Начало карьеры

Вуди Аллен — псевдоним, придуманный щуплым еврейским юношей из Бруклина Алланом Конигсбергом в начале 1950-х. В ту пору он писал шутки для юмористических разделов газет, и занимался этим — а также сочинением эстрадных скетчей и сценариев для телепрограмм — долгих десять лет. В 1961-м Аллен впервые сам вышел на эстраду в качестве стендап-комика. И хотя он шутил, что на званых обедах юмористы всегда сидят за детским столиком, как стендапер он был очень успешен. Персонаж, от имени которого Аллен говорил со сцены, был типичным шлемазлом (человек, которому хронически не везет во всем. — Esquire), которому тем не менее везло с женщинами, что в сочетании с плюгавой внешностью и непрошибаемой самоуверенностью «сердцееда» создавало комический эффект.

Вуди Аллен: «У меня был страх сцены, потому что я долгие годы был кабинетным писателем. Я его преодолел, и успех пришел сразу же. Мои агенты каждый вечер приходили в кабаре и выталкивали меня на сцену. Они говорили: если стал исполнителем, остальное приложится. Я стал получать больше заказов на тексты, и потом мне стали предлагать режиссерскую работу именно потому, что я засветился как исполнитель. Сцена — своего рода витрина» (из книги интервью Аллена со шведским журналистом Стигом Бьоркманом).

В 1950-е годы юмористы с телевидения выступали в «Борще» — курортном районе в горах Кэтскил, где было множество клубов. Это место облюбовали для отдыха еврейские семьи, которые постоянно заказывали в ресторанах борщ. Аллену не нравились тамошние стендаперы, все эти «традиционные комики», которые держались на эстраде как затянутые в смокинги чопорные конферансье. Но однажды он увидел выступление комика Морта Сала — тот был раскован, непринужден и владел аудиторией как бог. В посвященном стендапу 1950-х сериале «Удивительная миссис Мейзел» проводящая много времени в клубах и обожающая хороший юмор Сюзи Майерсон говорит главной героине Мидж, что единственный стендапер, который ее поразил, был как раз Морт Сал. Вуди Аллен пошел еще дальше — он признавался, что если бы не Морт Сал, сам он никогда не вышел бы на сцену.

«Городской невротик»

Итак, продюсеры фильма «Что нового, киска?» (1965) обнаружили Вуди Аллена в кабаре. Расчет был прост: раз он сам сочиняет скетчи, то может написать и сценарий — почему бы его не нанять? Аллен терпеть не мог «Киску», потому что его сценарий перекроили, но благодаря этому фильму получил карт-бланш. Первым фильмом, который он поставил самостоятельно, была комедия «Хватай деньги и беги» (1969), где он сыграл главную роль недотепы Вергилия. Этот фильм успешно запустил его режиссерскую карьеру.

Вуди Аллен: «Меня считают интеллектуалом, потому что я ношу очки, и художником — потому что мои фильмы не приносят дохода. То и другое неверно» (из книги интервью Аллена со Стигом Бьоркманом).

Кадр из фильма Everett Collection/Legion Media
Кадр из фильма «Все, что вы хотели знать о сексе, но боялись спросить»

Здесь он впервые предстал на экране таким, каким весь мир будет видеть его следующие пятьдесят лет, — хлипким невротиком («Невроз заменил мне аэробику!») и убежденным пессимистом, который видит опасность за каждым поворотом, хотя на самом деле ему сказочно везет.

«Вы знаете, как называются люди, которым кажется, что все их преследуют?» — «Да. Проницательные» (из фильма «Проклятие нефритового скорпиона»).

Смешной и мнительный герой Вуди Аллена, который превозмогает любые неурядицы благодаря сказочному везению, давал надежду всем недотепам мира.

Вуди Аллен: «Я всегда чувствовал себя тревожно и беспомощно, когда мне было и 5 лет, и 35, и 55. Как вы хотите, чтобы я себя чувствовал в 83 года? Я могу выйти из этой комнаты и отдать концы прямо в коридоре, и это не будет ни для кого сюрпризом. «Ну, ему было 83, чего вы еще ожидали?» Я чувствую себя так же, как и всегда. Тревожно и беспокойно».

Кадр из фильма TCD/Legion Media
Кадр из фильма «Энни Холл»

Поворотной работой в карьере Аллена стал фильм «Энни Холл» (1977). Именно там звучит одна из самых известных его острот о человеческой жизни, которая бывает либо ужасная, либо несчастная. Ужасная — это у тех, кто смертельно болен, а несчастная у всех остальных. Исходя из этой логики, нужно радоваться тому, что ты всего лишь несчастен! И проживать свою несчастную жизнь с удовольствием. Согласно кодексу Вуди Аллена, комедия — это та же трагедия, просто некоторое время спустя.

Вуди Аллен: «В какой-то момент я понял, что некоторые мои картины напоминают мультфильмы: никто не истекает кровью, никто не умирает по‑настоящему. Из сцены в сцену герои просто бегают туда-сюда и шутят, шутят, шутят».

Отличительная черта алленовского городского невротика — вечный пессимизм. Он постоянно чего-то боится и бормочет привычной скороговоркой, что неровен час — земля налетит на небесную ось и все будет плохо, да куда там — просто ужасно! Это его способ «заговаривать невезение». В мире, где ему приходится обитать, превозмогая жизненные сложности, мало того что нет Бога — по выходным водопроводчика-то не доищешься! Этот мир по Аллену — страшное место, где с его хрупким героем может произойти все что угодно. И как при таких раскладах человек может понять устройство Вселенной, если он даже в Чайна-тауне ориентируется с трудом?

Вуди Аллен и Дайан Китон в фильме Alamy/Legion Media
Вуди Аллен и Дайан Китон в фильме «Манхэттен», 1979 год

Женщины

Вуди Аллен: «Моя жена не желает взрослеть. Я принимаю ванну, а она топит мои кораблики».

В 1969-м во время репетиций на Бродвее своей пьесы «Сыграй это снова, Сэм» Аллен знакомится с Дайаной Китон. Они начинают жить вместе, и благодаря Дайан в его фильмах появляются блистательные женские образы. Умные и эксцентричные, они время от времени дарят своим вниманием угловатого шлемазла, но всегда ускользают, как в фильме «Манхэттен» (1979), где жена главного героя ушла от него к женщине, хотя тогда это еще не было мейнстримом.

Теперь фразы, которые с легкостью могли бы быть исполняемыми со сцены стендапом, персонажи Аллена произносят в его фильмах:

«Мы раздумывали, что делать: поехать на Багамские острова или развестись? И решили, что Багамы — удовольствие всего на пару недель, а хороший развод — на всю жизнь» (из сборника рассказов «Побочные эффекты»).

«Я потому такой хороший любовник, что много тренируюсь на себе» («Любовь и смерть»).

В самом начале карьеры Аллен снял комедию «Все, что вы хотели знать о сексе, но стеснялись спросить» (1972). Спустя много лет журналист Стиг Бьоркман, составивший книгу интервью с Алленом, задаст ему вопрос: что именно он тогда хотел знать о сексе, но боялся спросить? Ответ, как обычно, был снайперским, как шутка бывалого стендапера: «Я хотел знать про секс только одно: где его можно получить? И как скоро? Больше меня по данному вопросу ничего не интересовало. Где и сколько раз».

Персонаж фильмов Вуди Аллена, его комическое альтер эго, в этом смысле постоянно прибедняется: «Моя личная жизнь ужасна. В последний раз я был внутри женщины, когда посетил статую Свободы» («Преступления и проступки»).

Режиссер Вуди Аллен, Миа Фэрроу с детьми в 1989 году Ron Galella Collection via Getty Images
Режиссер Вуди Аллен, Миа Фэрроу с детьми в 1989 году

При этом личная жизнь режиссера была довольно бурной — и отдельную главу в ней занимает роман с Мией Фэрроу, с которой Аллен познакомился в 1980 году на вечеринке. Он долго и церемонно ухаживал — приглашал ее поужинать через секретаря. Фэрроу была дочерью актрисы Морин О’Салливан и режиссера Джона Фэрроу и с детства принадлежала к артистическому миру, куда он полжизни стремился попасть. Они с Фэрроу не вступают в брак, а живут каждый в своей квартире по разные стороны от Центрального парка. Утром они говорят по телефону и машут друг другу из окон полотенцами. «Она вырастила девятерых детей без травм, даже не имея в доме термометра. А я измеряю температуру каждые два часа!» — впоследствии вспоминал Аллен. В феврале 1991 года в New York Times появляется огромная статья о том, какие безупречные отношения удалось выстроить режиссеру и его музе, не вступая в брак. А в 1992 году из-за связи Аллена с приемной дочерью Сун-И Превен между ними, 12 лет прожившими в согласии и сделавшими вместе 13 фильмов, начинается война не на жизнь, а на смерть. Ее последствия догонят Аллена спустя два десятилетия.

«Неуместная любовь с молодой девушкой кажется темой ваших фильмов и вашей жизни, разве нет?» — «Это не тема моей жизни. Я был женат дважды, и оба раза на женщинах практически своего возраста (на Харлин Розен и Луизе Лассер). Отношения, в которых я состоял, — с Дайан Китон и Мией Фэрроу — не то чтобы они очень молодые девушки» (из интервью журналу Time, 1992).

Переосмысленные отношения Аллена с женщинами наполняли содержанием его фильмы. Однажды он признался в интервью, что ключевой шуткой его взрослой жизни и главным принципом любовных отношений стала фраза Граучо Маркса: «Я никогда не хотел бы принадлежать к клубу, членом которого может стать такой, как я». Ее перефразирует персонаж Аллена в «Энни Холл», сказав, то ни за что не будет встречаться с женщиной, которая польстится на такого, как он!

Moviestore Collection/Legion Media

Кино

Вуди Аллен: «Люди, которые делают кино, пришли к выводу, что хорошее кино им делать невыгодно и лучше потратить 200 миллионов на фильм, чем 20. Потому что на фильме за 20 они заработают 50, а на фильме за 200 — сразу 500. Фильмы становятся глупее и глупее, чтобы аудитория была больше».

В предисловии к книге интервью с Алленом Стиг Бьоркман описал его творческую ситуацию, беспримерную для индустрии: «Положение Вуди Аллена в мире кинематографа уникально. У него есть контракт с продюсерами, который дает ему полную свободу делать как минимум один фильм в год. Контракт оставляет за Алленом право выбора любой темы, сценария, актеров, съемочной команды, монтажа и так далее. Единственное ограничение — оставаться в рамках оговоренного бюджета».

Аллен обожал снимать в Нью-Йорке и всегда снобировал Голливуд, отпуская в его адрес остроты вроде этой: «Идиоты, у которых ничего не вышло в Нью-Йорке, переезжают в Лос-Анджелес и становятся там миллионерами».

Европейские синефилы и съемки в европейских столицах

В Европе Аллена всегда любили не меньше, а может, и больше, чем в Америке, что дало ему повод шутить: «Может, я больше нравлюсь иностранному зрителю, потому что мои фильмы лучше в переводе, чем в оригинале?» Но Вуди не был бы Вуди, если бы он не высмеял извечное поклонение европейских интеллектуалов сложному замороченному арт-кино. В фильме «Голливудский финал» (2002) он делает своим героем слепого режиссера, который снимает черт знает что на ощупь, но в Европе его фильм объявляют шедевром.

Вуди Аллен: «Здесь я говнюк, а там гений. Спасибо, Боже, что на свете есть Франция».

Французы действительно обожают Аллена — иначе и быть не могло: как не любить человека, который сыграл в собственном фильме сперматозоид? Ему дважды вручали французский «Оскар» — премию «Сезар» — за «Манхэттен» и «Пурпурную розу Каира». В фильме «Разбирая Гарри» он отдает дань французам, когда в адрес его персонажа звучит реплика: «Ты лишен моральных ценностей! Вся твоя жизнь — это нигилизм, цинизм, сарказм и оргазм. Кстати, во Франции с таким лозунгом легко победить на выборах».

Начиная с 2005 года и снятого в Лондоне фильма «Матч-пойнт» Вуди Аллен на десять лет отрывается от родной почвы. Вместо обожаемого (хотя, с его слов, испортившегося со временем) Нью-Йорка он начинает снимать великие европейские столицы — Париж, Барселону, Рим, Берлин. Лишь спустя долгое время Нью-Йорк снова станет сценой его фильмов. «Колесо чудес» (2017) представит Конни-Айленд, рядом с которым он вырос, а «Дождливый день в Нью-Йорке» (2019) в шутливой манере развенчает туристические мифы этого города — от катания в экипаже в Центральном парке до свидания под часами и прокуренных клубов, где играют джаз.

Entertainment Pictures/Legion Media
«Вики Кристина Барселона»

Альтер эго

«Я был воспитан в иудаизме, но сейчас обратился в нарциссизм» (из фильма «Сенсация»).

Полжизни Вуди Аллен исполнял в своих фильмах роль фрустрированного интеллектуала и неисправимого ходока. И только с возрастом смирился с тем, что «его» теперь будут играть другие актеры, хотя суть персонажа и не изменится — это все тот же городской невротик в дурацких обстоятельствах, которые и называются жизнью.

Вуди Аллен: «В каждом персонаже есть что-то от меня, каждый новый герой — лишь новая маска; возраст или пол выступают лишь как средства маскировки».

В его — дай бог не последнем — фильме «Дождливый день в Нью-Йорке» целых два Вуди Аллена: молодой в исполнении Тимоти Шаламе и зрелый, которого сыграл Джуд Лоу.

Вуди Аллен: «Я бы сам сыграл Гэтсби, если бы был моложе!»

Вуди Аллен и Тимоти Шаламе на съемках фильма James Devaney/GC Images
Вуди Аллен и Тимоти Шаламе на съемках фильма «Дождливый день в Нью-Йорке»

Сериал

В 2016 году вышел сериал Вуди Аллена «Кризис в шести сценах», за который «Амазон» бился с «Нетфликсом» и победил. Победитель заплатил 79-летнему режиссеру круглую сумму и дал полную творческую свободу. Вуди Аллен раздавал по этому поводу шутливые интервью, что сам не знает, как вляпался в трудоемкий проект: сам-то он сериалы не смотрит и даже заклеил кнопку «Вкл» на своем телевизоре — но от таких денег глупо было отказываться. В сериале Вуди с бешеной энергией, как в лучшие годы, высмеивает революционные идеалы 1960-х. По сюжету в квартиру его героя Сидни забирается юная бунтарка, поклонница Че Гевары, которая в знак протеста против войны во Вьетнаме взорвала призывной пункт, а теперь мечтает сбежать на Кубу. Но пока ей приходится таскать еду из холодильника Сидни и учить старушек из книжного клуба его жены читать цитатник Мао и собирать автомат Калашникова. Вышла отличная сатира в духе молодого Аллена.

Жизнь во времена MeToo

«Стоишь юная в ресторане роскошного отеля, а потом не успеешь глазом моргнуть — а тебе уже сорок. А потом тебе продают билет в кино за полцены по пенсионному удостоверению. Так что не спрашивай, по ком звонит колокол, точнее, по ком шумит вода в клозете» (из фильма «Знаменитость»).

Единственный кровный сын Вуди Аллена и Мии Фэрроу Ронан, которого они назвали в честь любимого баскетболиста Вуди, с негодованием отбросил это имя и стал Ронаном — и все последние годы пытается сровнять с землей публичный имидж отца и его карьеру. Усилия Ронана увенчались успехом: из четырех запланированных по контракту с Amazon Studios фильмов был снят только «Дождливый день в Нью-Йорке», да и тот студии отказались прокатывать в Америке. Аллен подал в суд на Amazon за срыв договоренностей и собирался отсудить у компании $68 миллионов.

Кроме того, в марте 2020 года издательство Hachette отказалось выпускать мемуары Аллена A Propos of Nothing («Речь без повода»), причем спустя несколько дней после анонса. С критикой Hachette активно выступал Ронан Фэрроу. По данным The New York Times, помимо Hachette с Алленом отказались сотрудничать сразу четыре крупных издательства, но в итоге мемуары вышли в издательстве Arcade Publishing.

Вуди Аллен и Су-И Превен в Нью-Йорке Arnaldo Magnani/Liaison/Legion Media
Вуди Аллен и Су-И Превен в Нью-Йорке в 1993

Это печальная история, и на ум сразу приходит великий комик Ленни Брюс, который перестал быть смешным, когда погряз в судебных тяжбах. Впрочем, Ленни не принадлежит к числу любимых стендаперов Аллена. Он всегда предпочитал других комиков — например, Майка Николса и Эллен Мэй (последнюю он снял в роли своей жены в сериале).

История с обвинениями в сексуальном насилии над приемной дочерью Дилан остается неоднозначной — суд, состоявшийся в 1993 году, не нашел доказательств вины Аллена, но в то же время в заключении судьи говорилось, что поведение режиссера в конфликте было «чрезвычайно неприемлемым» и что «необходимо предпринять меры по защите ребенка». В результате судебного процесса Аллен проиграл тяжбу об опеке над детьми — Ронаном и приемными Дилан и Мозесом.

Позиция Аллена заключалась в том, что Миа Фэрроу выдумала историю с сексуальным насилием в целях мести. В сложном и запутанном семейном конфликте режиссера поддерживает его приемный сын Мозес Фэрроу, которому во время описываемых событий в 1993 году было 14 лет (Ронану тогда было пять). В письме в своем блоге он высказал собственную точку зрения на эту историю, охарактеризовав Мию не лучшим образом — по словам Мозеса, Дилан выступила против Аллена под влиянием Мии.

Уже став взрослой, Дилан Фэрроу дважды публиковала открытые письма о пережитой в детстве травме: в 2014 году в The New York Times, а спустя четыре года — в Los Angeles Times, где призвала голливудских звезд к ответу, почему они продолжают работать с Вуди Алленом. После этого Мира Сорвино, Грета Гервиг, Эллен Пейдж заявили, что сожалеют о сотрудничестве с режиссером и больше не будут сниматься в его фильмах, а Селена Гомес и Тимоти Шаламе отказались от своих гонораров в пользу благотворительных организаций.

В настоящее время карьера режиссера, стабильно снимавшего по фильму в год, поставлена на паузу. Его тяжба с компанией Amazon завершилась внесудебным урегулированием, но очевидно, что сотрудничества между ними больше не будет. Тем не менее Аллен успел начать и даже завершить летом 2019 года съемки нового фильма «Фестиваль Рифкина» на деньги испанских продюсеров, но теперь в историю вмешалась мировая пандемия коронавируса — если фильм и выйдет в прокат, то только в Европе, и когда это случится — неизвестно.

Вуди Аллен: «Не старость является самым верным признаком зрелости, а умение не растеряться, проснувшись на оживленной улице в центре города в одних трусах».