«Больше всего на свете хочется к тебе. Если уедешь куда, не видясь со мной, будешь плохая.

Пиши, детанька.

Будь здоров, милый мой Лучик!

Целую тебя, милый, добрый, хороший.

Твой Володя».

Так заканчивается одно из писем Владимира Маяковского к Лиле Брик, которая читала послания поэта в доме №7 на улице Жуковского в Санкт-Петербурге. С виду это не самое примечательное здание помпезной, по‑императорски величественной Северной столицы. Но именно здесь в июле 1915 года Маяковский представил еще нигде не опубликованную поэму «Облако в штанах», которую посвятил хозяйке квартиры — Лиле. Что и стало началом одной из самых трагичных историй любви XX века.

Сама муза поэта отвечала ему на письма из этого же дома: «Ужасно скучаю по тебе, и хочу тебя видеть. <…> Настроение из-за здоровья отвратительное. Для веселья купила красных чулок, и надеваю их когда никто не видит — очень весело! <…> Обнимаю тебя, Володенька, детынька моя, и целую».

Санкт-Петербург хранит немало великих love stories. Собрать все любовные письма писателей, поэтов, художников, артистов и императоров в одном мобильном приложении решил режиссер Семен Александровский. Для его поп-ап-театра это уже далеко не первый спектакль, действие которого происходит прямо на улицах Питера. Например, у театра есть спектакли в барах, в отеле или в Екатерининском парке.

Все, что нужно зрителю для погружения в любовную переписку, — скачать бесплатное приложение Love Letters, взять наушники и следовать по маршруту. Программа автоматически включает письмо при приближении к тому зданию, где оно было написано или прочитано.

Дом на улице Жуковского, 7.
Дом на улице Жуковского, 7.

Над этим проектом Александровский работал два года вместе с командой филологов. Идея «Любовных писем» пришла еще до пандемии, но реализация выпала как раз на время первого и самого жесткого локдауна в России.

«Помню, как ходил по пустому Петербургу и думал, как бы было хорошо выпустить это именно сейчас, — вспоминает режиссер. — Как бы это было щемяще в изоляции и отдаленности друг от друга».

«Любовные письма» действительно идеально подходят для прогулки в одиночестве. И хотя вокруг современный и шумный Петербург, слушая аудиозаписи, будто переносишься на сто-двести лет назад, где люди могли так откровенно и красиво писать о своих чувствах.

В проекте также приняли участие современные актеры, художники, писатели, журналисты, драматурги. Так, Ксения Раппопорт озвучила Зинаиду Гиппиус, Покрас Лампас — Дени Дидро, Евгений Водолазкин — Александра Пушкина, а Антона Чехова — Максим Матвеев. Сам режиссер спектакля зачитал письма Корнея Чуковского.

Две прелестные комнаты на Морской

«Наночка, почему ты не написала из Москвы? Разве так делают Няки? Надик, завтра будет телеграмма от тебя? <…> А ты купила дыньку в Мелитополе? Дета моя, радуйся жизни, мы счастливы, радуйся, как я, нашей встрече. Господь с тобой, Надичка. Спи спокойно. Помни советы мои, детка: 1) к доктору, 2) лучший пансион, 3) мышьяк и компрессы.

Дета, целую волосики. До встречи, родная пташечка моя.

Ося.

Детуся моя дорогая, Надик милый, прошу тебя: не кури.

Целую глазы и губы и митенки».

Эти строки Осип Мандельштам писал своей жене — Надежде Яковлевне Хазиной в 1925 году. Тогда он жил во дворовом флигеле особняка Е. П. Вонлярлярского на Большой Морской, 49.

Сама Надежда Яковлевна напишет потом в своих воспоминаниях об этой квартире так: «Две прелестные комнаты на Морской, нечто вроде гарсоньерки… Одна беда: в нашей гарсоньерке не было двери <…>. Какой-то чудак соорудил нам нечто из некрашеных досок такой невероятной грубости, что чрезмерное изящество жилья как-то смягчалось и не лезло в глаза».

По словам Семена Александровского, после этих писем на многих из героев проекта он взглянул по‑новому. В частности, на Осипа Мандельштама.

«Меня поразили его письма. Как нежно, с какой заботой он писал жене Надежде Яковлевне. И в некоторых письмах подписывался «Твой нянь», — рассказывает режиссер.

Но именно в этой квартире поэт чуть не бросил супругу из-за актрисы Ольги Ваксель. Из-за нее же и сама Надежда Яковлевна собирала в этой квартире свой чемодан.

Дом на Большой Морской, 49.
Дом на Большой Морской, 49.

Написать письмо — это огромный труд

У команды проекта большие планы. Идет работа над запуском подобной карты в Красноярске, позже собираются масштабироваться и на Москву.

В Санкт-Петербурге сейчас более ста трогательных, пронзительных и пропитанных нежностью посланий. Но авторы проекта надеются, что горожане, вдохновившись примером писателей и поэтов, еще дополнят интерактивную карту собственными письмами.

Совершенно любой пользователь может зачитать и загрузить в приложение либо свое послание, либо переписку родителей, бабушек и дедушек из семейного архива.

Сам режиссер Александровский поделился, что тоже начал писать письма — своей дочери. Для него это такой художественный акт, ритуал из прошлого, который не просто помогает передать информацию, но и заставляет работать душу.

«Я упаковываю их [письма] в красивые конверты и оставляю на столе дочери. Она их сохраняет. В этом есть свой кайф. Но написать письмо — это огромный труд. Ты сидишь и думаешь — как писать? Как выражать свои чувства?» — размышляет режиссер.

Люди вообще — чувствующие существа

«Играли «Сестер». Но мне не игралось. <…> Прости, Автор.

Принимали хорошо.

<…> Вспоминаю, дусик, как я тихо жила с тобой, тихо и хорошо; как с тобой в кресле сиживала, как болтали, вспоминаю твои любящие добрые глаза и милую улыбку.

Целую тебя, милый мой, крепко и горячо.

Пиши о своем здоровье, а то я беспокоюсь. Затылочек будет подстрижен? Целую его.

Твоя собака».

Вот так Ольга Книппер признается в письме Антону Чехову, что плохо играла в его пьесе «Три сестры». Актриса написала это во время гастролей МХАТа в 1902 году в Санкт-Петербурге. Тогда она остановилась в доме по адресу Кирпичный переулок, 8. Во второй половине XIX века здесь проходили вечера Литературного фонда, среди организаторов которого были Николай Некрасов, Михаил Салтыков-Щедрин, Иван Тургенев и другие. А на рубеже веков останавливались Владимир Ленин с Надеждой Крупской, Федор Шаляпин и другие.

Кирпичный переулок, 8.
Кирпичный переулок, 8.

Как известно, Чехов и Книппер проводили много времени в разлуке: он — в Ялте, она — на репетициях в Москве или на гастролях. Поэтому они отправили друг другу более восьмисот писем. Книппер продолжала писать мужу и после его смерти.

Проводя параллель с современностью, режиссер «Любовных писем» отмечает, что сейчас такие послания выглядят необычно и даже странно. Мы привыкли к более кратким и сдержанным сообщениям. Но при этом потребность в выражении чувств никуда не делась.

«В эпоху технологий люди зачерствели, разучились выражать свои эмоции красиво, как в письмах, — размышляет Александровский. — С одной стороны, прогресс облегчил нам жизнь, с другой — сделал ленивыми. Но я думаю, вряд ли мы перестали любить. Люди вообще — чувствующие существа, но сами себе ставят какие-то блоки».