Это текст о трех очень теплых и простодушных фильмах — семейной драме, романтической комедии и застрявшей между ними фестивальной трагикомедии, — но начать его хочется с серьезного заявления. То, что с нами сейчас происходит, рано или поздно закончится. По крайней мере, исчезнут внешние обстоятельства, которые так изменили жизнь всех и каждого. Но что-то обязательно останется внутри, и прямо сейчас психологи, социологи и антропологи гадают, какой отпечаток 2020 год наложит на мир. И все чаще звучит вот какая мысль: еще ни разу в истории человечества диагноз «посттравматическое стрессовое расстройство» (ПТСР) нельзя было поставить такому количеству людей одновременно. При этом обращаться за помощью будет неловко — ведь тяжело всем вокруг, а сидеть дома и носить маску — не то же самое, что участвовать, например, в войне. А значит, личный опыт каждого как будто бы и не важен, а травмы — несущественны. Поэтому люди не пойдут за помощью к врачам, а будут искать утешения в общении и искусстве. В первую очередь — в кино.

В связи с этим мы беремся больше писать о фильмах вроде бы незначительных, а на деле обладающих терапевтическим эффектом, желанием обнять и способностью согреть. В первом выпуске нашей киношной аптечки — роудмуви «Дядя Фрэнк» с Полом Беттани, семейная сага «Элегия Хиллбилли» с Эми Адамс и рождественский переполох «Самый счастливый сезон» с Кристен Стюарт. Все эти фильмы появились на разных платформах в конце ноября, чтобы приободрить перед Днем благодарения американцев. Но чем мы хуже?

«Дядя Фрэнк» / Uncle Frank

Amazon Prime Video

Amazon Studios/Entertainment Pictures/Legion Media

Фильмы, премьеры которых случались на фестивале американского инди-кино «Сандэнс», еще никогда не получали главный «Оскар» — разве что «Зови меня своим именем», «Манчестер у моря» и «Отрочество» были недалеки от награды. Так что и показанный на фестивале в Юте «Дядя Фрэнк» по итогам сезона наверняка останется без призов — хотя это, вообще-то, «Зеленая книга» 2020 года. Два главных героя — дядя и племянница, изгой и белая ворона в собственной огромной семье. Родовое гнездо находится в консервативном штате Северная Каролина, на дворе — 1970-е годы. И это эпоха перемен, которые были слишком резкими и быстрыми, чтобы не вызывать оцепенение и отторжение тех, кто оказался к ним не готов.

Дядя Фрэнк (Пол Беттани) — гей, и в стране ковбоев ему не место, поэтом он давным-давно поссорился с отцом и сбежал в Нью-Йорк, где стал профессором литературы. Его племянница Бэт (София Лиллис из «Оно», «Острых предметов» и «Мне это не нравится» — сериала, который нам очень нравится), девушка с провинциальными веснушками и нью-йоркской архитектурой души, после школы отправляется в колледж к дяде. И окунается в совершенно новую для себя жизнь — с книжными клубами и свиданиями с парнями, богемными вечеринками у дяди и первыми затяжками марихуаны, бессонницей и любовью.

Но уже в первом акте фильма происходит событие, которое заставит беглецов сесть в автомобиль и отправиться домой в Каролину. А следом за ними тайком поедет бойфренд дяди Фрэнка — веселый и добрый джинн, когда-то сбежавший из Саудовской Аравии (где за мужеложество полагалась смертная казнь) в США. Его играет Питер Макдисси, родившийся в Ливане и перебравшийся в Штаты в 22 года. Макдисси — партнер режиссера «Дяди Фрэнка» Алана Болла, так что фильм для пары отчасти автобиографичен.

Amazon Studios/Entertainment Pictures/Legion Media

А самого Болла лучше не путать с немецким режиссером-проходимцем Уве Боллом. Алан — респектабельный постановщик, обладатель «Оскара» за сценарий «Красоты по‑американски» и шоураннер хитов HBO «Клиент всегда мертв» и «Настоящая кровь». Его сильные стороны — парадоксальная наблюдательность, чуткое понимание и выстраданное знание сердцевины Америки и тонкий юмор. Особенно в «Дяде Фрэнке» хорош юмор — смеяться зритель будет как минимум не реже, чем за просмотром «Зеленой книги».

Будучи фильмом о наставнике и преподавателе, «Дядя Фрэнк» копирует педагогические манеры своего героя: это кино, которое говорит о сложных вещах понятным языком; кино, которое смеется там, где должно быть страшно; кино, которое оставляет свободу выбора и избегает нравоучений; кино, которому, в конце концов, важны двустороннее движение и вдумчивый диалог. Поэтому храбрая маленькая девочка здесь может перевоспитать запутавшегося взрослого мужчину, семья — принять блудного сына, а хороший асфальт — связать Нью-Йорк и Северную Каролину. Добрейший и чуткий фильм — и, кстати, кроме Беттани, Лиллис и Макдисси в нем чудо как хороши Джуди Грир, Стив Зан и просто-напросто гениальная актриса Марго Мартиндейл.

«Самый счастливый сезон» / Happiest Season

Hulu, премьера в России запланирована на 14 января 2021 года

TriStar Pictures/LandMarkMedia/Legion Media

Еще одно кино о возвращении домой и каминг-ауте, но снятое в стилистике простодушной рождественской комедии. История о двух влюбленных девушках (одна из которых скрывает от родителей свою ориентацию, а другая хочет сделать первой предложение), специально стилизованная под самые дурацкие ромкомы о гетеросексуальных парах. Героиня Кристен Стюарт тайком покупает обручальное кольцо и хочет попросить благословения на свадьбу у отца своей возлюбленной. Ту играет Маккензи Дэвис — актриса с глазами-прожекторами из «Сан-Джуниперо», «Бегущего по лезвию 2049», «Талли» и последнего «Терминатора». И девушка не только не догадывается о грядущем предложении руки и сердца, но и не спешит совершить каминг-аут. Ее семья, в отличие от так называемого white trash из «Дяди Фрэнка» — вполне себе либералы и столпы американского общества: отец — амбициозный политик, мать — образцовая домохозяйка и прилежная светская львица. Так что героине и двум ее сестрам (одну играет Элисон Бри, вторую — звезда американского стендапа Мэри Холланд, настоящее чудо) приходится быть идеальными дочерьми — и ради этого много и самозабвенно врать. Разумеется, эта ложь превращает длинные рождественские каникулы в занятную комедию положений.

Удивительнее всего в «Самом счастливом сезоне» то, как эта история совмещает в себе старомодную форму и современное содержание. На поверхности типичная американская семейная комедия про Рождество. С сияющими улицами и новогодними джинглами в торговых центрах; снежными шапками на крышах будто бы пряничных домиков и обменом подарками; нелепыми свитерами и посиделками у камина. В кадр то и дело входят бывшие парни и девушки (и тут уже сияет актриса Обри Плаза), безобидные вроде бы обманы приводят к нелепым последствиям, дети хулиганят, старики чудят, молодые шутят. Но, с другой стороны, «Самый прекрасный сезон» — чуть ли не ремейк триллера «Прочь»: героиня Стюарт едет знакомиться с респектабельными родителями возлюбленной, а оказывается внутри жестокой игры в прятки. Метафоры настолько наглядны, что один раз девушке даже придется скрываться от консервативной родни в настоящем чулане, такой вот она closeted gay.

TriStar Pictures/LandMarkMedia/Legion Media

Но в финале этого рождественского переполоха (вряд ли это спойлер для любого, кто видел хоть одну праздничную комедию или читал хоть один святочный рассказ) все равно торжествуют добро, сострадание, милосердие и примиряющий всех и вся юмор. За который отвечает преимущественно Мэри Холланд — удивительная актриса эпизода родом из стендапа, которая того и гляди потеснит Кейт Маккиннон из шоу «Субботним вечером в прямом эфире».

Если бы не коронавирус, «Самый счастливый сезон» стал бы первым в истории студийным рождественским блокбастером об однополой паре, а слава первопроходца досталась бы студии Sony. Но в итоге комедию приютил стриминг Hulu — и если верить его победным реляциям, картина побила все рекорды премьер на онлайн-платформе. Это и правда настоящее семейное кино, которое не стесняется казаться нелепым и простодушным. Настоящая посиделка у камина.

«Элегия Хиллбилли» / Hillbilly Elegy

Netflix

Lifestyle Pictures/Legion Media

Тоже фильм о возвращении домой — и тоже предназначенный для онлайн-платформ, которым так нравится воображать себя семейными врачами и круглосуточным травмпунктом. В основе сюжета — автобиографический роман американского писателя Джей Ди Вэнса. Мальчик вырос в Огайо в семье работяг, где мать-медсестра воровала обезболивающее из больницы, дедушка напивался и бил бабушку, а бабушка могла облить дедушку бензином и поднести спичку. В маленьком городе, где прошло детство героя, девочки беременели в 13 лет, а мальчики сбивались в стаи. Тем не менее Вэнс смог уйти от судьбы реднека, став сперва морпехом, затем стипендиатом Йельского университета, а в итоге и писателем, книга которого вызвала в Америке много споров.

И вот Netflix превратил ее в двухчасовую сагу с самоотверженной Эми Адамс в роли мамы-наркоманки, почти неузнаваемой Гленн Клоуз в роли бабушки и Фридой Пинто в роли музы и спасительницы героя. А самого Вэнса сыграли сразу два неизвестных, но моментально вызывающих доверие актера. Детские годы героя олицетворяет похожий на игрушечного медведя Оуэн Асцталос. А студенческие — актер Гэбриел Бассо, напоминающий своей неуклюжей харизмой молодого Криса Пратта. Старшую сестру героя играет Хейли Беннет из «Девушки в поезде» и «Дьявол всегда здесь» — другого терапевтического фильма Netflix о несчастной, но стойкой американской семье.

События разворачиваются сразу в трех временных пластах, а поводом для блуждания по лабиринтам памяти становится страшная новость, которую герой получает как раз в разгар своего становления в Йеле. Его мама опять сорвалась — и нужно срочно вернуться домой и найти много денег, чтобы ее спасти. Из всех фильмов в нашем рецепте «Элегия Хиллбилли» самый страшный, хоть те его сцены, где рассказчиком выступает ребенок, и смягчают ужасы взрослой жизни, а закадровый голос и вовсе превращает грустную семейную сагу в американскую сказку вроде «Форреста Гампа». Но все эти подсластители не скрывают по‑настоящему болезненных тем, которых не испугался коснуться автор. Есть ли пределы у веры в близких и в то, что они могут измениться; так ли продуктивна привычка прощать; в какой момент жертвы ради семьи теряют смысл — вот вопросы, на которые герою предстоит ответить за одни сутки. Потому что навстречу прошлому из Огайо он едет в ущерб собеседованию в Вашингтоне, от которого действительно зависит его будущая жизнь.

Lifestyle Pictures/Legion Media

У Эми Адамс есть шесть номинаций на «Оскар», но до сих пор нет ни одной статуэтки, и если у престарелых академиков еще остаются совесть и зрение, то в этот раз они ее наградят. А вот сам фильм Рона Ховарда — режиссера «Игр разума» и «Аполлона 13» — критики приняли холодно. Причина — в излишней сентиментальности и наивности на грани манипуляции. Но пусть критики важничают, а мы вынесем из этого пронзительного фильма простую мысль. В американском кино герои часто повторяют фразу I am doing quite well. Ее могут произнести бедняки, которые наконец-то нашли работу; родители, добившиеся права иногда видеться с детьми; люди, делающие первые шаги после тяжелых болезней; или вот наркоманка в исполнении Эми Адамс, которой удалось оставаться трезвой пару недель. Зритель привык считать таких людей неудачниками, а их жизни — сломанными настолько, что не поможет и капитальный ремонт. Тех, с кем эти герои хотят себя сравнивать, уже никогда не догнать. Годы жизни проиграны, почти все двери закрыты. Но именно спокойствие и радость от якобы маленьких шагов к спасению, заключенные в этой фразе, по‑настоящему бесценны. Исцеление начинается с них, а не с героических порывов. Страшная, но вдохновляющая «Элегия Хиллбилли» решила напомнить об этом в самый подходящий момент.