8 книг, которые нужно прочитать до конца года
Далее 8 книг, которые нужно прочитать до конца года
Пять главных книг о революции
Далее Пять главных книг о революции

В октябре две престижнейшие литературные премии сделали два очень верных и взвешенных решения. Если присуждение Нобелевки Кадзуо Исигуро — это вежливый и почтительный кивок в сторону массового читателя (и даже зрителя), то случай с Джорджем Сондерсом, заполучившим статуэтку Букеровской премии (Man Booker Prize), — совсем другой коленкор. Победа его романа «Линкольн в бардо» — триумф андеграунда (что бы это понятие сейчас не значило), подвальной классики и, быть может, предсказуемый, но правильный выбор. Решение членов жюри доказывает, что в этот раз Букер дали за литературу ради литературы, а не за заслуги, политкорректность или повестку дня.

«Линкольн в Бардо» — действительно стоящий роман, хотя у Сондерса и дебютный: до этого автор работал исключительно с краткой прозой. Это книга, которую вы либо забросите после первых двадцати страниц, либо прочитаете от корки до корки.

1862-й год, Авраам Линкольн устраивает светский прием, а в это время на втором этаже от брюшного тифа умирает его сын Уильям. Говорят, что Вилли был любимцем отца, а некоторые газеты утверждали, что президент был настолько сломлен, что ночевал в крипте с упокоенным телом сына. Только Вилли никак не может обрести покой — его душа застревает в мире, отдаленно напоминающем чистилище, в том самом бардо. Согласно Тибетской книге мертвых бардо — это промежуточное состояние между жизнью и смертью, и этот пограничный мир Сондерс превращает в белесое ничто, населенное всевозможными демонами и сгустками энергии. Тут Вилли и пребывает вместе с сонмом других душ, пока где-то за невидимой перегородкой плачет его отец.

«Линкольн в Бардо» можно назвать историческим романом с большой-большой натяжкой — впрочем, он и не претендует на документальность. Напротив, Сондерс берет достоверный факт о смерти сына американского президента и начинает сплетать его с фиктивными документами, мнениями очевидцев и современников, таким образом обыгрывая привычный постулат постмодернизма о рыхлости истины и размытости фактов.

За подобное сопоставление могут закидать литературоведческими табуретами, но все же хочется сравнить «Линкольна в Бардо» с «Бардо иль не Бардо» Антуана Володина. Во‑первых, если вы не буддист и не приверженец азиатских мистических практик, то литературу — уж тем более художественную — об этом месте удастся найти не так много. Такая аналогия необходима и для того, чтобы показать, насколько отличается подход авторов, вписывающих своих героев в подобные декорации. Если Володин пинает труп постмодернизма и, подобно Беккету, рассуждает о невозможности и исчерпанности письма, то Сондерс берет дефибриллятор — и закоченевший постмодерн в его романе начинает наливаться кровью.

Прежде всего, «Линкольн в Бардо» — это полифонический роман с голосами более ста заблудших душ, которые вторят друг другу, гудят все громче и громче — и обрываются на полуслове; это роман-сплав исторического факта и шизофренического нарратива. А еще это по‑сондеровски своеобразный катабасис о мистическом пребывании мальчика в затуманенном бардо, пока его душа не превратится в тонкий сгусток энергии или не реинкарнирует. И, последнее по счету, но не по важности — это большой разговор о любви и страдании, душещипательная и вместе с тем гротескная частная история о потере сына.


Роман Сондерса, переведенный на русский язык, выйдет в издательстве «Эксмо» в 2018 году.

ФИНАЛИСТЫ

1. Эмили Фридлунд — «История волков»

Откровенно слабый дебют Фридлунд, хоть и очерчивающий богатый потенциал писательницы. Это история взросления Линды — одинокого волчонка, взращенного в коммуне вместе с северными реднеками и хиппи и прозябающего в бесконечной круговерти быта и рутины. Но в какой-то момент Линда встречает Патру, Лео и их больного сына Пола, — последователей христианской науки Мэри Бэйкер Эдди — и они переворачивают ее жизнь.

По сути «История волков» — продубленный морозным ветром роман взросления, в котором есть и безнадега, и осознание собственной сексуальности, и аутсайдерство. Но где-то мы уже это видели.

Роман на русском языке выйдет в издательстве «Эксмо» в 2018 году.

2. Мохсин Хамид — «Западный выход»

Exit West, казалось бы, роман о важном и нужном — о беженцах и переворотах. Но на деле он рассказывает о двух влюбленных Надие и Саиде, обнимающих друг друга на фоне чумы, разрухи и повстанцев. Не в силах больше быть угнетенными, молодые люди бегут сначала в Лондон, а затем и в США, где обретают заждавшееся их счастье.

Да, это значимый альтернативный голос пакистанского писателя, повесть о болезненном нарыве стран третьего мира, но отчего-то — то ли из-за сладковатой истории родственных душ, то ли основанного на эмиграции повествования — этот голос начинает сдуваться и раздражать. К тому же, романы подобного толка присутствуют в каждом лонг-листе Букера последние несколько лет.

3. Пол Остер «4 3 2 1»

Получи «Букера» Пол Остер, было бы не менее справедливо. Но с другой стороны, он романист широко известный и не раз премированный другими престижными наградами, так что с него хватит. К тому же, в отличие от других авторов, Остер почти полностью переведен на русский язык.

Его новый раблезианских размеров том рассказывает об истории жизни Арчи Фергюсона — в четырех альтернативных версиях. Фактическая основа романа неизменна — мальчик растет одной и той же еврейской семье среднего класса и веселится с теми же друзьями, — но в зависимости от мелких деталей судьба Арчи складывается по‑разному, а историческая действительность (убийство Кеннеди или война во Вьетнаме) пугающе видоизменяется.

Роман на русском языке выйдет в издательстве «Эксмо» в 2018 году.

4. Али Смит — «Осень»

С первого взгляда «Осень» может показаться несколько рваной и незавершенной, однако, привыкнув к интонации, в глаза бросается поэтичность и бархатность ее языка, обласканного стихами Джона Китса.

Как и у Хамида, Смит тоже ставит в центр романа любовь на фоне крошащейся и увядающей в результате брекзита страны. Любовь, правда, слегка девиантная: Дэниэлу 101, а Элизабет всего 32. Но, в отличие от пакистанца, шотландская писательница наполнила свой небольшой роман неподдельным лиризмом и открытостью, отчего ей хочется верить. К слову, это первый из ее «сезонных романов», за которым последуют «Зима», «Весна» и «Лето».

Роман на русском языке выйдет в издательстве «Эксмо» в 2018 году.

5. Фиона Мозли — «Элмет»

Еще один дебют. На сей раз, сплав сельского нуара с готикой, переплетающийся с легендами и древней историей Йоркшира и исчезнувшего королевства Элмет, от которого роман берет название. На удивление эта молодая писательница по‑хорошему старомодна, так как взялась сочинять меланхоличную буколическую прозу, будто бы ХХ век и не думал сдвинуться с места.

Дэниэл и Кэти живут в доме, который они вместе с Папочкой построили голыми руками. Вместе с ним они ведут тихую жизнь: охотятся, заготавливают сидр и всячески друг другу помогают, как вдруг над семьей нависает ворох проблем в лице жестоких землевладельцев, а семейная сага начинает рифмоваться с мифом о потерянном Элмете.