В последние годы кинофестивали пытаются выправить объективный дисбаланс между «женской» и «мужской» драматургией, и этим стоит продолжать заниматься до тех пор, пока не исчезнет само это деление — и эти кавычки. Но пока кавычки остаются, и писать о тенденциях в «мужских» историях тоже нужно. Одна из них заключается в том, что фестивальные фильмы последовательно заявляют о праве мужчин на хрупкость. Герои «Паразитов» плачут от бессилия; комик-неудачник из «Джокера» становится террористом после череды унижений; ветеринар из «Догмена» чувствует себя мелкой и слабой дворнягой в мире волкодавов; а куда приводит мужество гонщиков из «Форда против Феррари», можно будет узнать 14 ноября, когда фильм выйдет в российский прокат. Или в «Википедии» прямо сейчас.

И это смягчение нравов началось, разумеется, не недавно (точно так же, как и не недавно в кино появились сильные женские характеры), и в этом контексте почему-то хочется вспомнить фильм «Сексоголик» 2009 года. В нем герой Майкла Дугласа — эталон старого мужества — осознавал себя исчезающим видом (писатель Филип Рот в одноименном рассказе назвал такой тип мужчин «умирающими животными») и уступал место под солнцем персонажу Джесси Айзенберга — слабому, инфантильному, неказистому, но свободному от директив старой культуры.

По иронии судьбы два главных фильма минувшего фестиваля в Торонто о мужской хрупкости оказались связаны с мужским журналом Esquire. Оба не просто основаны на реальных статьях нашего издания, но и делают своими главными героями настоящих журналистов.

TIFF

В фильме «Прекрасный день по соседству» привыкший к серьезным заданиям корреспондент Ллойд Фогль (прототипа зовут Томом Джунодом) отправляется в якобы унизительную для него командировку — написать короткий очерк о Фреде Роджерсе, легендарном ведущем детских передач. Этот профайл должен стать частью рубрики Esquire Heroes — формата столь же популярного у читателей, как и «Правила жизни» (профайл под заголовком Can You Say… Hero? был опубликован в 1998 году. — Esquire). Но журналист в силу собственных daddy issues пытается разоблачить отца нации; уж больно святым, доброжелательным и мудрым кажется ему всеобщий любимец Роджерс. Съемочная площадка передачи Роджерса — почти «Неверленд»: всюду игрушечные домики и тряпичные куклы, говорящие звери и поющие люди. Герою кажется, что в этом раю для детей должно прятаться зло, — и зрителю, привыкшему к разоблачению кумиров, вероятно, тоже. Но поскольку фильм основан на реальных событиях, не будет спойлером сказать: это не триллер, а мистер Роджерс — не монстр. Скончавшийся в 2003 году телеведущий и пастор действительно был святым, а с людьми общался так, что восхитился бы Дейл Карнеги. И его терпение и внимание к заносчивому журналисту помогут тому примириться с собственным отцом. Тот, к слову, болен раком. Но когда его не станет, его место, как и в жизнях миллионов американцев, займет мистер Роджерс.

Живого святого, разумеется, играет Том Хэнкс. А его злобного двойника, биологического отца-тирана героя — демонический Крис Купер. Ну а самого матерого журналиста, которому в какой-то момент начнет сниться, будто он оказался внутри детской передачи, изображает Мэттью Риз из сериала «Американцы» — актер, у которого хорошо получаются резкие трансформации из агрессора в жертву. Благодаря их работам и невероятно легкому и глубокому сценарию «Прекрасный день по соседству» оказывается просто-напросто целительной инъекцией доброты, сильнодействующим противоядием против цинизма. Вручат ли Тому Хэнксу третий «Оскар» за карьеру — спорный вопрос, но образ мистера Роджерса любой хоть что-то чувствующий зритель (а других не бывает — и это тоже урок фильма) запомнит так же, как и Форреста Гампа.

TIFF

При этом «Прекрасный день по соседству» все же не сказка, и безупречный характер героя фильма — результат беспощадной работы над самим собой, выученной жажды служить другим людям. В первый раз мы понимаем это, когда жена мистера Роджерса говорит, что никакой тот не святой, просто своих демонов он прячет дома. А второй раз — когда мистер Роджерс, оставшись наедине с собой на съемочной площадке кукольного шоу, начинает играть на рояле. И от нежной мелодии незаметно переходит к ожесточенным, нервным ударам по клавишам. Мораль фильма проста: быть хорошим человеком — тяжелейший выбор. Причем выбор повседневный и ежесекундный.

Кадр из фильма TIFF
Джейсон Сигел в фильме «Друг»

Еще один фильм, в котором чересчур много доброты и нет ни капли агрессии, называется «Другом». В его основе лежит статья The Friend: Love Is Not a Big Enough Word, написанная для Esquire вдовцом, чья жена скончалась от рака. Больную героиню играет Дакота Джонсон — девушка из «Пятидесяти оттенков серого», набирающая обороты быстрее едва ли не всех сверстниц из Голливуда: сначала «Суспирия», потом «Раны», теперь «Друг», что дальше? Ее мужа играет известный заклинатель экрана Кейси Аффлек: как известно всем, кто гостил в «Манчестере у моря», когда этот актер что-то тихо бормочет, на плечи зрителя незаметно опускается вся тяжесть мира. Но фокус в том, что настоящий главный герой этой истории не умирающая женщина и не ее бессильный супруг. А их странный-престранный друг Дэйн, которого играет Джейсон Сигел — Маршалл из «Как я встретил вашу маму». И предыстория «Друга» тоже может показаться каким-то ситкомом. Когда-то вся троица вместе училась в колледже, но потом ребята поженились, а жизнь Дэйна пошла под откос. Он не построил карьеру, не создал семью и не нашел себе места в самом буквальном смысле — его коробки с вещами постоянно кочуют из одного гаража в другой. Друзья решают его приютить. А он благодарит их заботой, сочувствием и, главное, мудростью, на которую может быть способен лишь человек извне.

Дакота Джонсон в фильме TIFF
Дакота Джонсон в фильме «Друг»

На свете есть немало кинолент — плохих и хороших — о семьях, которые готовятся к смерти одного из своих членов, и все они движутся примерно одной и той же сюжетной дорогой. Но как сказано в сериале «Остаться в живых», «мы живем вместе, но умираем по одиночке», так что каждый из фильмов жанра в конце концов сворачивает с протоптанного пути в сторону, чтобы найти на обочине свое место. И тропинка, которую выбрал «Друг», кажется действительно новой. Это история не только о смерти и любви, но и о том, что предназначение человека может состоять и вот в такой вот странной штуке — оказаться в нужное время в нужном месте, быть хорошим товарищем, раствориться в чужой беде. И сразу станет не важно, что над Дэйном издеваются (или, еще хуже, громко сочувствуют ему) другие мужчины из окружения этой семьи — подчеркнуто успешные и деловые. И плевать, что зоркие соседи будут видеть в этом странном союзе хрупких людей любовный треугольник. А самоотверженному герою будут приписывать то подавленные гомосексуальные желания, то инфантильный паразитизм. Когда все закончится, персонаж Кейси Аффлека отправит в Esquire статью, и та все обяъснит: дружба бывает разной. Мужчины — тоже.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ:

Правила жизни Тома Хэнкса