Говард Ратнер — предприимчивый нью-йоркский еврей, который держит в городе полуподпольную ювелирную лавку. Благодаря связям, помощникам и довольно нетривиальному ассортименту его магазин пользуется определенной славой у богатых людей и знаменитостей (например, только у него можно купить уникальный кулон Майкла Джексона в виде инкрустированной драгоценными камнями фигурки короля поп-музыки или в виде покрытого бриллиантами гремлина). Также Говард носит чемпионский перстень NBA, который принадлежал одному из баскетболистов «Нью-Йорк Никс» в семидесятых. Где Ратнер добывает все эти редкие лоты, никому не известно.

Однажды в ювелирной лавке Ратнера появляется по‑настоящему исключительный товар — огромный опал из Эфиопии, на который Говард потратил, по его же словам, около $100 000 и 15 месяцев жизни. И который планирует продать на местном нью-йоркском аукционе по меньшей мере за $1 млн. Для Ратнера сделка жизненно необходима — он должен знакомым бандитам большую сумму денег, которую пытается погасить за счет безуспешных ставок на любимый баскетбол. Ситуацию усложняют натянутые отношения с женой и детьми — и молодая любовница, на которую уходит много времени и денег.

Как-то раз в его магазин заходит баскетболист Кевин Гарнетт, который буквально с порога влюбляется в опал. Он просит у Говарда одолжить камень на пару дней — у спортсмена на носу важные игры в плей-офф, и он верит, что камень принесет ему удачу. Ратнер опрометчиво соглашается, ставя себя в не самое комфортное положение: мафиози не отступают, аукционные оценщики обрывают телефоны, в личной жизни — беда. Чтобы все исправить, ему надо вернуть опал, причем как можно скорее.

Существует не так много других молодых режиссеров, которые бы так же радикально, как братья Сэфди, делили публику на два лагеря. У одних от их картин, переполненных несмолкаемыми диалогами, ночными съемками в потемках, не самыми приятными криминальными персонажами со дна Нью-Йорка и постоянно гудящей за кадром электронной музыкой, натурально болит голова. В другом лагере видят в Сэфди талантливых преемников нового Голливуда — с его жесткой честностью, тотально пессимистичной атмосферой, неоднозначными героями и наплевательским отношением к правилам классической «фабрики грез». Их фильмы слегка бессистемны и даже безалаберны, но их это не портит, а даже наоборот — добавляет криминальным сюжетам обаяния. Отдельная радость, что их картины — это не столько оммажи классическим лентам нового Голливуда (какой стал, пусть и в хорошем смысле, недавний «Джокер»), а скорее собственные шумные ремиксы на вечные голливудские темы. Одним словом, спутать Сэфди с кем-то еще с каждым их новым фильмом становится все сложнее, особенно если вы вообще не знакомы с прошлым американского кино.

Elara Pictures

Фирменные приемы братьев, помимо подсмотренных у мэтров, — это ультразвуковой темп, превращающий сюжет и для зрителя, и для его персонажей в стремительную и напряженную гонку, а также почти физическое, тактильное влияние на зрителя. Во время просмотра «Хорошего времени» (ленты тех же режиссеров) и «Неограненных алмазов» можно натурально вспотеть — как будто в погоню за деньгами, опалом и Кевином Гарнеттом бросается не Говард, а мы сами. Ощущение постоянного забега наперегонки со временем достигается в том числе и при помощи виртуозной камеры прославленного оператора Дариуса Хонджи, который после работы у обычно неспешных Вуди Аллена и Джеймса Грея здесь снимает на совсем другой скорости. Да простит нас всех Мартин Скорсезе, но именно «Неограненные алмазы» намного ближе к изнуряющему аттракциону, чем любой фильм Marvel. И в отличие от идущего сейчас в просторных кинозалах военного блокбастера «1917», Сэфди добиваются надрыва и эффекта присутствия минимальными визуальными средствами.

«Неограненные алмазы», выпущенный в США в ограниченный прокат перед Новым годом с прицелом на «Оскары», во многом продолжает линию «Хорошего времени». Опять сложная неоднозначная фигура в центре картины, опять наполовину криминальный Нью-Йорк, опять пулеметные, перепутанные диалоги и сюжет, сотканный из неожиданных ситуаций с участием главного героя, опять мощный синтезаторный саундтрек Дэниэла Лопатина (талантливого композитора, сына русских эмигрантов), в котором угадываются и ранние Daft Punk, и Джорджо Мородер, и даже Вангелис. Братья Сэфди снова не усложняют магистральную мысль фильма — дополнительная глубина и любые запинки только навредили бы идеально выстроенному стремительному темпу картины. Три года назад в «Новом времени» режиссеры говорили о братской любви и личных катастрофах, которые случаются в жизни даже самых законченных лузеров. В «Алмазах» поднимаются смежные темы: о тех же неудачниках, бандитах, витающем в воздухе Нью-Йорка желании быстро разбогатеть, но больше всего — о тех самых неограненных алмазах, вынесенных в заголовок. К ним, конечно, Сэфди относят и самого Говарда — да, противного дельца, но, что важнее, человека со специфическими талантами, который зажат между нескольких огней, но при этом находится в шаге от триумфа. И этот шаг, по мнению Сэфди, сделать сложнее всего.

Elara Pictures

В отличие от героев «Хорошего времени», жизненная траектория Говарда намного витиеватее — ему приходится маневрировать между самыми разными людьми и вырваться из этого колеса сансары никак не удается. С одной стороны, на него косо смотрят представители родной еврейской общины, которым не нравится эксцентрика Ратнера. С другой — некогда любящая жена и дети, которые сильно охладели к Говарду и давно привыкли к его ночным отлучкам и «делам». С третьей — молодая любовница, немного глуповатая и искренне любящая, но явно неспособная окончательно вытащить героя из семьи. Бандиты же и партнеры по бизнесу Ратнера действуют в основном прямолинейно: требуют деньги, которых у Говарда всегда не настолько много, чтобы выплатить долги, но достаточно, чтобы сделать очередную ставку. В какой-то момент он вообще начинает отдаленно напоминать героя культового советского мультфильма «Ограбление по‑итальянски», но с противоположной судьбой — там весь город помогал Марио ограбить банк, а здесь Нью-Йорк и все знакомые Ратнера выступают в роли тисков, которые сжимают пространство вокруг героя, с каждой минутой фильма все больше лишая его воздуха и простора для маневра. Ощущение постоянно нависшего над Ратнером злого рока разгоняет картину к финалу до скорости света — чем ближе титры, тем сильнее переживаешь за этого погрязшего в бесконечных ошибках и вранье маленького человека.

В шаге от триумфа последние 30 лет находится и Адам Сэндлер, на протяжении всей карьеры безуспешно пытающийся доказать всему миру и, наверное, самому себе, что он — по‑настоящему большой актер, а не просто постоянный участник мусорных комедий вроде «Папа-досвидос». Когда-то подтолкнуть Сэндлера в мир серьезного кино попытался Пол Томас Андерсон, сняв его в потрясающей мелодраме «Любовь, сбивающая с ног», чуть позже была проникновенная роль в «Опустевшем городе», а позже — у Баумбаха в «Истории семьи Майровиц», но актер так и не смог отказаться от комедийного амплуа. И все-таки даже в откровенно проходных фильмах Сэндлер создавал впечатление, что, как и Говард, он неограненный алмаз, которому требуется лишь подходящий материал. Сэфди наконец предложили ему роль под стать его возможностям — и здесь он выкладывается на все сто, собирая образ Ратнера через пот, кровь, слезы, ругань, постоянное вранье, ехидные прищуры, рваную фирменную мимику и мерзкий занудный акцент дельцов из нью-йоркского Бриллиантового района. Это его фильм, это его триумф, это, возможно, роль всей его жизни.

Elara Pictures

Тем, конечно, обиднее, что Сэндлер пролетел мимо премиального сезона. Будем честны: при живом Хоакине Фениксе и его роли в «Джокере» Сэндлер не получил бы ни одной важной статуэтки, но присутствие в номинациях, позирование в дорогих костюмах на красных дорожках уже было бы для него большой наградой — за долгую и сложную актерскую карьеру он заслужил, чтобы его воспринимали не только оптимистичные фанаты, но и голливудский бомонд. Однако у «Неограненных алмазов» слишком маломощный прокатчик, независимая студия А24, которая пока не набрала веса в Голливуде, чтобы протаскивать свои фильмы на главные премии. И как будто предвосхищая игнорирование «Оскаром» и Ко, Сэндлер на опережение сделал в прессе абсурдное, одновременно грустное и смешное заявление, что если он не выиграет «Оскар», то обещает продолжать сниматься только в плохих фильмах. Недавнюю сделку Сэндлера на четыре фильма и $275 млн с Netflix многие восприняли как первый шаг по осуществлению этого намеченного актером плана.

«Неограненные алмазы» способны нехило удивить (или, наоборот, надолго выбить из душевного равновесия) неподготовленного зрителя. Это кино, как будто существующее вне всех очевидных систем координат: драматическая роль Сэндлера, какие-то братья-режиссеры, но не Коэны и даже не Фарелли, странный сюжет про драгоценности — серьезно? Все вышеперечисленное для большинства потенциальных зрителей — в лучшем случае белый шум, в худшем — причина никогда не смотреть «Неограненные алмазы». Одно можно сказать точно: после этого фильма вы поймете, любите ли братьев Сэфди или ненавидите. Это станет ясно на живописных финальных титрах, поэтично улетающих в космос.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ:

45 фильмов с Адамом Сендлером: от худшего к лучшему

И тебя вылечат: 10 отличных сериалов, работающих как психотерапия