Очень непривычно было видеть вас в роли крутого парня, который надирает всем зад. Как возникла идея этого фильма?

Она возникла во время работы над «Лучше звоните Солу». Когда я увидел рекламные билборды сериала в Китае, то подумал: раз уж меня знают и смотрят даже там, то почему бы мне не сделать художественный фильм, который выйдет во всем мире? Возможно, даже экшен-фильм? А в основу сюжета легла моя личная семейная история — десять лет назад ко мне в дом ворвались грабители. А в самом главном герое есть немного о Сола Гудмана — он очень усердный и энергичный, он очень старается, терпит неудачу — но не сдается.

Alamy/Legion Media

Но почему жанр экшен-фильма? Это был какой-то челлендж самому себе?

Актерство приносит мне радость и удовлетворение, когда это сложно, когда это вызов, когда герой вообще не похож на тебя, когда фильм создает уникальный мир — новую реальность, далекую от повседневной жизни. Экшен-кино находится очень далеко от того, с чего я начинал свою карьеру в шоу-бизнесе — с комедии, со смешных пародий, саркастических скетчей. Так что мне было интересно заглянуть в эти далекие и неизвестные мне места.

А что у вас общего с вашим героем?

Я очень люблю свою семью. И я был очень зол, когда к нам ворвались в дом. У меня было много смешанных эмоций после того, как это случилось. Чувство бессилия, злость оттого, что ты не предпринял никаких активных действий, что не дал сдачи. Все эти чувства, которые испытывает главный герой, переживал в реальной жизни и я. Только у меня не было навыков убийцы и не было никакого оружия. (Смеется.) Так что фильм получился своего рода приключением, способом представить, а что было бы, окажись на моем месте другой человек. И Дерек Колстад (сценарист «Джона Уика». — Esquire) написал отличный сценарий, который позволил мне «отыграть» мои сложные эмоции.

Мне показалось, что у вашего героя довольно много общего с Уолтером Уайтом. Его тоже недооценивают, и он тоже в какой-то момент пускается во все тяжкие.

Это правда. С виду Хатч Мэнселл (главный герой «Никто». — Esquire) обычный провинциальный папаша, примерный семьянин. Но на самом деле он мечтает вырваться на свободу, он хочет быть опасным, его привлекает насилие, он наслаждается этим — возможно, даже слишком.

Ваш герой выплескивает гнев, когда его семья оказывается под ударом. А что может разозлить вас? Может, не так сильно.

Я злюсь из-за множества маленьких вещей. Например, пробки. (Смеется.) Меня бесят люди, которые не включают поворотники, когда перестраиваются на дороге. Также меня очень злит, когда люди не могут найти между собой общий язык. Слушайте, мы все застряли на этой планете! Никто с нее не сойдет, и нам нужно научиться общаться и взаимодействовать. Меня злит, когда некоторые ведут себя так, как будто других людей не существует — или они внезапно перестанут существовать. Меня злит философия «будет так, как мы хотим», злит отсутствие желания к открытому диалогу.

Alamy/Legion Media

Вижу, вас злит довольно много вещей.

Возможно, меня довольно легко разозлить, но я не зол постоянно, это точно. (Смеется.)

У вас десять номинаций на «Эмми», и до сих пор ни одной победы. На мой взгляд, это крайне несправедливо. Вам не обидно?

Это преступление! (Смеется.) На самом деле, меня это не сильно волнует. Мы все работаем вместе, многие из моих коллег, с которыми мы соревнуемся в одной категории, — это мои друзья. Сложно злиться, когда побеждает твой друг. Даже быть номинированным — большая честь, ведь каждый год выходит столько достойных проектов. Многие, кстати, даже не запоминают победителей.

Возвращаясь к «Никто». Сколько русских слов вы выучили, работая над фильмом?

Нисколько. (Смеется.) Но я получил огромное удовольствие, работая с Ильей Найшуллером и Алексеем Серебряковым. Алексей — выдающийся, невероятно сильный актер. У него удивительная энергетика, и он потрясающе смотрится в кадре. Я получил огромное удовольствие от работы с ним.

Alamy/Legion Media

Были ли какие-то трудности из-за разницы в культуре и языке? Может быть, у вас были какие-то предрассудки о России, которые развеялись во время работы над проектом?

Илья блестяще говорит и на русском, и на английском, поэтому тут проблем не было. Я не мог свободно общаться с Алексеем, но с актерской точки зрения у нас было полное взаимопонимание, каждый из нас знал, что делать в совместных сценах. В целом я чувствовал себя на одной волне с российской командой, я полностью разделяю их вкусы в кинематографе, их видение профессии. А что касается предрассудков… Вы знаете, до этого фильма я не был знаком с большим количеством русских, хотя у нас в Лос-Анджелесе довольно сильное русское комьюнити. Но после фильма мне стало интересно побывать в России, посмотреть, как у вас все устроено.