Истории|Мужчина и его автомобиль

Алексей Васильев и Ferrari Mondial 1981 года

Российский гонщик Алексей Васильев рассказал Esquire о Ferrari Mondial 1981 года, о кольцевых гонках и о том, как в 90-ые чинил Ferrari для бандитов

Мужчина

Мы со старшим братом с детства мотоциклы собирали прямо в трехкомнатной квартире на станции метро «Беляево»: мама нам отдала большую комнату, мы ее всю заклеили полиэтиленом и устроили мастерскую — всем двором на пятый этаж по лестнице носили мотоциклы, мопеды. В мотокросс меня из-за невысокого роста не взяли, зато взяли в картинг. Месяца два мыл полы, туалеты, гайки перебирал, грязные от чистых отделял, потом раз — тренер дал машину. Вернее, я ее собрал сам, а тренер увидел, какой карт получился, продал его и купил себе «жигули», шестую модель. Но я себе еще один построил, даже лучше, выиграл городской чемпионат, попал в сборную Москвы и поехал на чемпионат СССР. Мне тогда 14 лет было, на союзном чемпионате в пятерке был, потом вторым стал — ДОСААФ стал выделять мне запчасти, а тогда ничего нельзя было купить, даже для «жигулей» папа не мог себе запчасти купить, где-то на рынках у кого-то выменивал. Мне же выдавали испанские системы зажигания для двигателей, карбюраторы из Чехословакии — тренер оставлял, что в работу шло, а остальное продавал. Так что жили безбедно: на чемпионат СССР в купе ездил. Плюс тогда уже наладил связи по всей стране: в Киеве на авиационном предприятии мне делали специальные сцепления, в Латвии — шлем. Сам чертил, разрабатывал механизмы и заказывал.

После школы поступил в МАДИ на специальность «Автомобили для спорта», и сразу меня взяли в НАМИ работать в лаборатории спортивно-гоночных автомобилей. Там мы строили экспериментальные «апельсины» для участия в кросс-раллийных гонках, сам же и пилотировал. Очень сильный состав инженеров был, второй «апельсин» мы в 1990-м построили, но в 1992-м мы его уже разобрали: двигатель пошел в одну машину спортивную, подвеска — в другую. Сейчас, конечно, жалеем, что все это разобралось и растворилось, но тогда такое время было. Например, в 1990-е в НАМИ нашли «серебряную стрелу» — гоночную Audi 1933 года постройки — Сталин вывез пять таких машин в СССР, и две из них оказались в НАМИ, а мы знать не знали — видели, что какое-то старье валяется на свалке. Человек приехал из Латвии и сказал: «Давайте я заберу ее в музей». И институт отдал ее, то есть написали, что временно на восстановление передают в Латвию. Машина уехала в Латвию в Музей автотранспорта, а из латвийского музея эта машина уехала в Германию якобы на следующую стадию реставрации, но потом мы узнали, что она была продана за 5 миллионов немецких марок — это примерно 2,5 миллиона евро теперь.

Мы в НАМИ могли сделать любую деталь для любой машины. В то время не было сервисов никаких, а у нас — специальные станки, специальное оборудование, так что актеры, космонавты, звезды, привозившие иномарки в Россию, чинили их у нас. Так с годами куча друзей образовалась из артистов, ну и, соответственно, все эти бандиты с Ferrari, с Porsche, со всякими суперэксклюзивными машинами ехали к нам в НАМИ, и мы себе на гонки зарабатывали. В 1990-е Ferrari очень много было, но машины привозились без документов из Европы — ворованные. И бандиты, с одной стороны, друг перед другом поддавали, а с другой, относились к этим машинам как к корыту — им было все равно, что и как у них там, и ездили соответственно — какие-нибудь «жигули» толкали бампером, беспредельничали. Машина на один раз получалась. Году в 1991-92-м у одного знакомого в Солнцево машина встала на дороге при въезде в поселок — вся братва как раз жила возле платформы «Переделкино». И он мне только месяца через два сказал, что она у него сломалась. Приезжаю туда — стоит эта Ferrari на дороге вся черная от грязи из-под колес, а вокруг газон вытоптан в радиусе двух метров. То есть пешеходы боялись даже подойти к ней, не то что стекло разбить, а она даже закрыта не была.

После картинга, кроссов и ралли кольцевые гонки начались: в 1996 году мы построили «восьмерки» первые вазовские с 16-клапанными моторами и выиграли в 1997 году чемпионат страны на них. В 2000-м снова выиграли, но уже на «хондах» — с Николаем Фоменко, после чего уехали в Европу, где с 2000 года по 2005-й ездили последовательно на Porsche и Ferrari, в 2004-м и 2005-м участвовали в гонке «24 часа Ле-Мана». И дальше я решил, что надо из России больше людей, кто хочет гоняться, втягивать в мир Ferrari и создал команду Ferrari Team Russia, где одним из пилотов был Борис Ротенберг — очень серьезный проект получился, и мы выиграли европейское первенство как команда. Так и сложилось, что с Ferrari я плотно стал дружить. В итоге друзья по всему миру из дилеров, гонщиков — в России помогаю людям: веду, советую, тренирую, помогаю купить Ferrari.

Автомобиль

Эту Ferrari Mondial 1981 года выпуска купил себе в коллекцию один известный банкир, потому что какие-то азербайджанцы, пригнав ее в Россию, не знали, что это за машина, и начали ее тюнинговать, переделывать, поставили на нее какую-то подвеску высокую... В общем, человек, ценящий автомобили, воспользовался возможностью ее выкупить — спас автомобиль. Удивляюсь, кстати, как эта машина сюда приехала официально, то есть с документами в 1993 году — мы все данные на завод отсылали, завод сказал: да, да, официально продана, нигде ничего не звенит, все в порядке...

Ко мне же она попала в 2003 году с разорванной коробкой передач. В этой машине специального механизма, который не дает в обычных современных машинах включиться «не той» передаче, нет, так что если нечетко включаешь передачи, если неточно попадаешь в них, то могут включиться две передачи одновременно — и коробка разрывается. И когда водитель перегонял машину, это и произошло. В компании Mercury — тогда они были единственные в России, кто занимался Ferrari — владельцу объявили: 10 тысяч евро только за коробку передач, и единственная коробка находилась в Южной Африке. Со всеми издержками и работой выходило где-то тысяч 20–25 евро, так что банкир привез ее ко мне со словами: «Подумай, что-нибудь, может, удастся сделать — сварить валы лазером или еще что-то...» Не вышло, и до 2007 года она простояла на территории института НАМИ, а поскольку за это время я уехал жить и работать в Германию и занялся гонками на Ferrari, решил ее перевезти туда. Еще два года ушло на восстановление.

Повезло, что удалось найти такую же машину, сгоревшую полностью, но с уцелевшими коробкой передач и мотором. Единственное отличие: машина-донор была следующего поколения: у меня Ferrari Mondial 8, а нашли мы Quattrovalvole — там мотор был с четырьмя клапанами на цилиндре, но коробка точно такая же, так что из двух коробок собрали одну. У Mondial это вообще проблемное место — рычаг переключения передач: тяжело включается, а на холодную аж нелегко выдернуть рычаг. Я уже переделал механизм, сделал кардан на тяге переключения передач, и все равно та же самая беда. Может быть, какой-то еще тюнинг сделаю, механизм свой. После восстановления вернули машину в Россию, и уже пошла работа по кузову: полная разборка, сварка, восстановление. За примерно десять лет простоя резинки все умерли, крылья погнили — много всего. Например, вот такие черные накладки идут вдоль задних стоек — единственное место, где я их нашел, оказалось в Англии. Списался с человеком, а он говорит: «Прилетай быстрее, потому что они единственные». И я сразу же купил билет на самолет из Москвы в Лондон, прилетел, он мне в аэропорту передал их, и я в этот же день улетел обратно.

Ну и когда я ее привез в Россию, выяснилось, что по машине висит колоссальный налог за предыдущие годы: задолженность, пени — и мой друг банкир уже понимал, что она ему особо не нужна, так что сказал: «Лех, забери ее, оплати по ней все налоги и все». Так-то я свои деньги тратил на все эти коробки передач и ремонт, ну и он отдал ее мне. Теперь каждый раз еду на ней и друга своего вспоминаю, и он, думаю, тоже радуется, что машина живет и хорошо себя чувствует.

По возвращении в Россию я первым делом решил: надо поехать на какое-нибудь историческое ралли — поехал на «Огни Москвы». Первые 50 километров — и слышу, что у мотора становятся все хуже и хуже звуки: реально застучал, затужил, и я встал, все. На веревке притащили в команду, на базу ко мне, вытащили мотор, раскидали, и оказалось, что, пока машина стояла, пухом тополиным забился весь мотор. Не знаю, через какие щели, через что, но весь мотор изнутри, все головки были покрыты пухом, таким уже спрессованным, как войлок — в процессе работы все это всосалось туда, и весь маслоприемник в поддоне оказался забит наглухо. Пришлось полностью перебирать мотор. Опять пригодилась та сгоревшая машина: коленвал, вкладыши, нижняя часть мотора, заодно сцепление достаточно новое. Это последняя Ferrari, у которой мотор поперек стоит, дальше уже во всех моделях продольно. И коробка передач под мотором сделана — соответственно, легко меняется сцепление, потому что оно не между коробкой и мотором, а можно из-под колеса прямо снять крышку и поменять сцепление. То есть, по сути дела, у меня сейчас полторы машины: мотор здесь перебранный, коробка перебранная, все свежее и работает, плюс есть элементы подвески запасные, всякие амортизаторы, тормоза с другой машины и комплект документов на нее, сгоревшую.

Помогая кому-нибудь с покупкой Ferrari, либо подбираю машины в Европе, бэушные, либо здесь у дилеров новые заказываем такие, чтобы эксклюзивные были, чтобы купленная раз Ferrari не теряла в цене с годами, а наоборот, только бы дорожала. Пять лет назад мы купили другу 599 GTO — она стоила в России с таможней, со всем 400 тысяч евро. Сегодня она уже минимум 600 стоит там, в Европе, а приобретение ее в России обойдется в 800. И дальше она только дорожать будет, причем такие вот лимитированные серии Ferrari, они непредсказуемо, скачкообразно дорожают. Хорошее вложение денег, плюс у Ferrari такая политика, что если ты стал владельцем их машины, то ты стал членом семьи — куча всяких мероприятий, в которых постоянно приглашают поучаствовать по миру, и много всего интересного, что обычному человеку недоступно. Можно купить и болид «Формулы-1» — у Ferrari выкупают болиды из-под Шумахера, старые машины. Четырьмя-пятью машинами «Формулы-1» старых времен владеют россияне и ездят на них. То есть сам завод Ferrari доставляет болид на трассу, человек прилетает со шлемом, садится — понесся, заехал в бокс, колеса поменяли, все как в «Формуле-1», все по-настоящему, после заезда машину забирают, увозят обратно на завод, где она содержится в специальных условиях.

Если купить старую Ferrari и приехать с ее проблемами в Mercury или куда-то к дилеру, они там почешут репу и все равно рано или поздно позвонят мне. Потому что в России мало у кого есть опыт работы с Ferrari историческими. Но, на самом деле, машина несложная, то есть если все работает, то сломаться может только по личной глупости водителя. В ней самый простой механический впрыск, и если он работает, то он работает долго, все само себя смазывает: дозаторы, форсунки. Поэтому, если она не стоит, а периодически ездит, то она будет долго ездить. Электроники самый минимум, там даже не электроника, а все, по сути дела, лампово-транзисторное: блок предохранителей жигулевский по конструкции: все эти выключатели печки и включение кондиционеров — все на реостатах, как у старого «жигуля». И все Ferrari такие и были: они не сложны в обслуживании, все достаточно легко вытаскивается — мотор, коробка. В отличие, скажем, от старых Porsche, в которых все более воздушное — там если все вытаскивать, то агрегатами. Здесь, в принципе, все доступно. Расходники можно подобрать на Кунцевском авторынке: и фильтры, и колодки тормозные, и даже диски тормозные. Потому что с этой версии многие компоненты перекочевали на ряд машина Lancia и на ряд машин Alfa Romeo. И с мотором этим полицейские версии Lancia и Alfa Romeo ездят — Ferrari его придумала и торжественно всем продавала. Но металл везде тонкий, так что это машина, требующая гаражного хранения. В случае сильного дождя начинает проводка глючить, потому что блок предохранителей находится спереди под капотом, под фарами, туда затекает вода. Это машина для лета, для тепла. В этом году покрасил ее и съездил на «ГУМ-Авторалли» Gorkyclassic, а так — на дачу езжу, по Москве катаюсь, в следующем году поеду, скорее всего, на ралли Chopard.


ТекстВладимир Лященко
ФотографииЛеонид Сорокин
Владимир Лященко