«Привет, жители Верхнего Ист-Сайда! С вами Сплетница — ваш единственный и неповторимый источник слухов о скандальной жизни манхэттенской элиты», — таким приветствием открывался каждый эпизод сериала «Сплетница», выходившего с 2007-го по 2012-й год на канале The CW. Канал с момента основания специализируется на тин-драмах, и понятно, почему: The CW — результат слияния каналов UPN и The WB, без которых не было бы «Лучших» Райана Мерфи, «Бухты Доусона», «Баффи — истребительницы вампиров», «Вероники Марс» и некоторых других подростковых сериалов девяностых и нулевых. К слову, и UPN, и The WB считались убыточными, и, хотя CW и достались в наследство «Девочки Гилмор», «Холм одного дерева» и «Тайны Смолвиля», было очевидно, что новой «кнопке» нужен свой собственный хит. Таким стала «Сплетница».

Экранизировать книги Сесили фон Зигесар (носительница благородной немецкой фамилии умудрялась выпускать по два романа в год; после восьмой книги к делу подключились «литературные рабы», они же написали две спинофф-серии) о той самой «скандальной жизни манхэттенской элиты» удалось не с первой попытки. Поначалу сериал должен был выходить на канале Fox, уже имевшем свой хит — «Беверли-Хиллз, 90210». Затем создатели «Сплетницы» хотели штурмовать большой экран: пресса писала, что в режиссерское кресло сядет создательница «Девочек Гилмор» Эми Шерман-Палладино, а антагонистку, Блэр Уолдорф, сыграет Линдси Лохан. Однако за дело взялся Джош Шварц. Ему, как и CW, нужен был точный выстрел: его детище «Одинокие сердца», еще одна легендарная тин-драма нулевых, приказала долго жить из-за низких рейтингов. Говорят, роль Серены ван дер Вудсен, нью-йоркской it-girl с золотым сердцем, долго не хотели отдавать Блейк Лайвли: продюсеры считали, что актриса больше похожа на жительницу Уэст-коста. Что соответствовало действительности: блондинка родилась и выросла в Лос-Анджелесе. Помог утюжок для волос: надо было всего-то распрямить калифорнийские локоны! Лайвли, кстати, оказалась самой узнаваемой среди юной части актерского состава. Не Линдси Лохан, конечно, но, по крайней мере, она отметилась работой в относительно популярном фильме «Джинсы-талисман» — такую Серену требовали фанаты серии романов фон Зигесар. Имен других актеров зрители и вовсе слышали впервые — зато после первых же серий Лейтон Мистер, Эд Вествик, Чейс Кроуфорд и Пенн Бэджли проснулись звездами. Что, впрочем, слабо влияло на телевизионные рейтинги — поначалу они были в 2−3 раза ниже, чем у тех же «Одиноких сердец». Зато эпизоды активно загружали на iTunes и круглосуточно обсуждали в блогах и на форумах. Считайте, что «Сплетница» переизобрела понятие успешного сериала, недвусмысленно намекнув, что молодая аудитория потребляет контент совсем не так, как ее удобно устроившиеся на диване родители.

Warner Bros. Television

Что так привлекало молодую аудиторию? По большому счету, на экране происходила типичнейшая тин-драма. Подростки ссорились, влюблялись, попадали в неприятности, не находили понимания родителей, сбегали с уроков (которые традиционно настолько не важны, что остаются за кадром), устраивали вечеринки. Да, старшеклассники из Верхнего Ист-Сайда разъезжали на лимузинах, летали в Европу на частных джетах и, видимо, спускали сумасшедшие суммы на платья, которые не надевали больше одного раза; но эта показная роскошь, в которой плещутся главные герои и которая с расстояния в десяток лет выглядит несколько комически, — скорее глазурь на торте, нежели начинка.

«Сплетницу» можно было включить ради ободков и цветных колготок, видов Большого яблока или даже бодрого саундтрека. Но все-таки ее сила была в динамике отношений между главными действующими лицами. Блэр Уолдорф и Серена ван дер Вудсен были одновременно и подругами, и противницами; в английском для такого существует прекрасный термин frenemy, образованный соединением friend и enemy. Нет, их противостояние не упиралось, как это часто бывает, в любовный треугольник: амбициозная, острая на язык Блэр завидует тому, как легко идет по жизни — не забывая, что называется, делать по дороге селфи, — ее лучшая подруга, и это тоньше и интереснее, чем просто размолвка из-за парня (как, скажем, у Келли и Бренды из «Беверли-Хиллз, 90210» или Пейтон и Брук из «Холма одного дерева»). Помимо драмы, заложенной в сюжет, хватало и закулисных: таблоиды то и дело писали, что Лайвли и Мистер (которая изначально пробовалась как раз на роль Серены) едва выносят друг друга. Мол, Блейк недовольна, что Лейтон Мистер (Блэр) ее затмевает, хотя ярче всего должна светить Серена. Там же, в таблоидах и gossip-блогах, обсуждали романтические отношения, завязавшиеся на съемочной площадке: Мистер и Себастиан Стэн, Лайвли и Пенн Бэджли, Джессика Зор и Эд Вествик — и это только «официально». Жизнь подражала искусству, грань между сериалом и реальностью если не стиралась, то размывалась.

Warner Bros. Television

А еще в «Сплетнице» с самого начала присутствовала особая «кэмповость»; сценаристы, писавшие шоу об испорченных детишках нью-йоркских богатеев, даже не стремились к правдоподобности, а потому без устали сводили и разводили персонажей, позволяли им сбегать из-под венца, становиться принцессами Монако, фабриковать собственную смерть, иметь тайных детей, публиковаться в The New Yorker (в шестнадцать лет!), владеть клубами (в шестнадцать лет!) и что только не. Ближе к финалу мыльная опера полилась через край — немудрено, что заканчивалась «Сплетница» со скромнейшими рейтингами, а последний сезон состоял всего из десяти эпизодов; но в первых двух сезонах пропорция комичного и серьезного была почти эталонной. Добавьте сюда дух «запрещенки» — некоторые родительски комитеты США пытались прикрыть новое шоу за чрезмерную откровенность.

Warner Bros. Television

Как любой продукт, сделавший слепок определенной эпохи, (придумывать и снимать проект начали еще в докризисном Нью-Йорке), «Сплетница» была обречена выглядеть архаично спустя несколько лет — как минимум, в кастовом вопросе. А местами — откровенно неудачно. Ахиллесова пята шоу — персонаж Эда Вествика Чак Басс и его романтизация. «Плохой мальчик», мажор, хам и главный подстрекатель в 2007-м быстро трансформировался в эдакого измученного героя, а их с Блэр отношения (отнюдь не единственные нездоровые в сериале) и вовсе стали каноном. Но едва ли нынешняя ЦА «Сплетницы» может влюбиться в персонажа, дважды пытавшегося овладеть девушками против их воли за один только пилотный эпизод. Любимецстаршеклассниц десятых годов точно стал бы главным раздражителем старшеклассниц двадцатых (и ультимативным антигероем — например, как Ник Сен Клэр из «Ривердейла»). А чуть больше десяти лет назад Чак Басс являлся не просто главным действующих лицом, а буквально символом, идеей. И это, разумеется, уже никакой не кэмп.