Фотографии|Фотоистории

Лихо завернули

Фотограф Грэм Макиндоу (Graham Macindoe) несколько лет был наркоманом. Когда он вылечился, главным напоминанием о зависимости для него стала коллекция пакетиков из-под героина с индивидуальными штампами дилеров. Little Big Man Books.

ГРЭМ МАКИНДОУ: «Пакетики из-под героина, сфотографированные для этой серии, я собирал, когда сидел на наркотиках. Меня заинтересовали их типографика и дизайн, печати, отсылающие к популярной культуре: «Сумерки», «Круклин» (полуавтобиографический фильм Спайка Ли. — Esquire), «Нью-Джек-Сити» (криминальная драма Марио Ван Пиблза. — Esquire). Дилеры брендировали и продавали свой продукт так же, как любые другие предприниматели — например, брали какое-нибудь название вроде «Лекарство мертвецов» и рисовали рядом череп и кости, чтобы привлечь тех, кто любит риск, или рисовали самолет и подписывали «Первый класс» — чтобы создать иллюзию роскоши. Маркетинг этого наркотика, так же, как и в случае с другими продуктами, не обязательно заставляет нас задумываться о том, что нам обещано. Эти изображения напоминают о силе желания — и о вещах, которые изменят нашу жизнь.

Впервые я попробовал героин у себя дома в Нью-Йорке, с парой друзей. У меня был очень тяжелый отходняк после крэка, и кто-то мне предложил: «Покури-ка вот это». У меня сильно закружилась голова — честно говоря, было не очень приятно, но кокаиновое похмелье прошло. Потом я решил попробовать героин отдельно, и вскоре после этого начал колоться.

Я понял, что стал наркоманом, еще на кокаине. Однажды утром я проснулся, проспав всего часа полтора — мне нужно было куда-то идти. У меня были красные глаза, я чувствовал себя страшно усталым, не мог шевелиться. С прошлого вечера у меня оставалось немного кокаина. Я сделал дорожку, и — бамц — я был готов к встрече с миром. Вскоре я осознал, что кокаин — первое, что встречает меня по утрам.

Меня охватывала паника, когда я осознавал, что у меня зависимость и что я всем вру. В эти моменты ты видишь все свои слабости, все поражения. Но силы на то, чтобы с этим справиться, съедены наркотиками. У тебя не остается никакого защитного механизма, никакой возможности даже осознать, что происходит. Мозг начинает изо всех сил искать выход из положения. Восприняв чувство вины и беспомощности как атаку, ты занимаешь агрессивную оборонительную позицию и готов на все, чтобы избавиться от этих ощущений, даже если надо будет ранить чьи-то чувства, оскорбить кого-то или уйти.

Я много раз бросал и неминуемо соскальзывал обратно. Ты так долго был недееспособным, что просто не знаешь, как функционировать, и возвращаешься в свою зону комфорта, то есть к людям, которые находятся с тобой в одной лодке. Они тебе говорят, что все будет хорошо, потом ты немножко вмазываешься — и думаешь: «Да на фиг это все, мне и так отлично».

Большинство людей плохо представляют себе, что происходит с наркоманом. И никому не хочется произносить: «Я думаю, у тебя зависимость». Особенно когда они и сами не совсем в этом уверены. Кто готов выложить все напрямик — возможно, разрушив дружбу, отношения, испортив ситуацию на работе? Так что люди обычно молча наблюдают, как все развивается. Но игнорирование проблемы, потому что, по твоему мнению, ты ничего не можешь сделать, деструктивно. Человек продолжает идти ко дну. Иногда ему нужно давать отпор, потому что зависимые становятся очень умелыми манипуляторами и постоянно врут. Тут нужна профессиональная помощь. Человека нужно учить мыслительным процедурам, способам справляться с собственной жизнью.

Наркотики вытаскивают на поверхность все чувства незащищенности, всю боль, всю злость, пережитые человеком. С этим и надо бороться — учиться не злиться, не ревновать, уважать себя, комфортно чувствовать себя в собственном теле. Тюрьма помочь не может, потому что она не может ничему научить. Но если ты дашь наркоману выбор, он выберет наркотики».

editor2