Истории|Кино

«мама!»: что не так с новым фильмом Даррена Аронофски

Фильм показали на Венецианском фестивале.

На седьмой день Венецианского фестиваля показали новый фильм Даррена Аронофски «мама!». Символическое место в расписании не случайно – мистические откровения автора требовали соответствующей многозначительной подачи. Венеция помнит – с Аронофски не соскучишься, уже второй раз после «Фонтана» режиссер скандализирует общественность (картину снова освистали на пресс-показе), за тем и приглашают. Директор Альберто Барбера как бы дает отмашку публике: «Пошумим, б****»!

«мама!» предельно равнозначна своему названию: кино, как первый крик или последний вздох, а в скобках – человеческая трагедия, из тлена в тлен, потому и главное в жизни слово у Аронофски указано со строчной буквы. Говорить об этом фильме, не бояться спойлеров – собственно, неизбежность разгадки и есть главный его недостаток. Как только зритель понял, что Аронофски не пугает, а поучает, считал зашифрованное в броских метафорах богоборческое послание (ближе к концу первого часа), делать ему в зале больше нечего – верующий оскорбится святотатству, атеист, что опять обманули.

Супружеская пара (Хавьер Бардем и Дженнифер Лоуренс) проживает в особняке октогональной формы, затерявшемся в лесу. Он писатель в кризисе, этакий Пауло Коэльо, сделавший имя на посконных трактовках космогонии, она начинающая домохозяйка, одержимая страстью к благоустройству, изо дня в день терпит мужа и тщится преобразить когда-то сгоревшее дотла семейное гнездо в райские кущи. Однажды, ближе к ночи, в дом постучатся. В дверях возникнет постаревший Эд Харрис, смертельно больной доктор с алкогольной и табачной зависимостью в анамнезе, которого, как и всех незваных гостей, выставить за порог будет практически невозможно. Чуть позже к нему присоединится лучшая половина (триумфальное возвращение Мишель Пфайффер на экраны), разбитная дама, тотчас же взявшаяся поучать хозяйку на щекотливые будуарные темы. Ну, а дальше не иссякнет поток пришельцев-захватчиков. Их жертвой падет ангелоподобная Дженнифер Лоуренс, поскольку фрустрированный гуру Бардем приветствует апокалипсис, втайне надеясь разродиться новой книгой.

«мама!», как пустой сосуд, только и ждет, когда его наполнят трактовками, – каждый понимает Аронофски в меру своей испорченности/наивности. Кто-то увидит здесь гимн феминизму, кто-то – метафору голливудских браков, а кто-то, как и задумывалось, экранизацию канонического текста, без должного, впрочем, уважения к источнику.

Очевидным референсом картины, разумеется выступает «Ребенок Розмари» Романа Полански, десятилетия назад, на заре эмансипации, определивший феномен веры (не столько в Бога, сколько в патриархальный уклад) не как сакральное таинство, а как банальный акт насилия, при этом ни на секунду не погрешив против жанра хоррора. И еще, наверное, «Ангел-истребитель» известного антиклерикала Луиса Бунюэля и «Сияние» Стэнли Кубрика.

Главный вопрос, который вертится на языке – насколько свежо авторское видение преданий старины глубокой. Примерять на себя роль Иакова в постсекулярном обществе – дело гиблое, сколько бы ни было спарринг-партнеров вокруг, в момент итоговой схватки на ринг против тебя никто не выйдет, мир давно занят другим. Поэтому «мама!» – бой с тенью былых идей; опровергать их сегодня – удел идеалистов-романтиков, так они компенсируют свою неудовлетворенность эпохой. Трогательно, конечно, но недостаточно.


Премьера фильма запланирована на 14 сентября.


ТекстЗинаида Пронченко
Зинаида Пронченко