T

Дарья Жовнер

ФИО

ПРОФЕССИЯ

Актриса

РАБОТЫ

«Теснота» (2017)

«Шторм» (2019)

«Доктор Лиза» (2020)


«Совершенно не хочу, чтоб меня повсюду узнавали, это будет мне страшно мешать»

<iframe src="https://open.spotify.com/embed/album/6YhEU4O9ip0cp3Cm70mgLU" width="300" height="80" frameborder="0" allowtransparency="true" allow="encrypted-media"></iframe>

После громкого дебюта в фильме «Теснота» Дарья Жовнер обнаружила, что театральные институты, хоть и выдают диплом актера театра и кино, не учат тому, как правильно распорядиться успехом, если он вдруг на тебя обрушился. «Теснота» привлекла к Даше так много внимания, что она растерялась и сознательно ушла в тень — слишком придирчиво выбирала роли, боясь попасть в рабство амплуа «сильной кавказской женщины», почти не давала интервью и избегала светских тусовок. Спустя три года Даша скорректировала свою тактику и поняла, что кино — это не всегда романтическое горение и роли на разрыв, а профессиональный труд в индустрии, где действуют жесткие законы. В интервью Esquire Даша рассказала, как с этим справляется и почему актер — самая зависимая профессия.

Твои последние интервью вышли в 2018 году. Как получилось, что ты на три года пропала из медийного поля?

{"points":[{"id":1,"properties":{"x":0,"y":0,"z":0,"opacity":0.3,"scaleX":1,"scaleY":1,"rotationX":0,"rotationY":0,"rotationZ":0}},{"id":3,"properties":{"x":-1672,"y":0,"z":0,"opacity":0.3,"scaleX":1,"scaleY":1,"rotationX":0,"rotationY":0,"rotationZ":0}}],"steps":[{"id":2,"properties":{"duration":836,"delay":0,"bezier":[],"ease":"Power0.easeNone","automatic_duration":true}}],"transform_origin":{"x":0.5,"y":0.5}}

Это я специально, цель была такая. У меня в голове постоянно рождаются разные теории — про жизнь, про искусство, и я стараюсь проверять их на себе. После «Тесноты» я почувствовала какое-то чересчур большое внимание к себе, и меня это не обрадовало. Наоборот, даже стыдно стало: всего-то одна роль, а внимания столько, будто «Оскар» получила. Я не знала, как с этим справиться, и решила спрятаться, уйти в тень. Начала от всего отказываться — и от интервью про одно и то же, и от предложений опять сыграть «сильную девушку с Кавказа», а только такие и поступали. Все с чего-то решили, что я родилась в Нальчике, некоторые до сих пор так считают, а я была там раза два. Там моя героиня живет, не я. Я ее сыграла, это просто роль. В общем, меня как будто загоняли в рамки амплуа — даже если девушка в сценарии была не кавказская, то все равно сильная, одна против всего мира. Мне в эти рамки втискиваться не хотелось, вот я и отказывалась.

После «Тесноты» я почувствовала какое-то чересчур большое внимание к себе, и меня это не обрадовало. Наоборот, даже стыдно стало: всего-то одна роль, а внимания столько, будто «Оскар» получила.

Так ты заработала репутацию актрисы, которая отказывается от ролей легко и часто.

Я же говорю, это была теория, которую я на себе проверяла: вдруг если не будешь соглашаться на все подряд, то тебе станут предлагать что-то получше. Начинающим актерам отказываться особенно страшно, они думают: скажешь нет один раз, другой — и тебя навсегда забудут. Поэтому нужно браться за все, быть везде, во всем участвовать. Я была такой же начинающей актрисой, но мне казалось, что это не мой вариант, со мной он не сработает. Медийную суету я вообще считала чем-то лишним, ненужным, не имеющим отношения к профессии. Мне, наоборот, хотелось, чтоб шумиха поскорей улеглась и меня приглашали в проекты не потому, что я сейчас на слуху, а потому, что я хорошая актриса.


Ты проверила свою теорию. Какой результат?

Отказалась от нее, раз с вами сейчас общаюсь. За три года в тени я убедилась, что жить так, конечно, можно, но это жизнь в стороне от остального мира, который устроен наоборот: в нем если ты о себе не заявляешь, не напоминаешь, не раскручиваешь себя в сетях, то тебя как бы нет. Тебе не присылают сценарии, не зовут на пробы. Про тебя забывают.

Ну да, чем чаще ты появляешься на обложках, тем сильнее тебя хотят заполучить на роль.

Да, но тут есть другая сторона: вот появилось новое лицо, его тут же начинают растаскивать по всем обложкам, и это лицо моментально теряет свежесть. Тогда начинают водить хороводы вокруг следующего нового лица, а тебя добавляют в общую коллекцию, находят место на полочке. Ты остаешься на виду, получаешь приглашения в новые проекты, их у тебя может быть даже много, но все они будут строго соответствовать выбранному для тебя месту. Этого я и боялась больше всего — оказаться на такой полочке. Когда все про тебя поняли, знают от и до и ничего другого уже не ждут. Слава богу, в кино мне эту историю удалось побороть, увернуться от «кавказского» амплуа, а с журналистами все по-прежнему: в интервью меня постоянно пытаются отбросить на три-четыре года назад, к «Тесноте». Мне скоро тридцать, я взрослая баба — что-то читаю, смотрю, о чем-то думаю. Я меняюсь, я уже другая, а они просят и просят рассказать «про тогда», и это реально бесит. Как будто я для них навсегда актриса одной роли. Я люблю свою роль в «Тесноте», но не хочу быть ее заложницей.

Есть роль, которую тебе хочется сыграть, но пока не предлагают?

Мне, например, нравится советский фильм «Карнавал», и было бы здорово сыграть героиню, которая вот так же всю себя посвящает своей огромной мечте, растворяется в ней.

Читала у тебя в инстаграме, что тебе как-то даже предложили мужскую роль, но потом выяснилось, что сценарий прислали по ошибке.

Сначала я возмутилась: меня что же, считают такой мужеподобной? Потом остыла и подумала, что это, наоборот, круто. Стала жалеть, что сразу не согласилась и упустила свой шанс. Но быстро выяснилось, что жалела зря: кастинг-директор письма перепутала.

Соглашаясь сейчас прийти на пробы, ты чем руководствуешься? Впечатлением от сценария?

Нет, своей новой теорией: не отказываться от проб, пробоваться везде, куда зовут. Ну, почти везде, не до фанатизма. Раньше я открывала сценарий, через три страницы понимала, что это жуткая фигня, и все. Сейчас даже если читаю и вижу, что фигня, на пробы все равно иду. Ты там знакомишься с режиссером, вы с ним что-то начинаете обсуждать, возникает контакт, выясняется, что режиссер и сам сценарием не очень доволен, хочет в нем что-то изменить. Если вы слышите друг друга, что-то из всего этого может получиться. Не обязательно, что получится и даже что на пробах контакт возникнет, но шанс есть. А откажись я с ходу — его не было бы вообще. Поэтому я теперь не такая категоричная.

Что еще в тебе изменилось?

Я теперь не жду, что каждый фильм будет тонкий и глубокий, а каждая моя роль — на разрыв. Это был юношеский максимализм. В жизни так не бывает. Съемки — это очень редко общее горение. Гораздо чаще, почти всегда это просто работа, профессиональный труд, и тут не получается делать только то, что хочется. К сожалению.

Звучит немного грустно.

{"points":[{"id":1,"properties":{"x":0,"y":0,"z":0,"opacity":0.3,"scaleX":1,"scaleY":1,"rotationX":0,"rotationY":0,"rotationZ":0}},{"id":3,"properties":{"x":1564,"y":0,"z":0,"opacity":0.3,"scaleX":1,"scaleY":1,"rotationX":0,"rotationY":0,"rotationZ":0}}],"steps":[{"id":2,"properties":{"duration":782,"delay":0,"bezier":[],"ease":"Power0.easeNone","automatic_duration":true}}],"transform_origin":{"x":0.5,"y":0.5}}

Не грустно, а трезво. Больше у меня нет иллюзий насчет индустрии. Все эти восклицания и призывы «нашему кино нужны новые лица, давайте открывать яркие таланты!» — это только слова. Никто эти таланты толком не ищет, чтобы открыть, а они наверняка есть. Сидят в тех же актерских комнатах в Clubhouse, выслушивают советы известных спикеров. Те им говорят: «Ну что же вы, ну заведите TikTok, Ира Горбачева же завела». Легко сказать «заведите» — надо еще уметь себя придумать, преподнести... Ира — да, смогла, Антон Лапенко... Но это особый талант, он не у всех есть. В институте этому не учат. Нас учат поймать взгляд жабы или походку медведя, учат целиком посвящать себя профессии, презирать суету со всеми этими вашими премиями. Через четыре года выпускают — и тут выясняется, что медведь и жаба — это еще не все, актеру надо себя пиарить, никуда не денешься, это тоже входит в профессию. У нас ежегодно выпускают миллион новых актеров, каждый пытается прорваться, но везет единицам. И тогда думаешь про себя: столько людей вообще без работы сидит, а ты тут выпендриваешься, нос воротишь.


Больше у меня нет иллюзий насчет индустрии. Все эти восклицания и призывы «нашему кино нужны новые лица, давайте открывать яркие таланты!» — это только слова. Никто эти таланты толком не ищет.

У меня на карантине в какой-то момент даже возникла идея пойти на курсы, выучиться на кастинг-директора и потом реально искать эти таланты, приводить их в индустрию, давать им шанс. Идея утопическая — в одиночку ничего не изменишь, и над кастинг-директорами есть продюсеры, которые решают, пойдет зритель на это новое лицо или нет. И если они решат, что нет, а так обычно и бывает, то снова возьмут на роль кого-нибудь испытанного, медийного, и новое лицо отправится обратным маршрутом к себе домой, вот и все.


Некоторые актеры уходят в режиссуру или становятся сценаристами. У тебя такие мысли не возникают?

Есть такие мысли, да. Вообще, было бы круто, если бы на актерских факультетах нас обучали дополнительно еще какой-нибудь профессии. Чтобы, когда у тебя нет работы и тебе не на что жить, ты не считал себя полным говном, не ставил на себе крест, не спивался. Занялся бы чем-то другим. Я бы хотела уметь еще что-то: рисовать, например, или шить, или монтировать. Это реально спасало бы от отчаяния.

Были моменты отчаяния?

Ну конечно, куда же без них: все у тебя настолько плохо, что хуже некуда, и лучше уже не будет. Это нормально, со всеми случается. Главное — знать, что это проходит.

Что в твоей профессии доставляет тебе самое большое удовольствие?

Работа над ролью до начала съемок. Когда вместе с режиссером, гримером, художником по костюмам ищем персонаж: как он выглядит, ведет себя, разговаривает. Ты физически ощущаешь, как он рождается. Правда, такое бывает очень редко — в моей жизни пока что раза два-три. Чтобы подробные встречи, обсуждения, репетиции. Чаще все происходит на ходу. Сами съемки я тоже люблю, хотя после них неизбежно наступает неприятный момент: все снято, ничего уже не изменить, а тебя преследует мысль, что ты все сделала не так, и ты постоянно прокручиваешь в голове, как все надо было сделать.

{"points":[{"id":1,"properties":{"x":0,"y":0,"z":0,"opacity":0.3,"scaleX":1,"scaleY":1,"rotationX":0,"rotationY":0,"rotationZ":0}},{"id":3,"properties":{"x":-1672,"y":0,"z":0,"opacity":0.3,"scaleX":1,"scaleY":1,"rotationX":0,"rotationY":0,"rotationZ":0}}],"steps":[{"id":2,"properties":{"duration":836,"delay":0,"bezier":[],"ease":"Power0.easeNone","automatic_duration":true}}],"transform_origin":{"x":0.5,"y":0.5}}

Что такое для тебя признание?

Только не медийность. Совершенно не хочу, чтоб меня повсюду узнавали, это будет мне страшно мешать. «Оскар»? Не откажусь, конечно, но что мне с ним делать? Поставить в шкаф и любоваться? Наверное, признание — это когда меня считают серьезной актрисой, хорошо делающей свое дело. Это для меня намного важнее, чем узнавание на улице, обложки, тусовки и миллионы подписчиков в Instagram.

Совершенно не хочу, чтоб меня повсюду узнавали, это будет мне страшно мешать. «Оскар»? Не откажусь, конечно, но что мне с ним делать? Поставить в шкаф и любоваться?

А высокие оценки авторитетных людей?

Да, но тут важно понимать, что такая оценка не медаль навсегда, ты не автоматически молодец на всю оставшуюся жизнь, и если сегодня кто-то высоко оценил твою роль, то завтра ты все равно начинаешь с нуля.

Как бы ты описала себя? Какая ты?

Это сложно. Я уже привыкла к тому, что себя я ощущаю одной, а люди видят меня совершенно другой. Многим кажется, что я колючая, необщительная, высокомерная, мрачная, лучше даже не подходить. Но я совсем не такая, и близкие это знают. Вообще ни разу не сильная, одна против всех не пойду, стеснительная, при этом веселая, но по-настоящему веселиться могу только в компании друзей.

А свой актерский тип можешь описать?

Мне кажется, я характерная актриса. Во всяком случае, хотела бы ею быть. Мне интересно двигаться именно в эту сторону.

Часто ли тебе говорят, что ты красивая?

Бывает.

Сама тоже так считаешь?

Когда как. Бывает, проснешься утром, взглянешь в зеркало и ужаснешься: боже, что за чудовище. У меня нет потребности все время ощущать себя красивой и получать от других бесконечные подтверждения. Все мы живые люди и бываем помятыми, растрепанными, сонными, неряшливыми, всякими. Для профессии, я считаю, вообще дико круто, когда актриса знает, что ее внешность далека от совершенства, и не просто принимает себя такой, а сознательно делает это актерским материалом в работе. Я не боюсь показаться кому-то некрасивой. Вот у меня уши торчат, они у меня такие эльфийские, и для какой-нибудь роли мне это может пригодиться. Или мой сломанный нос — я не думаю о том, как бы ловчее спрятать его от оператора. Вообще, если что и спасет мир, то не красота, а самоирония. Встроить бы ее каждому человеку в автонастройки.


Режиссер Кирилл Кулагин оператор АРТЕМ Замашной Редактор ЖАНЕЛЬ КУАНДЫКОВА

Бренд-директор Анастасия Подольская Бренд-менеджер Наталья Зарипова Продюсер Таня Кобец

Ассистент продюсера Анастасия Лисица Стиль Эльмира Тулебаева АССИСТЕНТ СТИЛИСТА АЛЕКСАНДРА СКОПИНА


Макияж и прическа Фариза Ассистент визажиста Ира Грачёва Механик камеры Михаил Моисеев, Игорь Караваев

Долли Баховец Юрий, Берляев Михаил Фокуспулер Светлана Гладилович Звук Артём Панфилов, Семён Дягтерев


ГАФФЕР ЕВГЕНИЙ БАРАНОВ Осветители Сергей Андросов, Андрей Биба Бекстейдж Ксения Турчинская, Лазарь Медведев

Фотограф Яна Давыдова Ассистент фотографа Александр Лосевский Синхронизация материала Михаил Рыцарев

Монтаж Кирилл Кулагин, Игорь Цветков Цвет Дмитрий Литвинов (jojo talent agency)

Сведение звука Семён Дягтерев Дизайн титров Анна Елфимова ДИЗАЙН И ВЕРСТКА АННА СБИТНЕВА

МУЗЫКА THE SOUL SURFERS, YOJO

На Дарье:

Плащ, платье, водолазка и туфли, все Prada

Накидка, рубашка, брюки и туфли, все Prada


{"width":1291,"column_width":89,"columns_n":12,"gutter":20,"line":20}
default
true
960
1290
false
false
false
[object Object]
{"mode":"page","transition_type":"slide","transition_direction":"horizontal","transition_look":"belt","slides_form":{}}
{"css":".editor {font-family: EsqDiadema; font-size: 19px; font-weight: 400; line-height: 26px;}"}