Знаменитый на весь мир дизайнер мужской одежды Пол Смит в последние годы стал рыцарем ее величества и получил несколько предложений о покупке своего бренда. Но даже в условиях жесткой конкуренции на рынке он остается в плюсе и не собирается продавать бизнес, несмотря на то что ему уже 71 год. Сергей Минаев встретился с ним в Лондоне и поговорил о том, как оставаться счастливым и независимым.

Дельфин: «Я сейчас стараюсь от всего отнекиваться»
Далее Дельфин: «Я сейчас стараюсь от всего отнекиваться»
Илья Лагутенко: «За 20 лет группа „Мумий Тролль“ стала частью меня»
Далее Илья Лагутенко: «За 20 лет группа «Мумий Тролль» стала частью меня»

Сергей Минаев: Во многих интервью вы говорите, что вам нравится Россия. Как вы считаете, почему наша страна вызывает интерес за рубежом, в чем ее уникальность?

Пол Смит: Мне интересна прежде всего архитектура. Особенно это касается Санкт-Петербурга. Он как Венеция. Мои первые поездки в Россию, если мне не изменяет память, пришлись на 1980-е. Тогда все было совсем по‑другому. Суровая атмосфера замкнутости.

Сергей: Это была закрытая коммунистическая страна.

Пол: Сейчас, слава богу, она кажется более открытой, интернациональной, и это прекрасно. Что касается Москвы, то меня всякий раз впечатляют ее огромные площади, исторические здания: храм Василия Блаженного, ГУМ. За последние десять лет мне довелось познакомиться со многими людьми из России, и было интересно наблюдать, как они тоже меняются — у русских появилась возможность больше путешествовать.

Сергей: Я заметил, что у вас в офисе стоят матрешки.

Пол: У нас их очень много: есть одна большая матрешка с моим лицом, а есть маленькая — сейчас она на выставке моих работ в Китае.

Сергей: А вы знаете, что матрешка — это японская игрушка? Весь мир думает, что матрешки появились в России, но на самом деле после Русско-японской войны наши моряки привезли их из Японии…

Пол: Правда?

Сергей: Именно так! У меня непростой вопрос: как принципиально изменилась мужская мода с 2000-х?

Пол: Ну и вопрос! Столько всего переменилось — модная индустрия в целом и то, как мы работаем, как продаем. Раньше не существовало так называемой быстрой моды, а сейчас появилось много марок, которые выпускают недорогую одежду, отвечающую при этом последним трендам. Теперь мы продаем онлайн, чего не делали прежде.

Что касается мужчин, я думаю, они стали относиться к вещам намного проще. В начале моей карьеры мужчины не настолько интересовались модой, большинство просто придерживались классики. Многие хорошие журналы, включая ваш, сильно повлияли на то, что все больше мужчин стали уделять внимание тому, как они выглядят, что они едят, какие средства по уходу за собой они используют. Раньше этого не было. Забота о себе считалась проявлением нарциссизма.

Сергей: Не кажется ли вам, что модные журналы пользуются неоправданно большим влиянием и их роль переоценивается?

Пол: Как известно, в последнее время многим печатным изданиям приходилось нелегко, все чаще люди получают информацию из интернета. И глянцевая журналистика тоже сильно изменилась. Раньше в первом ряду на модном показе вы видели редакторов глянцевых изданий, а теперь там сидит 24-летний блогер, инфлюенсер. Все совсем не так, как раньше.

Сергей: Удивительно, что при меняющихся условиях вы остаетесь независимым брендом… Каково это?

Пол: Необыкновенно!

Сергей: Считается, что проще вести бизнес в составе большой корпорации, такой, как, например, LVMH.

Пол: Безусловно, корпорация дает тебе определенную финансовую стабильность. Но не стоит забывать, что в составе этих больших корпораций может быть 70 или 20 разных модных марок, и многое зависит от того, находишься ли ты в приоритете. В этом случае, конечно, у тебя будут огромные рекламные бюджеты и возможности открывать новые магазины. Но в то же время ты находишься под большим давлением, и многим дизайнерам приходится нелегко: Александр Маккуин, как вы знаете, лишил себя жизни. Джон Гальяно время от времени хулиганил… На твоих плечах всегда тяжелый груз. Роль играет и тот факт, что раньше мы делали две коллекции в год, а теперь, особенно в женской моде, все делают по шесть — по две круизные линии, преколлекция и основная.

Затраты и давление на дизайнера зашкаливают. И знаете, самое печальное — то, что раньше, занимаясь модным бизнесом, вы просто делились с людьми своим видением, восприятием моды, все вертелось вокруг идеи. Мы работали для небольшого круга почитателей. Сейчас на первом плане — финансовая сторона вопроса и создание единого имиджа бренда, включая ювелирные изделия, ароматы, сумки.

Сергей: Как часто вам поступают предложения от корпораций о покупке бренда Paul Smith?

Сегодня утром я получил предложение о покупке моего бренда от одной компании из Лондона — вот оно, в мусорной корзине!

Пол: Мы получаем много подобных предложений, не могу точно сказать, как часто, но за последние десять лет было, наверное, десять-двенадцать предложений о покупке, а может, и больше. И все они поступают от известных брендов. Сегодня утром я получил письмо от одной компании из Лондона — вот оно, в мусорной корзине! Они хотят приобрести сто процентов моего бизнеса. Но я доволен тем, как идут дела, и не собираюсь ничего менять. Я счастлив, что у меня есть свобода выбора, возможность принимать спонтанные решения, быть собой. Мне не нужно по каждому поводу терзать совет директоров и переживать о том, как мои решения отразятся на имидже бренда или росте капитала. За последние два года мой бизнес немного сократился, потому что мне пришлось адаптироваться к условиям рынка. Конечно, это немного расстраивает, но, по сути, это не так важно, потому что моя компания по‑прежнему приносит прибыль.

Сергей: Вы чувствуете сильную конкуренцию со стороны таких брендов, как, например, H&M, которые сегодня занимают все больший сегмент рынка? Зачем обычному покупателю идти в Paul Smith, если, грубо говоря, он может приобрести то же самое в H&M?

Пол: Это другая история. Да, многих привлекает доступность недорогих брендов, их магазины есть по всему миру. Если говорить о модных дизайнерах, таких, как я, важно иметь в виду не только качество одежды, но и твой собственный образ. Важно то, каких взглядов ты придерживаешься, как оформлены твои магазины. Если покупаться на то, что предлагают такие марки, как H&M, — я ничего не имею против, но просто, если ты выбираешь Paul Smith…

Сергей: Это свобода выбора.

Пол: Да, абсолютно верно. Удручает одно: к сожалению, множество независимых магазинов, семейных бизнесов по всему миру продолжает закрываться, потому что они не могут конкурировать с быстрой модой и магазинами больших марок. В Европе уже закрылось около ста мелких бизнесов, которые были нашими клиентами. В их городах стали открываться магазины крупных марок, и, конечно, они не выдержали конкуренции. Но опять же мир постоянно меняется, и нам нужно меняться вместе с ним, а не плыть против течения. То же самое происходит с печатными глянцевыми журналами, о которых мы говорили ранее, — кто бы мог подумать лет 20 назад, что все настолько изменится?

Сергей Минаев и Пол Смит
Сергей Минаев и Пол Смит

Сергей: Вы были свидетелем стольких перемен, смен режимов — падение Берлинской стены, распад Советского Союза, теперь еще и Brexit. Как вы думаете, куда дальше будет двигаться мир, как он будет развиваться?

Пол: Мы перегружены информацией. Многие испытывают сильный стресс, страдают психическими расстройствами, нам постоянно нужно думать обо всем и сразу. Каким бы ни было будущее, я уверен, что оно за людьми, которые твердо стоят на ногах, остаются спокойными и невозмутимыми, не дают бурному потоку перемен захватить себя. Главное — оставаться уверенным в себе, сохранять определенную финансовую и моральную стабильность, быть здоровым и поддерживать себя в форме, в то время как весь окружающий мир меняется каждую секунду.

Сергей: Сейчас много обсуждают глобализацию в противовес близости к корням, это касается всего — политики, бизнеса, высокой моды. Ваш бренд это как-то затрагивает?

Пол: Я веду бизнес в семидесяти трех странах мира. Но вовсе не потому, что в моей команде есть специальный человек, который отвечает за международное развитие бизнеса и продвигает Paul Smith. В последние годы люди из семидесяти трех стран сами просили нас открыть магазины у них и были готовы покупать нашу одежду — в Дубае, Таиланде, Малайзии…

Сергей: Да, но Paul Smith — британский бренд, что делает его уникальным…


Пол: Конечно, он уникален, потому что им владею я! Это бренд, у которого есть характер. Знаете, как в случае с виски: есть односолодовый, а есть купажированный. И, к счастью, Paul Smith — это самый что ни на есть односолодовый виски. Ничем не разбавленный, сохраняющий свой уникальный характер и не сильно подверженный изменениям, происходящим вокруг. Если бы моим бизнесом владел кто-то другой, это был бы купаж.

Сергей: Вы 40 лет в модном бизнесе — как вам удается не терять вдохновения? Что вас постоянно мотивирует?

Пол: Любовь к жизни и радость от осознания того, что ты живешь здесь, на этой планете. Жаль только, что мы тут ненадолго, для многих из нас это всего лишь 70−80 лет. Меня вдохновляет все, для меня каждый день — хороший. Я радуюсь солнцу, людям и возможности общаться с ними. Мой день разнообразен, и я очень это ценю.

Сергей: Ваш рабочий день начинается довольно рано, не так ли?

Пол: Да, в шесть утра.

Сергей: А заканчивается?

Пол: В шесть вечера.

Сергей: Чем вы занимаетесь после?

Пол: Иду домой, к жене, и мы вместе ужинаем. Или можем сходить куда-нибудь с друзьями, или выйти на прогулку. В выходные я часто приезжаю в один из своих магазинов и работаю там пару часов. Это магазин в Мейфэйре. Я там с трех до пяти — я очень люблю общаться с покупателями лично. В выходные мы часто ходим в музеи и гуляем в парках.

Сергей: Где вы обычно отдыхаете?

Пол: У нас есть дом в Италии. Вот уже 30 лет мы отдыхаем там, и мне это очень нравится. Я часто работаю в Париже — это тоже здорово! У нас красивый шоу-рум в районе Марэ, в здании 1630 года. Оно находится в нашей собственности. Мы вообще стабильны — наши офисы в Милане и Нью-Йорке тоже принадлежат нам.

Сергей: И в Лондоне…

Пол: Да, это здание тоже принадлежит нам. Как и наши склады в Ноттингеме.

Сергей: Не хуже инвестиций в Bitcoin. Как вы управляете своей командой? Много ли у вас людей, которым вы действительно доверяете? Вы диктатор?

Пол: Нет, наоборот — я всегда спокоен и расслаблен. Я научился работать в команде, еще когда профессионально занимался велоспортом. Дух товарищества был очень силен: если в горах я быстрее и лучше, чем ты, то сегодня я помогу тебе, а завтра — ты мне. Зная свои слабые и сильные места, каждый в команде может делать то, что ему удается лучше всего, и в нужный момент получать помощь со стороны.

В моем головном офисе работают 190 человек, и еще около 300 человек — в Ноттингеме. Эта команда создавалась годами, мы знаем все слабые и сильные стороны друг друга и работаем сообща. Я бросил школу, когда мне было 15, так что у меня нет ни дипломов, ни квалификаций. Не хочу показаться излишне нескромным, но я неплохо разбираюсь в бизнесе и дизайне — и это идеальное сочетание. Быть просто хорошим бизнесменом или только талантливым дизайнером уже недостаточно. Есть много гениальных дизайнеров, которые ничего не смыслят в бизнесе или которые настолько чувствительны, что не могут справиться со стрессом. Сегодня каждому необходимо понимать, как работает бизнес. Не обязательно быть в этом экспертом. К сожалению, не каждый дизайнер может этим похвастать. И опять-таки, с другой стороны, деловые люди могут прекрасно разбираться в финансовых отчетах и прочих бумагах, но при этом не имеют ни малейшего представления о том, как меняется мир моды, и не умеют меняться вместе с ним. А это очень важное умение.

Сергей: Какие навыки вы приобрели, занимаясь этим бизнесом?

Пол: Я научился наблюдать и созерцать. Я очень много фотографирую, и мой инстаграм пользуется большой популярностью. Часто я сам снимаю для своих рекламных кампаний и уже давно сотрудничаю с разными журналами. Я думаю, что это передалось мне от отца — он был фотографом-любителем. Я начал фотографировать, когда мне было 11 лет. Когда смотришь в объектив камеры, необходимо убедиться в том, что ты правильно выбрал кадр. Это учит тебя по‑другому смотреть на вещи, вглядываться в них. Вот сейчас я смотрю на эту стену, она может быть гладкой или шероховатой, и вдруг внезапно это наведет меня на мысль о твиде или шелке. Я не знаю, откуда это у меня и как именно это работает. Главное — всегда сохранять детскую любознательность. Это не значит быть инфантильным, это значит не переставать задавать вопросы и интересоваться тем, что происходит вокруг.

Вы знаете мой магазин в Лос-Анджелесе, розовое здание на Мелроуз? Его выкладывают в инстаграме чаще любого другого здания во всей Калифорнии. А ведь идея сделать такой магазин родилась здесь, за этим столом. Я просто сказал: все дороги в Лос-Анджелесе прямые, на авеню Мелроуз 20 000 номеров домов, и у моего магазина будет 8221-й — он должен выделяться, нам нужно придумать что-то необычное. Почему бы нам не построить большое яркое здание? В принятии решений я независим, мне не нужно беспокоиться о том, как идеи впишутся в имидж бренда. И теперь волей случая мой магазин — самое знаменитое здание во всей Калифорнии.

Сергей: Я знаю, вы не любите, когда вас называют сэром Полом. Но тем не менее расскажите, как происходит посвящение в рыцари?

Пол: В последнее время в Великобритании людей часто награждают званиями и присуждают титулы. Иногда люди заслуживают своих наград, а иногда это все сводится к деньгам: например, вы финансово поддержали политическую партию. Я просто всегда вел бизнес честно. Мы много работаем со студентами. Каждую пятницу к нам приходят 15 новичков на стажировку. Еще мы учредили несколько стипендий в Королевском колледже искусств. Так что я был рад оказанной мне чести.

Сергей: Вы, конечно, помните сам момент награждения?

Пол: Меня награждали орденом Британской империи и посвящали в рыцари. Если честно, я не помню, кто какую награду вручал: что-то — королева, а что-то — принц Чарльз. Кстати, я несколько раз встречался с Елизаветой II лично. Мы успешно ведем бизнес в Японии, и когда королева устраивала ужин в честь визита японского императора, я был в числе приглашенных и познакомился со всей королевской семьей. В такие моменты действительно чувствуешь себя привилегированной личностью. Но всегда будут люди, достойные своих наград и титулов, и люди, которые этого не заслуживают. Так устроен наш мир.

Сергей: В своих интервью вы часто вспоминаете дружбу с Дэвидом Боуи. Каким он был?

Пол: О, у нас была очень искренняя и взаимная дружба. Дэвид был одним из моих покупателей — так мы и познакомились. Он любил приходить в мой старый офис над магазином, ему там очень нравилось. Особенно в моем кабинете. Ему всегда все было интересно: «А что это за книга у тебя на полке? А что это за штука?» Он был очень любознательным человеком, не переставал задавать вопросы. А потом мы сделали вместе футболки.

Сергей: Black Star?

Пол: Да, и это был день, когда он ушел из жизни. Очень печальный день. Я позвонил Полин, своей жене, и сказал: «Ты знаешь, что Дэвид умер?» И она вспомнила день, когда мы ужинали вместе с Дэвидом и его женой Иман в ресторане в Лондоне. Нас было четверо, и во всем ресторане были только мы одни. Когда мы уходили, Дэвид начал петь The Party is Over. И у нас с Полин пробежали мурашки по коже.

Сергей: Paul Smith — бренд, который всегда любили рок-звезды.

Пол: Да, и даже сейчас мы работаем в коллаборации с R.E.M.

Сергей: Какую музыку вы слушаете?

Пол: В последнее время я много слушал группу, которая называется The Lumineers. Они из Америки. Они позвонили мне, когда были в Лондоне, и спросили: «Можно к вам заглянуть?» Я ответил: «Почему нет!» Тогда я о них почти ничего не знал. Я снова стал много слушать джаз, как ни странно. Бывает, приду в офис рано утром и поставлю пластинку. У меня есть винил Herbie Hancock, John Coltrane. Я подумал, что, наверное, стал слушать джаз, потому что он по-новому зазвучал для меня сейчас. Еще я много пишу — для журнала AirFrance, для Le Monde. Просто триста слов о чем-нибудь — например о музыке.

Сергей: Вы говорите, что каждый выбирает свой собственный путь. У меня достаточно философский вопрос: вы верите в судьбу?

Пол: Даже не знаю, что ответить. Мой бизнес успешно развивается в Японии, и люди часто говорят о том, как мне повезло, что я добился успеха в этой стране. В такие моменты хочется ответить: «Нет, это не просто везение, в этот успех вложено очень много труда». Есть не столько судьба, сколько способность использовать возможности, открывающиеся перед тобой, и не упускать их. Одновременно со мной в Японию были приглашены еще два дизайнера, но ни один из них больше не занимается модным бизнесом там. А я спустя столько лет — с 1982 года — веду бизнес в Японии. Я был в этой стране раз сто. И всегда был рад проехаться в метро — так я мог наблюдать за людьми, за тем, что они носят, как себя ведут. Мне плевать на джетлаг, все было интересно. Кто-то скажет, что это судьба, а кто-то — что это просто умение найти свое место и добиться успеха на рынке, пытаясь понять страну. Как в поговорке: что посеешь, то и пожнешь.

Сергей: Кто для вас остается самым близким человеком, к которому вы можете прийти и сказать: что-то идет не так, я устал, я в депрессии, я не знаю, что делать.

Пол: К счастью, со мной такого не случается! Но если бы случилось, таким человеком для меня была бы жена. Мы вместе с тех пор, как мне исполнился 21 год, и она меня всегда понимает. И, к счастью, у нас не бывает плохих дней.