас, кстати, придумали и написали все пилотные программы. У меня первокурсник вот-вот запустит программу на «Пятнице». Это круто.

Я плохо увольняю — мой взрывной характер сказывается. Это обратная сторона перфекционизма. Надо, наверное, когда все идет плохо, когда человек тебя подводит, обманывает, ленится, не подтролливать его, не обижаться на него и не тянуть дальше в ожидании чуда, а садиться в этот момент и говорить: знаешь, старик, ты обещал то-то, и я недоволен тем-то. А не терпеть, терпеть, а потом взрываться. Наверное, это не очень по‑взрослому и не очень по‑мужски. Вообще, самое главное о команде «Пятницы» — мы очень разные. Мы слушаем разную музыку, у нас разные жизненные интересы. Более того, у нас даже разные взгляды на то, как надо развивать телеканал. Но я предан этим людям.

Мы пиратская шхуна «Черная жемчужина». Они верят в меня у штурвала, и значит я не имею права облажаться и должен привести их к острову сокровищ.