Истории|Материалы

Под гетом обстоятельств

Электрошокеры, наручники, хирургические инструменты и две тысячи пострадавших за 30 лет — Esquire изучил методы самого эффективного консультанта по бракоразводным процессам раввина Менделя Эпстайна, ожидающего приговора суда.    Записала Полина Еременко.

Вечером 9 октября 2013 года два черных минивэна выехали из Бруклина в сторону Нью-Джерси. Если бы по дороге их остановила полиция, то обнаружила бы внутри набор для странного карнавала. Один из пассажиров захватил с собой лыжную маску, другой — бандану, третий взял маску для Хэллоуина. Кто-то поверх одежды надел футболку Metallica, кто-то обернулся в полиэтиленовый пакет. Остановившись у неприметного склада, банда разделилась на две группы и еще раз повторила план: схватить жертву, отобрать телефон и положить на пол, главное — подальше от окон.

В ортодоксальной еврейской общине женщине недостаточно получить от мужа развод в порядке, установленном законом страны. Путь к свободе от брачных уз лежит через гет — религиозную процедуру развода. «Если кто возьмет жену и войдет к ней, то если не понравится она ему, потому что он нашел в ней какой-нибудь ущерб, то пусть напишет ей разводное письмо и даст ей в руку», — сообщает Тора. Такое письмо состоит из 12 строк, написанных от руки по строго определенной форме.

Оформить гет может только муж, а значит, судьба жены полностью оказывается в его руках. Разумеется, женщина может уйти из дома и без гета, но тогда парией в общине станет не только она сама, но и ее дети от нового брака. Многие оскорбленные мужья пользуются этим неравным положением исключительно затем, чтобы досадить жене — и способов противодействия этому оказывается не так много. Можно собрать пикет перед местом работы мужа; пойти в синагогу и попросить раввина провести воспитательную беседу, в Израиле — обратиться в суд, который теоретически может арестовать банковский счет несговорчивого супруга или лишить водительских прав. Но нью-йоркский раввин Мендель Эпстайн решил пойти дальше всех.

7 августа 2013 года раввину Мартину Уолмарку позвонили новые клиенты: Рейчел Миллер и ее брат Джонатан. Они жаловались на мужа Рейчел и по совместительству делового партнера Джонатана — тот наотрез отказывался давать гет.

— Рейчел, может быть вы расскажете про него? — поинтересовался Уолмарк.

— Спасибо, ребе. Я вышла замуж за Алехандро Маркони из Аргентины, — начала Рейчел. — Он родился и живет там, но часто приезжает по работе в Штаты. У них был совместный бизнес с моим братом, так мы и познакомились. Мы поженились в августе 2010-го. Наш брак оказался несчастливым, но теперь он отказывается давать мне гет, и я совершенно не понимаю, что мне делать.

— У вас есть дети?

— Нет.

— А почему он не хочет давать вам гет?

— По правде говоря, он не очень приятный человек. После нашей свадьбы я переехала ради него в Аргентину, но его никогда не было дома. То есть он просто бросил меня в чужой стране. Сказал, что не хочет детей. И я в отчаянии, потому что мои биологические часы тикают, а я очень хочу снова успеть выйти замуж и родить детей... Я очень хочу детей, но время не на моей стороне.

— Миссис Миллер, сколько вам лет?

— 43.

— Это ваше первое замужество?

— Да. И он не хочет больше разговаривать со мной. Он все говорит, что...

— Разрешите еще вопрос. Чем он занимается? Ну, кроме того, что вымогает у вас деньги?

— Он работает в сфере недвижимости, — подключился к разговору Джонатан.

— А кто его партнеры? У него есть еврейские партнеры?

— Я был его партнером. А так он здесь не состоит ни в какой религиозной общине. Мне некого попросить повлиять на него.

— Какое у него слабое место? — перешел к делу раввин.

— Он весь в долгах. И поэтому он все время говорит, что подпишет гет, как только брат вышлет ему деньги, — сдала мужа Рейчел. — Брат ему присылает десять тысяч долларов, но потом он говорит, что хочет еще и еще, — и ничего не подписывает.

Уолмарк понял: этого достаточно. И предложил план.

— Есть такой человек — Мендель Эпстайн, он мог бы вам помочь. Но для этого нужно, чтобы ваш муж оказался в Нью-Йорке, где мы могли бы поработать с ним таким образом, чтобы он подписал бумаги. Всего-то.

— Да, я могу его сюда привезти. Точно смогу! — воодушевился брат. — Я просто скажу ему, что согласен дать еще денег. Он такой алчный, что обязательно приедет.

— Он точно попадется на это? Он настолько наивен?

— Точно. Я ему давал так денег и раньше. Он точно объявится. В любом случае я уже готов на любые меры.

— Вам нужен Мендель Эпстайн. Вы слышали это имя?

В послужном списке Менделя Эпстайна две тысячи разведенных клиенток и подытоживающий обширную практику труд «Женский путеводитель по гету». В книге ребе уверяет, что «всего-то нужно знать кнопочки, на которые нажать, чтобы муж поспешил найти выход из неудобного положения, которое сам же для всех и создал».

На самом деле у Эпстайна был целый арсенал «кнопочек», среди которых электропогонялки для скота, наручники, хирургические лезвия. Когда уговоры и угрозы не давали результата, на подмогу приходила команда специально обученных бандитов, которые похищали несговорчивого мужа и в прямом смысле выбивали из него гет.

Эпстайн никогда не считал нужным скрывать свои методы работы. Потому что был абсолютно убежден: правда на его стороне, он всего лишь за умеренную плату помогает женщинам, попавшим в беду. К своим 69 годам ребе приобрел в ортодоксальных еврейских кругах Нью-Йорка достаточную известность — и крайне неоднозначную репутацию. Для женщин Эпстайн — герой и бескомпромиссный борец за их права. Одна из его клиенток, Хенни Купферстайн, рассказывала: «Когда я обратилась к нему за помощью, он слушал меня очень внимательно, с большим уважением, — и кивал. Когда он кивал, у меня вдруг появлялось ощущение, что я имею право на свои мысли, на свои чувства. Другие мужчины не умеют так понимать женщин, как этот человек с большой бородой». Среди мужчин к ребе сложилось иное отношение: психотерапевт Монти Уейнстайн вспоминал, что имя Эпстайна и жуткие рассказы о его команде не раз всплывали на его сеансах.

Рейчел и Джонатан позвонили по номеру, оставленному ребе Уолмарком. «Это не телефонный разговор, не так ли?» — интригующе заметил Эпстайн, выслушав их историю, — и пригласил к себе.

14 августа Джонатан уже сидел у раввина в гостиной. «Я надеюсь, вы понимаете, что это дорогая работа, — объяснял Эпстайн. — Она не простая. Мне не хочется вдаваться в детали, но, грубо говоря, нам надо будет похитить человека на пару часов, избить, помучить его и заставить подписать гет». Впрочем, совсем без деталей обойтись не удалось:

— Мы берем электропогонялку... — невозмутимо начал ребе.

— Электропогонялка... О’кей, — задумчиво ответил Джонатан.

— Если уж она заставляет даже быка весом пять тонн подвинуться... Прикладываешь ее к определенным частям тела, и вопрос решается за минуту.

Решение вопроса ребе Эпстайн оценил в 50 тысяч долларов. И добавил, что его работа стоит каждого потраченного цента:

— Я гарантирую тебе, что если бы это ты оказался в этом минивэне, то непременно дал бы гет своей жене. Может, ты и любишь ее, но после этой процедуры все равно согласишься на гет. И если все пройдет хорошо, на нем и царапинки не останется.

— Да ладно, царапинку можно! — в шутку сказал Джонатан.

— Не-не-не, мы...

— Да, я вас понял.

— Мы предпочитаем работать без царапин. Если не будет следов, полиция просто махнет рукой. Мол, опять какие-то непонятные еврейские разборки — пусть сами отношения выясняют.

Это и была причина, по которой Мендель Эпстайн совершенно не опасался за успех своего предприятия и десятилетиями оставался вне поля зрения американской полиции и судов. Ортодоксальные еврейские общины — абсолютно замкнутые сообщества: все конфликты решаются здесь через бейт дин, местный суд в составе трех раввинов, жаловаться в светские правоохранительные органы — значит не уважать еврейские традиции. Первый и последний звонок прозвучал только в конце 1990-х, через десять лет после выхода «Женского путеводителя». Группа мужчин, пострадавших от Эпстайна и его команды, решилась обратиться в полицию. Но там от них лишь отмахнулись.

Похищение мужа Рейчел Миллер запланировали на 9 октября. На подготовку операции ушло два месяца — все это время ее брат и Эпстайн регулярно созванивались, переписывались и уточняли детали. Сначала нужно было подобрать место. Отбросив несколько вариантов, остановились на складе в округе Мидлсекс в соседнем штате Нью-Джерси. Дальше решали, где бить мужа: на самом складе, на парковке или прямо в минивэне. Несколько раз команда Эпстайна выезжала на место — проверить, насколько безопасно помещение. План был прост: Джонатан вместе с ребятами Эпстайна приедет в Мидлсекс, оставит их там, затем заберет Алехандро, и вместе они вернутся на склад. Сам раввин там не появится: ему на время операции лучше быть в каком-нибудь публичном месте — если вдруг понадобится алиби.

Около восьми вечера 9 октября бандиты открыли ворота склада, чтобы выйти обратно уже с подписанным гетом. Но вскоре тишину нарушил вой сирен. Полицейские конфисковали веревки, пакеты, весь остальной инструмент, а также деревянный планшет и баночку чернил для подписи гета. Не арестовали только Джонатана — он, как и Рейчел, оказался агентом ФБР под прикрытием. Все их разговоры с Эпстайном записывались. Через тридцать лет успешной карьеры на ребе наконец завели дело.

Адвокат Менделя Эпстайна настаивал, что его подзащитный действовал не ради денег, а из благих побуждений. Однако 21 апреля 2015 года присяжные единогласно признали его виновным. 15 июля суд огласит приговор: раввину грозит от двадцати пяти лет лишения свободы до пожизненного заключения. До тех пор ребе Эпстайна выпустили под залог, чтобы он мог провести время со своими девятью детьми, сорока пятью внуками и пятью правнуками.