«Криптозоопарк» / Cryptozoo

Sundance Film Festival

Шестидесятые, Америка. Парочка хиппи пытается уединиться в лесу, но натыкается на обнесенный забором парк с редкими животными — единорогом, Пегасом и прочими. В это же время одна из главных работниц зоопарка ездит по миру в поисках новых экспонатов — от алконоста где-то в Сибири до пожирательницы кошмаров Баку в Японии и Америке. В какой-то момент эти две линии сплетутся воедино, но к этому времени анимационный фильм успеет стать настоящим захватывающим триллером.

Дэш Шоу привлек внимание пять лет назад своим небезынтересным дебютом «Моя школа тонет в море», чей сюжет в общем-то был описан в названии, — и Джейсоном Шварцманом, Майей Рудольф и Линой Данэм в качестве актеров озвучки. Многие перекочевали и в озвучку «Криптозоопарка» — и к ним добавились Майкл Сера, Лейк Белл и Грейс Забриски из «Твин Пикса». Если «Моя школа» была нарочито простоватым фильмом, то от красок в «Криптозоопарке» рябит в глазах. К тому же режиссер анимации Джейн Самборски придумала сочетать в кадре множество самых разных техник — какие-то вещи здесь прорисованы детально, какие-то изображены мазком краски. «Криптозоопарк» — определенно один из самых интересных анимационных фильмов года и по тому, как он выглядит, и благодаря закрученному сюжету и понятному посылу о том, что животных хоть и надо беречь, но зоопарки для этого совсем не обязательны. Хочется верить, что фильм станет как минимум инди-хитом — каким был, например, «Я потерял свое тело».

«Джон и дыра» /John And The Hole

Sundance Film Festival

Подросток Джон находится в том возрасте, когда на все вопросы учителей, родителей и сестры ему проще всего ответить «Я не знаю». Отцовская нежность начинает надоедать, мама слишком сильно налегает на успокоительное, сестра раздражает непониманием, на днях придется участвовать в теннисном турнире — Джону ничего не остается, как опробовать на садовнике мамино снотворное, а затем усыпить всю семью и опустить их в дыру на краю участка, из которой папа хотел сделать бункер.

Дебют художника Паскуаля Систо должны были показывать в прошлогодних Каннах — и там он явно наделал бы шуму. «Джон и дыра» снят в манере фильмов Ханеке и Лантимоса, намеренно отрешенной, минималистичной, отстраненной — такой, от которой все постепенно уже начинают уставать. И тем не менее «Джон и дыра» выходит за пределы следования по стопам мастеров — хотя бы потому, что его форма скрывает содержание; за ней прячется история, подобная фильму «Один дома». Этот контраст работает Систо на руку: зритель постоянно находится в ожидании подвоха, однако ожидания здесь рушатся с легкостью и элегантностью. В какой-то момент в фильме появляется вторая линия, обрамляющая основную, — обе убедительно высказываются на тему взросления, пусть и используют гротеск в качестве основного приема. Но стоит отметить, что «Джон и дыра», со всей его визуальной безупречностью и напряженным саундтреком Катерины Барбьери, берет зрителя все-таки благодаря другому, а именно сопереживанию его главным героям.

«Прайм-тайм» / Prime Time

Sundance Film Festival

Пока вся Польша готовится праздновать новый, 2000 год — и переживает, будут ли работать нормально компьютеры и другие устройства, — молодой Себастиан проникает в варшавский телецентр. Угрожая пистолетом охраннику, он заходит в студию, где снимают популярную телелотерею — к неудаче вечно опаздывающей ведущей, которая на этот раз впервые пришла на работу вовремя. Себастиан хочет что-то сказать в прямом эфире на всю страну — но в телецентр уже направляются полицейские, переговорщики и ОМОН.

Бартош Беленя, сыгравший здесь главную роль, уже запомнился как минимум польскому зрителю по номинированному на «Оскар» «Телу Христову» — там он играл заключенного, выдающего себя за пастора. Если там он играл человека, вынужденного примерить на себя маску, то здесь его герой — это оголенный нерв, сомневающийся в себе и в мире молодой человек, чьи цели так до конца и не станут нам ясными. Режиссер-дебютант Якуб Пятек при этом старается не держать зрителя в постоянном напряжении, а умело играет с ритмом фильма, позволяя себе временами уходить в чистую комедию или мелодраму, не давая нам, впрочем, забывать о том, что у главного героя в руках пистолет. Снятый летом прошлого года фильм намеренно не покидает локаций телецентра — и это определенно идет ему на пользу: все наше внимание сконцентрировано на истории и даже не пытается отвлечься ни на что другое. Благодаря этому получается сопереживать практически всем героям — даром что узнаем о них мы не так уж и много.

«Братья Спаркс» / Sparks Brothers

Sundance Film Festival

Братья Рон и Расселл Маэлы уже сорок лет делают мало на кого похожую музыку — остроумную, но не откровенно юмористическую, мечущуюся между арт-попом и арт-роком, хард-роком и диско, чистой поп-музыкой и отсылкам к академической музыке. «Братья Спаркс» за два с половиной часа проходится по их обширной дискографии — в которой находится даже место радиомюзиклу про поездку Бергмана в Голливуд (сам факт существования этого альбома уже настолько удивителен, что в фильме ему уделяется не больше трех минут).

Режиссер Эдгар Райт еще ни разу не пробовал себя в документалистике — и «Братья Спаркс» хоть и представляют собой довольно классический фильм с говорящими головами, однако общая интонация позволяет его выделить среди сотни похожих. Фанат Sparks с детства, Райт делает фильм с любовью и юмором, искренне пытается узнать у музыкантов множество интересных историй из их жизни — что явно позволит людям, незнакомым с их музыкой, ими заинтересоваться, а те, кто затер до дыр их обширную дискографию, узнают несколько анекдотов из биографии любимцев. Первая половина «Братьев Спаркс» смотрится на одном дыхании — в том числе благодаря великолепному монтажу, в котором архивная хроника идеально подходит закадровому рассказу. Под конец восьмидесятых, как, впрочем, и в дискографии Sparks, фильм слегка буксует, а затем становится попроще, однако в бодрости и интересности Райту не занимать до самого конца.

«Клубничный особняк» / Strawberry Mansion

Sundance Film Festival

В будущем многие вещи из наших снов станут облагаться налогами — будь это одуванчик или корова, за них придется или платить, или терпеть скрытую рекламу. Аудитор снов Джеймс приезжает с проверкой к художнице Белле, женщине многих талантов, — и узнает, что все ее сны за много лет записаны на кассеты, поэтому придется посмотреть их все. В одном из снов Джеймс видит Беллу в молодости — и влюбляется: к сожалению, этому рады далеко не все ее родственники. Кентакер Одли снимался у звезд американского независимого кинематографа — Эми Сеймец, Дэвида Лоуэри и Алекса Росса Перри — и сам как режиссер привлек внимание прошлым фильмом «Сильвио», в котором горилла становилась звездой провинциального кабельного телеканала. Соавтор Одли по «Сильвио» Альберт Бирни снова стал его сорежиссером и сосценаристом — надо сказать, тандем у них получается замечательный. «Клубничный особняк» — отличный образец малобюджетной научной фантастики, которая у кого-то, конечно, вызовет в памяти и «Науку сна», и «Начало». Однако Одли и Бирни превращают историю о снах в историю одновременно и о любви, и о капитализме — и о том, как первая все-таки побеждает, несмотря ни на что. «Особняк» поражает своим вниманием к деталям и полетом фантазии, а именно выдающейся работой художника-постановщика и специалистов по спецэффектам — это по‑настоящему зрительский, невероятно добрый фильм: пусть в одной из сцен герой и рискует заживо сгореть во сне.

«Весь свет, везде» / All Light, Everywhere

Sundance Film Festival

Изобретение фоторужья повлияло на усовершенствование револьвера и артиллерии, а фотографирование преступников — на каталогизацию самых разных вещей в мире. Бостонские полицейские обязаны носить на себе камеру, отслеживающую их действия и слова, а какое-то время назад над городом летал самолет, каждую секунду снимавший на 12 камер высочайшей четкости передвижения людей и автомобилей. Тем временем люди пытаются заснять солнечное затмение, а неназванная компания — отследить, как люди реагируют на те или иные образы.

Документалист Тео Энтони с самого начала понимал, что ему придется высказаться о крайне серьезных темах — поэтому для того, чтобы сбить пафос, он постоянно показывает зрителю процесс создания, что местами превращает фильм в комедию. Актриса озвучки говорит: «Я актриса, которая озвучивает этот фильм», захват экрана показывает монтажные окна в Adobe Premier, а под конец выясняется, что из финального монтажа убрали целую линию, которая не клеилась с основным нарративом, — и так далее. Эта остроумность позволяет Энтони избежать запугивания зрителя, хотя «Весь свет» вообще-то рассказывает о том, что Америка — полицейское государство, а за всеми ее жителями сейчас следить проще, чем когда-либо. Делая процесс создания фильма более честным и прозрачным, создатели «Всего света» дают понять, что их не стоит сравнивать со скрывающими часть правды героями фильма — и одним этим простым решением делают фильм интереснее и человечнее.

«Узники страны призраков» / Prisoners of the Ghostland

Sundance Film Festival

Николас Кейдж (которого здесь однажды назовут «героем») и сын великого режиссера Кассаветиса Ник (которого здесь однажды назовут «психом») грабят банк — но без последствий не обходится. Кейджа запирают в клетку в городе Самураев — месте, в котором собрались воедино все стереотипы о Диком Западе и Японии, — но достают оттуда, чтобы он доставил из страны призраков сбежавшую дочь губернатора.

Американская пресса поспешила назвать «Узников» странным, чокнутым фильмом — но это, пожалуй, подходит лишь тем, кто не знаком с остальной фильмографией режиссера Сиона Соно. По его меркам это фильм не особо кровавый и не особо причудливый — и это при том, что здесь орудуют самурайскими мечами налево и направо, а Кейдж в какой-то момент кричит слово «яичко». «Узники» благодаря этой относительной сдержанности можно назвать одним из самых выдержанных и цельных фильмов Соно — а София Бутелла и Так Сакагути лишь немногим уступают Кейджу в экранной харизме. Постоянно возникающие изображения атомного гриба и гиперболизированно американизированная Япония позволяют увидеть в фильме Соно политический подтекст, а в его участии в «Сандэнсе» — практически подрывную работу. Смеющийся над Западом режиссер, таким образом, видит в Николасе Кейдже родственную душу, юродивого, прошедшего через фильмы категории Б, чтобы очиститься от навязанных критериев качества кино, — а в Софии Бутелле заблудшую, которую еще можно спасти.

El Planeta

Sundance Film Festival

Молодой девушке по имени Лео в ожидании стипендии и из-за смерти отца пришлось перебраться из Лондона в родной испанский городок Хихон, обстановка удручающая: из-за кризиса закрылась куча мест, по улицам ходят в основном старики, одна радость — скорый приезд Мартина Скорсезе на вручение местного аналога Нобелевки. Денег становится все меньше, они с мамой под угрозой выселения — приходится как-то выкручиваться.

El Planeta, названный так благодаря реальному кафе в Хихоне — дебют в кино художницы Амалии Ульман, прославившейся благодаря инстаграм-перформансу 2014 года Excellences & Perfections, в рамках которого она полгода изображала инстаграм-модель, постепенно доходящую до нервного срыва. Хотя социальный комментарий фильма выдает в ней скорее близость к Кену Лоучу, красивое черно-белое изображение и незатейливый монтаж отсылают зрителя скорее к ранним Хон Сан-су и Джиму Джармушу: перед нами простая разговорная комедия, которая то и дело норовит сорваться в драму — но не делает этого. Ульман, и сама близкая в какой-то момент своей жизни к выселению, не хотела, чтобы ее фильм был похож на социальные мелодрамы — поэтому написала трогательный сценарий о маме и дочке, проворачивающих самые разные схемы для того, чтобы заработать себе на жизнь. El Planeta — слишком остроумный фильм, чтобы осесть в галереях современного искусства: хочется верить, что его ждет более уместная ему прокатная судьба.

«Удовольствие» / Pleasure

Sundance Film Festival

Шведка под псевдонимом Белла Черри приезжает в Лос-Анджелес, чтобы стать большой порнозвездой — на вопрос пограничника, что является целью приезда, она отвечает: «Удовольствие». Поначалу приходится ютиться в маленьком домике с другими коллегами, съемки часто бывают не такими интересными, как хотелось бы, — да еще и постоянно на пути встречается более уверенная в себе и быстрее становящаяся популярнее коллега.

В отличие от недавнего сериала Channel 4 «Только для взрослых», «Удовольствие» не выходит за пределы производственной драмы в другие жанры и не становится, например, детективом или судебной драмой. Однако оба произведения роднит совсем не тонкий намек на то, что иногда согласие на что-то, что для актеров переходит границы, добивается на площадке за счет манипулятивного уговаривания. «Удовольствие» поднимает и другие неудобные вопросы, например следующий: есть ли для начинающих порноактрис разница между постановочным изнасилованием и реальным? Легко ли поддержать обвинения коллеги в харассменте? Где удовольствие переходит в бизнес — и где находятся во всем этом личные границы? Режиссеру Нинье Тюберг удалось не только не увести фильм в полноценную драму, но и показать женский взгляд на порно, а также сконцентрировать внимание зрителя не на гиперреалистичных сценах со съемок, а на взаимоотношениях между актерами. «Удовольствие» показывает свежий взгляд на давно известную тему — и, избегая дидактики, заставляет зрителя задуматься об изнанке порноиндустрии.

«Мы все идем на всемирную выставку» / We’re All Going to the World’s Fair

Sundance Film Festival

Девочка-подросток Келси живет с папой, которого мы так и не увидим, где-то на окраине американского города — и решает проверить на себе слухи о смертельно опасном челлендже, основанном на старой игре про Всемирную выставку. Она смотрит видео с теми, кто уже поучаствовал, — они не чувствуют боли, их кожа становится пластиковой, а тело покрывается страшными шрамами. В какой-то момент ей пишет незнакомец по кличке JLB — и пытается помочь ей.

«Всемирная выставка» вдохновлена культурой так называемых крипипаст, легенд, которые ранее были городскими, а теперь стали сетевыми. Режиссер фильма Джейн Шунбран явно проводит в интернете много времени, поэтому многие видео здесь вызывают пугающий эффект узнавания: от успокаивающего ASMR до нелепых, но действующих страшных видео с клоунами. В отличие от других хорроров, чье основное действие происходит на экране ноутбука, «Всемирная выставка» часто показывает реальный мир — только чтобы дать понять зрителю, что там не происходит ничего интересного. На вступительных титрах нам показывают пустые парковки у супермаркета, шоссе, по которым почти никто не ездит, — эта эстетика богом забытых мест была воспета в девяностых исполнителями жанра мидвест-эмо. Композитор фильма музыкант Alex G в своей музыке часто вдохновляется эмо девяностых — и «Выставку» так и тянет назвать эмо-хоррором: не пугающим, а скорее опустошающим, очень грустным фильмом об одиночестве в сети.