Из года в год августовский номер Esquire — литературный, коллекционный, отпускной. Он состоит только из рассказов — написанных специально для нас либо ранее неопубликованных. А обложку украшает созданное для номера художественное произведение. К выходу августовского номера журнала 2019 года мы вместе с командой VK Talents запустили конкурс для литераторов. Чтобы принять участие в конкурсе, нужно было написать рассказ на свободную тему, опубликовать его в редакторе статей на личной странице или в своём сообществе с хештегом #vktalents_esquire до 11 августа включительно.

Публикуем 5 работ-победителей.

Рассказ «Наше право!», автор Денис Трущелёв

«Давным-давно далекой-далекой галактике процветала страна — Ссория. Надо сказать, что Ссория была свободной современной страной. Телевизоры там круглый год совершенно бесплатно показывали 1000 каналов, в том числе около сотни — порнографического содержания; алкоголь, табак и лёгкие наркотики были самым популярным развлечением, а так как акциза там не существовало, их можно было легко купить и употребить в любом месте и количестве, не взирая на пол возраст или социальный статус, что, несомненно, было примером истинного всеобщего равенства. Работали граждане шесть дней в неделю, но им это было не в тягость, ведь все они знали, что в воскресенье соберутся в каком-нибудь баре за просмотром футбола, бокса или другой спортивной дисциплины. Особо отличившихся трудяг могли наградить целым килограмм котлет, ящиком водки или другим съестным.

Правил страной парламент, который состоял из самых важных персон страны: банкиров, промышленников, священников, актёров, спортсменов, военных, председателей общественных фондов. Забавно было то, что право избирать и быть избранным в парламент имели тоже только банкиры, промышленники, священники, актеры, спортсмены, военные и председатели общественных фондов из-за чего все в Ссории считали справедливым, «ведь они же самые умные и лучше, чем кто бы то ни было, и знают, что нужно делать, чтобы всем жилось хорошо».

Читать полную версию

Рассказ «Телефон в квартире номер девять», автор Никита Музалевский

«В детстве я любил подходить к этому телефону, поднимать трубку, и, если повезет, слушать случайно пойманный диалог между двумя каналами. Таким эффектом старые телефонные линии часто баловали мое любопытство — дух захватывало от этой роли великого и невидимого свидетеля. Я слушал про переваренные пельмени, поездки на дачу, и здоровье неизвестной тети Кати, которая вот уже несколько дней лежит с подагрой. Снимаешь трубку — и через шипение и кряхтение старого телефонного кабеля открывается занавес перед чьей-то частной, камерной сценой. А ведь они и не догадываются! Даже не подозревают, что восьмилетний мальчик слышит каждое слово — и про забытую на прилавке универмага сдачу, и про сшитое, но тесное ситцевое платье, и про тайные любовные встречи, смысл которых был мне не до конца понятен, но безмерно волновал воображение.

Но чаще телефон звонил. Громкий, резкий звук заставлял на секунду замереть в любом процессе. Пока закипает кисель на плите (как известно всем хозяйкам, это категорически запрещено допускать), вытирается пыль с подписных изданий, сворачивается ковер для снежной экзекуции во дворе, подписывается свежая монография профессору и ведущему латинисту петрозаводского университета — звонок останавливает любое движение. На секунду.

— Возьми трубку — спроси, кто нужен.

Да кто еще может быть нужен! Конечно ты!

— Если скажут, что тебя?

— Спроси кто, если Светлана Викторовна, передашь трубку, все другие — пусть звонят через час.

— Алло?

— Добрый день, Евгению Павловну можно услышать?

— Добрый день! Кто ее спрашивает?

— Это Катя Паломцева, студентка пушкинского спецсеминара. Она должна помнить, мы договаривались.

— Перезвоните через час, пожалуйста.

— Через час я буду на работе.

— Хорошо, попробуйте набрать вечером.

— Хорошо, спасибо.

— И вам. До свидания.

— Звонила Катя Паломцева, твоя студентка из семинара.

— Хм… Что ты сказал?

— Сказал, чтобы перезвонила через час. Но она не сможет — будет на работе, поэтому наберет вечером.

— Вечером скажешь, что в пятницу буду ждать ее за полчаса до занятия в Пушкинском кабинете. Пусть возьмет все, что записала, и наши наработки».

Читать полную версию

Рассказ «Ирма», автор Анна Златковская

«Я пока переходил два раза. Первый раз еле успел — тело попалось с судьбой весьма никудышной, двадцать пять лет всего отмерено, а я перешел в него в двадцать три и даже не понимал, что два года — это очень мало. А когда тебе за два дня надо найти нового человека — вообще беда. Благо, мужичок попался сердобольный и реально поверил моему сердечному приступу. Только он мне в глаза заглянул, я решил: все, перейду, ждать кого-то другого не вариант, а этот вдруг проживет лет так двадцать. Он и прожил, правда, восемнадцать отмерено ему было, я тогда снова по той же схеме пошел и в мальчика прыгнул. Мать его курила за остановкой, пока я разыгрывал спектакль, а он подошел, не испугался, за руку даже взял, такой умненький оказался. Как взглядами встретились, я в него и проник. Главное тут поймать добро, тянуть его за ниточку в себя, словно всасывая через трубочку сок, остальное за тебя сделает магия. Мне не нравилось это слово — магия, будто я колдун какой-то, а не обычный воришек чужих тел. Но посвященные в переход так процесс и называли, не раскрывая тайну механизма. Магия так магия, главное —делать все по инструкции.

Мне, конечно, жить в теле мальчика не совсем нравилось, имея такие вводные данные, но не умирать же?

Больше всего в переходах удивляло, что губила всех людей любовь. Ведь только так можно было отобрать тело. Они к тебе по‑хорошему, совершенно чужие люди, и ты — раз! — поменялся местами. Они умирают в другом теле, паникуя, отчего память плюется картинками той жизни, а тело и не твое — дохнет, и вот сами ангелы смерти несут его на небеса. А перед смертью ты, возможно, видишь сам себя, но уже другой взгляд внутри, другая душа, и этот страх ужаса, что кто-то забрал твою жизнь… О-о, это не забыть никогда. Тварью себя чувствуешь первые несколько дней. А потом забывается. Жить-то охота. Кто бы не воспользовался таким способом?».

Читать полную версию

Рассказ «Как же хорошо!», автор Дина Неверова

«Внешность у нее тоже была запоминающаяся, про таких говорят «чистый персик», ее так и звали — Персик, причем не только пациенты, но и коллеги. Я много раз натыкалась на это сравнение в книгах, но у нас в редакции нет таких персиковых женщин, нет их и среди моих друзей, а благодаря Светлане О. я поняла, о чем идет речь — она вся была какая-то аппетитная, аккуратненькая: не руки, а ручки, не ноги, а ножки, кожа нежная, на лице всегда настоящий румянец — никакой косметики, глазищи огромные, блестят, да всегда так задорно, ну невозможно не заметить такую красотку, Мэрилин Монро! Что она забыла на Березовой аллее, уму непостижимо. Возможно, тут ее держал дух смеха — других объяснений у меня не было.

Все посетители Березовой аллеи, с которыми я познакомилась, делились на два лагеря: на тех, кто души не чаял в Персике, и тех, кого она дико бесила, причем восприятие первых и вторых постоянно менялось: утренние обожатели Персика к вечеру могли оказаться в лагере ненавистников, и наоборот. В чем тут причина, сложно сказать, не думаю, что в химиотерапии и прочих процедурах, от которых ум за разум заходит. Так уж устроен человек — все в нас волнообразно, а Персик, точно зеркало, эту волнообразность отражала.

Сначала я была в первом лагере, потому что смех смехом, но всему должна быть мера, кроме того, меня ужасно раздражала ее манера по каждому поводу восклицать:

— Как же хорошо!

Лежишь, бывает, с катетером, шевелиться нельзя, одно удовольствие — трещины на потолке рассматривать, а она ходит от койки к койке и нахваливает:

— Такая погода сегодня, чудо! Прям под окнами вашей палаты зацвела азалия! Цветы у нее, точно огромные бабочки, а пахнут! Как же хорошо!

Вот убить после такого хочется, скинуть в эти самые азалии прям с третьего этажа!

Или приходишь в кабинет 201, с бумажкой, на которой написано «пункция, заднебрюшная», но написано это, как всегда, какими-то иероглифами, то есть ты совсем не готов к тому, что с тобой сотворят сейчас, а когда все свершается, и волосы на коже, если они еще остались, обязательно встают дыбом от этих слов, Персик вам говорит тихим успокаивающим голосом:

— У вас такой стильный маникюр, вам очень идет этот цвет, чудо, как хорошо!».

Читать полную версию

Рассказ «Смерть для дураков», автор Светлана Синицына

«Заголовок на первой странице журнала, который ему вручили на улице, снова бросился в глаза.

«Умрите для мира! Трое суток безвременья к вашим услугам!»

Тема с собственными похоронами стала популярной пару лет назад. Одна конторка здорово поднялась, когда начала предлагать такую услугу. Обычно клиентами становились замученные проблемами люди и праздные зеваки — те, кто любит пощекотать себе нервы или склоняется к уходу из жизни. Количество самоубийств со времени открытия конторы сократилось вдвое.

Мысль, пришедшая к парню утром, зудела в подкорке. Он тоже может воспользоваться такой услугой и преподать всем урок. Скажем, на этих выходных. Тогда они раскаются! Поймут, как мерзко поступают с ним.

Снова пробежав глазами заголовок, Игорь встал из-за столика. Царапина на ботинке больше не беспокоила. Он расплатился по счету и вышел из прохладного заведения на жаркое солнце. Они пожалеют».

Читать полную версию