Историю Кремниевой долины в 2010-х проще всего посчитать от Цукерберга до Цукерберга. Первый — главный герой фильма «Социальная сеть» 2010 года, молодой наглый гений, который меняет мир. Второй — глава многомиллиардной корпорации, а также главной — и абсолютно нерегулируемой — рекламной площадки в мире, отвечающий в 2018-м на вопросы ничего не понимающих американских сенаторов; и непонятно, кто страшнее — законодатели, отставшие от современного мира на десять лет, или корпорация, получившая благодаря этому беспрецедентную и крайне опасную степень свободы.

Иначе говоря, история Кремниевой долины в десятых годах — это история того, как современный интернет из спасителя превратился в узурпатора, и никто пока не пересказал эту историю лучше, чем авторы сериала «Силиконовая долина» (здесь и далее для удобства реальная долина будет называться Кремниевой, а сериал — «Силиконовая»).

HBO

В начале 2014 года, когда вышел сериал, опытным наблюдателям уже было понятно, что что-то в реальной Долине не так. Разговоры о том, как делать мир лучше превратились в дежурную отговорку для абсолютно любой технологии — от умной табуретки до приложения, показывающего как завязать шнурки. Тем временем сама индустрия продолжала разрастаться как пузырь на инвестиционных дрожжах, а город Сан-Франциско, частью пригорода которого Долина является, практически сломался под давлением резкой джентрификации: жители в одночасье разделились на тех, кому кусочек от тех-пирога достался, и тех, кто в IT не работает — и разница в доходах оказалась такой большой, что последние просто-напросто остались без крыши над головой.

Параллельно развилась культура тех-бро — людей, едва способных написать какой-нибудь программный код, которые при этом «работали в IT» и были «визионерами». Их кумиры: те же Цукерберг, Стив Джобс, Стив Балмер — сплошь беспринципные акулы бизнеса, чья гениальность считалась оправданием тому, что с людьми вокруг они обращались как с мусором. Поэтому тех-бро тоже обращались с другими людьми как с мусором, но без гениальности.

HBO

В этих декорациях начиналась «Силиконовая долина». Молодой программист Ричард Хендрикс изобретает новый алгоритм сжатия — в десятки раз более эффективный и быстрый, чем все существующие. Это звучит как мелочь, но это на самом деле дико важно: как минимум такая технология позволяет передавать и обрабатывать намного большие массивы данных, чем это возможно сейчас. Вместе с друзьями — программистами Бертрамом Гилфойлом и Динешем Чугтаи — они собирают инвестиции и ищут своей технологии применение. Они наивно верят в установку, царящую в Кремниевой долине — что нужно делать мир лучше, но скоро выясняют, что нет, куда важнее заработать как можно больше денег.

Атмосфера долины засасывает незаметно — и то, как Ричард к середине сериала из застенчивого доброго гения превращается в подлого мелочного злодея, происходит так, что трансформацию эту уловить практически не получается, мы просто видим это уже как случившийся факт к финалу четвертого сезона.

HBO

В принципе, тогда сериал можно было бы и закончить, но Ричард исправляется — и сам сериал начинает рассказывать другую, не менее важную историю. То есть о том, что достичь хоть каких-то успехов в Долине можно только будучи совершенно отмороженным и беспринципным жадиной, зрители уже поняли; но что происходит с теми, кто все-таки старается придерживаться праведного пути? Эту (разумеется, куда более печальную) историю рассказываю в двух сезонах последних.

Впрочем, как бы грустно и безысходно все ни звучало, «Силиконовая долина» — возможно, самый смешной сериал десятилетия. Пока остальные переживали, что расцвет толерантности убивает комедию, «Долина» процветала — потому что нашла идеальную цель для своих шуток. Кто, в конце концов, может быть более жалким, но совсем незаслуживающим пощады, чем купающиеся в деньгах представители самой высокомерной бизнес-культуры в истории? И, конечно, никто не смог бы высмеять их лучше, чем Майк Джажд — шоураннер сериала, который известен не только как создатель «Бивиса и Баттхеда», но еще и как автор и режиссер «Офисного пространства» и «Идиократии» — то есть человек с 20-летним опытом сатиры корпоративной культуры США.

HBO

Причем если на экране у Джаджа не было особых конкурентов, то была реальная жизнь, которая регулярно пыталась переиграть выдуманный мир сериала. Сложно соревноваться с миром, где компания Theranos собрала 700 миллионов долларов инвестиций на развитие революционной технологии анализа крови, которой никогда не существовало. Или, где был стартап Juicero: это как капсульные кофеварки, только соковыжималки. Машины Juciero стоили очень дорого, но довольно быстро выяснилось, что они вообще не нужны: реальная технология была в вакуумной упаковке свежевыжатых соков, и расходные материалы можно было покупать и выдавливать вручную. Или, вот совсем свежая история: самокаты Unicorn, все деньги, полученные на создание которых, основатели компании потратили на рекламу в фейсбуке, и не смогли привлечь достаточно клиентов, чтобы оплатить, собственно, заказ на заводе.

Перед «Силиконовой долиной» всегда стояла задача обшутить эти и подобные ситуации так, чтобы шутка не оказалась тусклее реальности, а потом еще и придумать свои собственные истории, которые могли бы оказаться такими же поразительными — и каждый раз Джадж с этой задачей справлялся идеально.

Но закончить сериал ровно под конец десятилетия было на самом деле правильным решением. К концу 2019 года реальная Кремниевая долина изрядно растеряла былой блеск и привлекательность. Люди все лучше стали понимать, что их личные данные и сетевая безопасность, во‑первых, важны, а во-вторых, находятся в руках корпораций, которым на нас абсолютно наплевать, но никакой альтернативы им нет. Ты или в фейсбуке, инстаграме, вконтакте, твиттере, телеграме — или отрезан от друзей, семьи, работы.

Ричард Хендрикс и компания в последнем сезоне пытаются это как-то исправить: запустить новый, децентрализованный интернет, который невозможно контролировать и в котором не было бы монополистов, но, конечно же, феерически лажают. Из IT-энтузиастов они превращаются в IT-бизнес-скептиков, и приглашают зрителей в следующем десятилетии к ним присоединиться: мы вам все рассказали и показали, не говорите, что вас не предупреждали.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ:

Правила жизни Стива Джобса

Друг человечества: эссе Тома Джунода про Марка Цукерберга

10 важнейших стартапов