В 2021 году «9 ½ недель» исполнится 35 лет. Трудно в это поверить, но изначально в США фильм вышел на День святого Валентина в цензурированной версии, где многие эротические моменты были либо вырезаны, либо сильно сокращены. Трудно — потому что Голливуд, который всегда казался оплотом свободы и независимости, еще каких-то три с половиной десятка лет назад не мог пропустить в прокат — довольно безобидный, особенно по сегодняшнем меркам — эротический фильм про горькую страсть.

Сегодня, когда Э. Л. Джеймс со своими «50 оттенками серого» открыла ящик Пандоры, эта цензура смотрится особенно смехотворно. Ведь, по сути, именно с «9 ½ недель» началась легитимизация провокационных, эротических сюжетов в большом американском кино (и роль Ким Бейсингер в сиквеле «50 оттенков» кроме как оммажем «9 ½ неделям» воспринимать трудно). Тогда фильм Эдриана Лайна обругали (были даже несколько номинаций на «Золотую малину»), но сейчас эта история, особенно если закрыть глаза на карамельность эротических сцен, не кажется сказочной, неестественной, бульварной, как когда-то. Наоборот, сейчас «9 ½ недель» — это в первую очередь довольно жуткий и точный в формулировках фильм о неконтролируемой страсти и расставании, а только потом — смелая эротическая мелодрама.

Everett Collection/Legion Media

Мало кто знает, но «9 ½ недель» вырос из одноименного и основанного на реальных событиях романа Элизабет Макнейл. У писательницы вообще очень интересная биография. Она родилась в 1940 году в Австрии в семье солдата СС под именем Ингеборга. Связь отца с нацистской партией не давала спокойно жить и после войны — и вскоре девушка уехала в США, где вышла замуж за пастора Денниса Дэя. У них родились двое детей, но второй (мальчик) погиб в возрасте 7 лет. Тогда-то брак и треснул: Дэй вместе со старшей дочкой перебралась в Нью-Йорк, где устроилась на работу редактором профеминистского журнала Ms. Спустя какое-то время у нее случился роман с мужчиной по имени Джон, который и стал основой «9 ½ недель».

Дурная слава книги, которую много и сильно ругали все эти десятилетия, особенно в пуританских кругах США, преследовала Дэй до самой смерти — в 2011 году писательница наложила на себя руки. Самоубийство Дэй подтолкнуло многих к повторному анализу «9 ½ недель» — как книги, так и фильма. И оказалось, что, несмотря на простоту сюжета, некоторую психологическую провокационность и эротическую смелость, и там и там главными темами были не секс или всепоглощающая страсть, а вопросы, на которые люди обычно пытаются найти ответы в кабинете у психотерапевта. Как не утратить стремление к жизни после развода и семейных травм? Как не сойти с ума и пережить кризис среднего возраста? Где заканчивается флирт, эротическая игра и начинаются настоящие отношения? Как остановиться, когда вожделение вытесняет из вашей жизни все остальное? Нужно ли вообще останавливаться?

Экранные Элизабет и Джон (нечеловечески красивые Ким Бейсингер и Микки Рурк) — это не только Пол и Роза из «Последнего танго в Париже», с которым «9 ½ недель» сравнивают в каждой второй рецензии, но и Фредерик и Миранда из «Коллекционера» Фаулза. Здесь, конечно, нет клетки, никто никого не похищает, да и заканчивается история любви горько, но не смертельно, но Джон не просто без ума от своей новой подруги, он буквально ее боготворит, при этом полностью управляя ее жизнью. Одна из самых трогательных и одновременно жутких сцен — когда он кормит Элизабет супом во время простуды. В ней видна не только забота, но и покровительство: он точно знает, что нужно ей в этот момент. Но до определенного момента Элизабет как будто сама не против таких отношений. Каждая новая встреча с Джоном — будь то переодевание в мужчину, беготня от уличных бандитов по подворотням или секс перед холодильником — это еще одна глава в их любовных приключениях. А ей, разведенной галеристке среднего возраста в шумном и переполненном людьми Нью-Йорке, в данный момент именно это и нужно.

Джон для Элизабет не только покровитель или ментор — он ее антидот от себя самой. Бесконечной игрой в страсть он потихоньку вытаскивает девушку из психологической норы. Но при этом, теряя голову, Элизабет все-таки остается в здравом уме. Уже после нескольких недель встреч она все еще будет сомневаться: отношения с Джоном, такие яркие и стремительные, — это любовь или нет? И, кажется, ни разу, в отличие от него, за два часа экранного времени не скажет заветное «люблю». Даже в финальной сцене, печальной и опустошенной, она всего лишь раз обернется, чтобы окончательно увидеть, что он точно не пошел за ней по улице.

История Джона — проще и прямолинейнее. Его карьера на Уолл-стрит — это факт, взятый из книги (и следовательно — из реальной жизни), но писательнице трудно было бы выдумать для главного героя профессию и место обитания лучше — и для других подобных ему игроков, которые не могут остановиться, пока весь мир не будет у их ног. Для Джона Элизабет — это не столько страсть или любовь, сколько победа. Он подходит к их отношениям как к прохождению видеоигры или решению ребуса — с самой первой сцены он начинает с ней играть, потому что а) не может иначе, б) прекрасно чувствует, что именно в таком формате он сможет ее завоевать. Но как часто бывает у мужчин, Джон не видит границ, он не способен переключить регистр поведения, закончить игру вовремя. Он хочет находиться в своей зоне комфорта как можно дольше. В сцене расставания Микки Рурк играет не столько уязвленного мужчину, сколько расстроенного мальчишку, у которого отобрали любимую игрушку. Она бросает ему в лицо: «Ты знал, что все закончится, когда мы перестанем играть», а он лишь мямлит: «Я люблю тебя» — в уже закрытую дверь. И не бросается за Элизабет, ведь новая игрушка, которую он обязательно найдет, всегда будет лучше склеенной старой.

В контексте современного культурологического дискурса нельзя не отметить, что «9 ½ недель» — это вполне себе профеминистское кино, хотя раньше так не казалось. Элизабет в эпоху VHS выглядела беспомощной жертвой, а сейчас, наоборот, воспринимается сильной женщиной, которая смогла не поддаться страсти и не дать Джону уничтожить себя, разорвав невидимую нить между ними. И в той самой финальной сцене именно Элизабет выглядит пусть расстроенной, зареванной, но свободной женщиной, у которой все еще впереди. Да, эти девять с половиной недель, были искрящимися, волшебными, но их прелесть именно в том, что для Элизабет они наконец закончились.

Everett Collection/Legion Media

Если вы застали эпоху видеокассет, видеосалонов и проката фильмов, то, скорее всего, «9 ½ недель» у вас до сих пор ассоциируется с «Дневниками красной туфельки», «Эммануэль» и другими культовыми эротическими сериалами и фильмами той эпохи. Но фильм Эдриана Лайна за 35 лет не просто не стал хуже, он обрел новые грани, стал острее, точнее и страшнее. Это картина о нелюбви, о страсти, которая никуда не ведет, о двух одиночествах, которые встретились не чтобы быть вместе до смерти, а чтобы просто ненадолго сделать жизнь каждого чуть лучше, ярче, интереснее. Героиня Джулии Робертс в «Красотке» задает в одной из сцен риторический вопрос: почему ни в одном фильме не показывают, что происходит через полгода с отношениями персонажей после классического голливудского хеппи-энда? «9 ½ недель», где именно это и показали, прекрасно отвечает на этот вопрос: с ними не происходит ничего хорошего.