Элла Стюарт, 51 год, управляющий директор BBDO Group

Илья Стюарт, 30 лет, кинопродюсер

Илья Стюарт: Почему ты согласилась на это интервью?

Элла Стюарт: Потому что хочу, чтобы все знали, что я горжусь тобой и уважаю тебя. Что моя заслуга в твоих успехах состоит только в том, что ты вырос в любви и перед тобой всегда был пример семьи, в которой все много работают. Мне очень приятно и лестно, когда меня спрашивают: «А вы мама Ильи?»

Илья: Ты не сожалеешь, что я не продолжил работать у тебя? (Илья начинал карьеру в группе компаний BBDO, где Элла Стюарт возглавляет совет директоров. — Esquire)

Элла: Нет, и никогда не сожалела. Но ты знаешь, я хотела, чтобы ты подольше оставался рядом. Хотя я стараюсь быть не очень авторитарной.

Илья: «Я стараюсь быть не очень авторитарной». В этой фразе вся ты, мам.

Элла: Я правда стараюсь не быть авторитарной.

Илья: Скажи это кому угодно из наших друзей, они только посмеются. Ты очень авторитарна.

Элла: Хорошо, я признаю, я люблю все контролировать. Но и ты не отстаешь! Мне трудно с тобой спорить. Мы очень похожи. Ты реагируешь на все так же, как и я, заводишься от тех же вещей, что и я. Поэтому спорить нам бесполезно. Мы можем только обмениваться аргументами, хотя ты все равно сделаешь по‑своему.

Илья: Ты не жалеешь, что я твой единственный ребенок?

Элла: Нет. Было время, когда я хотела родить еще ребенка. Но это позади, и я рада тому, как все сложилось. О чем я жалею — так это о том, что проводила с тобой так мало времени, пока ты был ребенком.

Илья: Я с тобой не согласен. Мне кажется, ты всегда была рядом.

Элла: Помню, ты едва научился говорить, встал у двери, расставил руки в стороны и сказал: «Не пущу тебя на работу!»

Илья: Не припоминаю ничего подобного.

Элла: Каким ты помнишь свое детство?

Илья: Помню наш дом в деревне под Бронницами, где я жил с Эммой (бабушка Ильи. — Esquire). Я английский язык выучил раньше, чем русский (Илья никогда не учился в русской школе и много времени провел за границей. — Esquire), и очень рад тому, что этот дом был в моей жизни. Это важная часть меня, это Россия, какой я ее знаю. Деревня, лес вокруг, река.

Элла: Помнишь, как в дом ворвались грабители? Тебе было лет семь, ты был дома со своим другом (сыном английского посла. — Esquire). Нам повезло, что не разразился международный скандал.

Илья: А я искал охотничье ружье, чтобы их прогнать.

Элла: Слава богу, не нашел! У тебя всегда был мужской характер, даже когда тебе было семь. Я помню это время, когда ты жил в деревне с бабушкой. Девяностые. Я каждые выходные хотела проводить с тобой. До Бронниц было примерно два часа езды на машине от Москвы. Жуткие пробки. Я уже, кажется, водила не «жигули», у меня был простенький «рено». Без гидроусилителя, без кондиционера.

Илья: Читатели тебя примут за сноба, мам.

Элла: За кого меня только не принимали. Я всегда старалась быть хорошей матерью, но мне казалось, что меня в твоей жизни было очень мало.

Илья: Я знаю про этот твой комплекс, но я помню все наоборот. Ты всегда была для меня примером в жизни. Мам, ты что, сейчас заплачешь? ¦