Какой получилась «Владычица тьмы»?

С новой «Малефисентой» все более-менее ясно: это примерно те же рога и копыта, что и пять лет назад, — с тем же пафосом, с похожим юмором и с несильно изменившимися актрисами и спецэффектами. Несмотря на серьезный успех первой части ($750 миллионов — более чем приличные сборы для «живых» адаптаций «диснеевских» мультфильмов), масштабирования истории как такового не произошло. Во «Владычице тьмы» есть грандиозная получасовая битва и принципиально новая «арена» (изобретательно нарисованный город темных эльфов, к которым принадлежит Малефисента), но это все еще никакой не «Властелин колец», никакая не «Игра престолов» и никакие не «Хроники Нарнии».

Как и пять лет назад, эпические декорации нужны авторам лишь для того, чтобы придать фильму рыночные свойства блокбастера и под его прикрытием всесторонне проработать конкретную ситуацию, которая может возникнуть между неравнодушными друг к другу людьми. В первой «Малефисенте» ведьма обнаруживала, что у нее есть материнский инстинкт, принцесса узнавала, что жизнь не похожа на сказку, а зритель усваивал урок, что правда — это не всегда то, во что верит большинство. В сиквеле перед заботливой Малефисентой (Анджелина Джоли) стоит задача дать Авроре (Эль Фаннинг) свободу выбора — и вместе с ней право на ошибку. А приемная дочь учится замечать жертвы своей мачехи — и считаться с чужими чувствами. Семейный конфликт обостряет героиня бесподобной Мишель Пфайффер — королева людей, которая воспользуется грядущей свадьбой своего сына и Авроры для того, чтобы окончательно расправиться с лесными жителями — эльфами, феями, разумной древесиной и прочими ежиками в тумане.

Но как раз большие идеи «Малефисенте» не поддаются. Робкие рассуждения о ксенофобии, геополитике и пропаганде разбиваются о детский рейтинг. Батальным сценам не хватает драйва, сюрпризов и драматизма: любой более-менее взрослый зритель наперед знает, чем они завершатся, так что ни за одного из положительных героев не страшно. Чересчур серьезные диалоги крадут экранное время у действительно удачных гэгов. Шутки с участием ворона-оборотня Диавола (Сэм Райли), троицы фей (похожие на Spice Girls Джуно Темпл, Лесли Мэнвилл и Имелда Стонтон) и милых плюшевых существ по‑прежнему работают на ура — но комических разрядок в двухчасовом фильме могло бы быть и больше.

При этом целевая аудитория (девочки, которым легко представить себя на месте Авроры; мальчишки, которые еще не искушены настоящими войнушками на экране, и ответственные родители, которые узнают себя в героинях Джоли и Пфайффер) наверняка простит эти недостатки, увидев изобретательную красоту «Малефисенты». Сородичей ведьмы фильм будто бы срисовывает с врубелевских демонов, а их родовое гнездо напоминает о японской анимации и о высокой моде. Привычные фэнтези-элементы (темные леса и зачарованные поляны, зловещие подземелья и журчащие ручьи) согреют этой осенью не хуже, чем пасторальные пейзажи из «Хоббита». Город-государство, которым правит героиня Мишель Пфайффер, получился столько же огромным, сколь и игрушечным, — так что ветераны компьютерной стратегии Warcraft смогут предаться ностальгии. А бесконечные полеты с Малефисентой подарят зрителю совсем уж неожиданные бонусные мили — воспоминания о красочном и безграничном мире «Аватара». А какие тут платья, какой бестиарий, какие актрисы!

Everett Collection/Legion Media

Для тех, кому этих зрелищ мало, существует один очень надежный способ полюбить и принять «Малефисенту». Для этого только и нужно, что увидеть в этом фильме не просто очередной репертуарный наполнитель ненасытного «Диснея», а результат жизненной стратегии Анджелины Джоли — и манифест всех ценностей, которые ей дороги.

Что «Малефисента» значит для Джоли?

Задним числом легко утверждать: Джоли никогда не выбирала свои роли случайно. Они всегда были отражением конфликтов и страстей, которыми она горела в тот или иной период своей карьеры и жизни. Ее роли начала девяностых — хрупкие и неуравновешенные девушки, до смерти напуганные окружающим миром и огрызающиеся на него одним-единственным способом, который им дан: демонстрацией своей агрессивной сексуальности. Таковы героини «Хакеров» (1995), «Ложного огня» (1996) и «Джии» (1998). Самая яркая из этих инфантильных дикарок и жриц хаоса — нервная красавица из «Прерванной жизни» (1999). За ее роль Джоли получает свой первый «Оскар». Второй будет почетным — за гуманитарные заслуги.

Добившись успеха в Голливуде, Джоли переосмысливает для себя понятие силы — и ее новым аватаром становится Лара Крофт. Эта ловкая и уверенная в себе расхитительница гробниц — одновременно и сирота, и наследница крупного состояния. Примерно так же, должно быть, ощущала себя в конце девяностых и сама Джоли: ее отец, актер Джон Войт, рано оставил семью, увлекшись другой женщиной, но девушка быстро встала на ноги и перестала чувствовать себя жертвой. А еще Лара Крофт — экшен-героиня в самом прямом смысле этого слова: человек действия, жаждущий испытать все на свете. Ее главные инструменты — воля, ум и тело.

Анжелина Джоли и Билли Боб Торнтон Gary Friedman/Los Angeles Times via Getty Images
Анджелина Джоли и Билли Боб Торнтон

Уверенно идя к статусу самой высокооплачиваемой актрисы Голливуда, Джоли и сама охотно играет с окружающим миром в игры. Ранние интервью с ней дразнят подробностями об их с Билли Бобом Торнтоном сексуальной жизни, увлечении наркотиками и играх с острыми предметами. Папарацци звереют, увидев на супругах капсулы-кулоны с настоящей кровью. Желтая пресса охотно ведется на слухи о том, что Джоли чересчур близка со своим родным братом. Кожаные костюмы, многозначительные татуировки и эротические фотосессии довершают роковой образ. К моменту встречи с Брэдом Питтом та Анджелина Джоли, которую мы знаем по глянцевым журналам, становится олицетворением всех мужских фантазий и всех женских кошмаров. Для целого мира она безжалостная хищница, способная разрушить идеальный брак. Кажется, об этом даже предупреждают названия ее фильмов: «Власть страха» (1999), «Забирая жизни» (2004), «Соблазн» (2001), «Лихорадка» (2004).

Everett Collection/Legion Media

И только годы спустя, когда у таблоидов появится хоть какая-то совесть, станет понятно, что на съемках «Лары Крофт» (2001) Анджелина Джоли не только разбогатела и осознала власть своих сексуальности и интеллекта, но и переродилась. Работа над фильмом шла в небезопасной Камбодже — но Джоли между сменами и не думала отсиживаться в трейлерном парке. Она жадно изучала нищую и не оправившуюся после войны и геноцида страну — и однажды купила за два доллара книгу «Сначала они убили моего отца» камбоджийской писательницы Лун Ху. Документальная проза о бесчинствах красных кхмеров произвела на Джоли сокрушительное впечатление — и она нашла Лун Ху и стала ее подругой. Именно у Ху Джоли в 2003 году спросит разрешения усыновить Мэддокса — первого из шестерых своих детей. Уважающая чужие традиции и культуру актриса осторожно узнает у писательницы, не унизительно ли это для камбоджийцев — отдавать сироту богатой американке. Лун Ху поддержит Джоли — ведь та на тот момент уже два года будет работать послом доброй воли в ООН. Причем не как свадебный генерал, а как настоящий полевой командир: на счету Джоли больше шестидесяти гуманитарных экспедиций по всему миру.

Вместе с бывшим министром иностранных дел Великобритании Джоли развернет кампанию по защите женщин в горячих точках от сексуального насилия. Билли Боб Торнтон эти увлечения не поймет и исчезнет — зато появится Брэд Питт. Детей станет шестеро (трое приемных и трое биологических). Столько же эльфов-птенцов сопровождает в небе Малефисенту в последней сцене «Владычицы тьмы». Актерская карьера отойдет на второй план — не считать же прорывами такие фильмы, как «Особо опасен» (2008), «Солт» (2010) и «Турист» (2010). А за последние десять лет, если не упоминать озвучивание «Кунг-фу панды», Джоли и вовсе появится на экране всего три раза. Один — в собственной драме «Лазурный берег (2015)». Два — в «Малефисенте» (2014 и 2019).

На съемках фильма в Камбодже Everett Collection/Legion Media
На съемках фильма «Они убили моего отца» в Камбодже, 2017

Кажется, Джоли больше просто не интересуют проекты, не отражающие ее изменившейся картины мира. Ее лучшие роли в нулевые — потерявшая ребенка женщина в драме «Подмена» (2008) Клинта Иствуда и вдова журналиста-фронтовика в «Ее сердце» (2007). Иствуд после премьеры сравнит Джоли с голливудскими дивами сороковых — и пожелает другим режиссерам увидеть за ее сокрушительной красотой еще и неоспоримый талант. Но Джоли не будет дожидаться доброты незнакомцев и начнет снимать фильмы сама.

Военная драма «В краю меда и крови» (2011) расскажет о судьбе женщин в горячей точке. Основанный на реальных событиях «Несломленный» (2014) станет повестью о настоящем человеке и воспоет человеческую волю; именно написанное на арабском слово «воля», кстати, стало одной из первых татуировок Джоли. Картина о распадающейся паре «Лазурный берег» (2015), в которой Джоли сыграет вместе с Брэдом Питтом (и это пока единственный случай, когда она совместила работу режиссера и актрисы), станет, как потом выяснится, репетицией развода с Питтом. А страшная (и страшно недооцененная) экранизация книги Лун Ху «Они убили моего отца» (2017) окажется своеобразным моральным долгом Джоли перед Камбоджей. Духовное перерождение актрисы произошло именно в этой стране; именно в ней же в сиротском приюте она встретила первого из своих детей, и именно в ней же, работая над Ларой Крофт, она обеспечила свое будущее.

Поэтому экранизация, к которой Джоли готовилась больше 15 лет, стала чуть ли не национальным проектом. В съемках массовых сцен приняли участие больше 500 военных, а всего фильм обеспечил работой до 3500 местных жителей. Премьера картины состоялась именно здесь, и если в Сербии драму «В краю меда и крови» приняли прохладно (из-за трансляции западной точки зрения на гражданскую войну в бывшей Югославии), то в Камбодже новый фильм Джоли полюбили всем сердцем. Причем очевидцев восхищал не только результат, но и подход к съемкам. Джоли никогда ни на кого не кричала, всегда стояла в одной очереди за обедом со всей командой, расквартировала на площадке психотерапевтов (понимая, что для многих камбоджийцев воспоминания о геноциде 1970-х годов остаются незаживающей раной) и умудрилась совместить управление проектом с воспитанием детей. Пока Брэд Питт работал на Ближнем Востоке над фильмом «Машина войны» (2017), все шестеро отпрысков их с Джоли семейства так или иначе участвовали в съемках ее картины. Они не просто скитались по площадке, а работали. Старший, Мэддокс, и вовсе значится в титрах как исполнительный продюсер — и Джоли уверяет, что ему приходилось много раз читать и редактировать сценарий, описывающий гибель двух миллионов людей.

На съемках фильма Everett Collection/Legion Media
На съемках фильма «Они убили моего отца»

Впоследствии Джоли даже критиковали за то, что она так рано и так жестоко знакомит подростков со взрослой жизнью. К примеру, кастинг на детские роли проходил так: соискатели должны были попытаться украсть на прослушивании деньги и, когда их поймают, придумать убедительную ложь. При этом речь шла о настоящих деньгах — и не о профессиональных актерах, а о нищих подростках.

Если держать в уме эту историю, то и нелепая дилогия «Малефисента» тут же обретает дополнительный вес и смысл. Для Джоли, которая вслед за диснеевскими сказками сыграет еще и в комиксе Marvel под названием «Вечные» (2020), блокбастеры — способ говорить с максимально широкой аудиторией о темах, которые она поднимает в своих сложных и не особо популярных режиссерских проектах. Каждая из спродюсированных Джоли «Малефисент» — отражение ее судьбы и поступков. В первой части есть сцена, где Малефисенте отрезают крылья, — и только ленивый не заметил, что перед съемками Джоли решилась на мастэктомию (удаление молочных желез) и удаление яичников. Маленькую ведьму в фильме играет настоящая дочь Джоли и Питта Вивьен, а оператором актриса назначила Дина Семлера, который снимал ее режиссерский дебют. В начале фильма Малефисента — та еще чайлдфри, обзывающая Аврору «чудищем». Но потом она превращается из холодной мачехи в настоящую мать, доказывая, что настоящая любовь сильнее кровных уз. Именно эту мысль Джоли повторила со сцены в 2019 году на «диснеевском» конвенте D23 в Калифорнии. И именно ее она доносит через знаменитую статью в Vanity Fair за 2017 год. В ней актриса признается, что перед встречей с маленьким Мэддоксом познакомилась со всеми детьми в приюте — и ни с одним из них не почувствовала никакой связи.

В том же материале журналист замечает, что Джоли чувствует себя инопланетянкой в новом особняке, купленном после развода, в результате которого все шестеро детей остались жить с матерью. Перед этим Джоли и ее стая провели девять месяцев в гостиницах. И теперь актриса просто не знает, сколько у нее подушек и на каком краю дивана сидеть во время беседы. Нормальная жизнь ей чужда. «Украшение и обустройство дома было задачей Брэда», — признается она. Во второй «Малефисенте» тема дома тоже больная: юная Аврора должна решить, с кем будет жить после свадьбы, а сама героиня внезапно узнает, что у нее есть родовое гнездо. Тем временем в реальной жизни Джоли не только читает лекции о правах женщин в Лондонской школе экономики, но и ходит на кулинарные курсы: на этом настояли на семейном совете ее дети. Они же в каком-то смысле спродюсировали «Малефисенту»: интонация, с которой говорит в фильме Джоли, была выбрана во время вечерних чтений сказок. Актриса каждый день пробовала новый голос — и остановилась на том, который больше понравился детям. Еще одно правило жизни Джоли, отразившееся в фильме, — не плакать на глазах у ребенка: «Реветь в ванной — нормально, но дети не должны этого знать. Важно, чтобы они чувствовали, что все хорошо». Малефисента тоже следует этому правилу — так что Аврора даже не понимает, как тяжело ее мачеха переживает грядущий брак лесной принцессы и городского принца.

Анжелина Джоли со своими детьми Monica Schipper/Getty Images for Netflix
Анджелина Джоли со своими детьми

И, пожалуй, не будет спойлером сказать, что в финале обоих «Малефисент» женщины, доказав свою силу, прощают мужчин. Так же Джоли поступила и с Джоном Войтом, с которым почти не общалась в юности. Теперь он — «крутой дедуля», который знает, что с внуками нельзя играть насильно. Но нужно всегда быть рядом и быть интересным. Во второй «Малефисенте» старый король и вовсе впадает в сон спящей красавицы, оказываясь в том же пассивном положении, в котором всегда пребывали в сказках героини. Теперь пришел черед женщин спасать и миловать мужчин. Просмотр «Малефисенты», если после него как следует поговорить, может оказаться интереснейшим и полезнейшим делом — даже несмотря на все художественные и сценарные недостатки этого фильма.

Главное — помнить, что он для Анджелины Джоли очень личный. Зря, что ли, нас двадцать лет учили принимать близко к сердцу все, что происходит с этой актрисой?

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ:

Правила жизни Анджелины Джоли

Disney показал, как Анджелина Джоли превращается в Малефисенту