Бог не взвалит человеку на плечи бремя, которое этот человек не в силах снести.

Мой самый тяжелый бой — с болезнью Паркинсона. Нет, это не больно. Это трудно объяснить. Меня точно испытывают: буду ли я молиться дальше, сохраню ли я веру? Бог подвергает испытаниям всех великих людей.

Солнце всегда где-нибудь да светит.

Правила жизни Майка Тайсона
Далее Правила жизни Майка Тайсона
Правила жизни Уле-Эйнара Бьорндалена
Далее Правила жизни Уле-Эйнара Бьорндалена

После Олимпийских игр я вернулся обратно в Луисвилл со своей блестящей золотой медалью. Зашел в закусочную «только для белых». Думал, поставлю их на место. Я сел за столик и хотел чего-нибудь заказать. Олимпийский чемпион, золотая медаль! А мне говорят: «Нигерам не подаем». Я говорю: «Все в порядке, я не нищий». Но меня все равно выгнали на улицу. Тогда я пошел на берег, на реку Огайо, и выбросил свою золотую медаль в воду.

Когда ты прав, никто этого не запоминает. А как ошибешься — никто этого не забудет.

Молчание — золото, если не можешь придумать хороший ответ.

Жизни у нас немного, / И вся она скоро пройдет, / Но сделайте что-то для Бога, / И оно никогда не умрет.

Добро? Моя мать.

Когда у человека умирает мать, ему по‑настоящему больно. Но со временем он и к этому привыкает. Такова жизнь!

Мое определение зла: враждебность.

Самый лучший способ сделать свои сны явью — проснуться.

Комедия — это способ быть серьезным, притворяясь смешным. Шутить — это мой способ говорить правду. На свете нет шутки смешнее правды.

И чемпиону мира среди тяжеловесов может быть довольно одной женщины.

Старье на свалку — не жалко.

Чем больше мы помогаем другим, тем больше помогаем себе.

Когда Джордж (Форман. — Esquire) вернул себе титул, это здорово задело меня за живое. Тоже захотелось вернуться. Но потом наступило утро — пора было выходить на пробежку. Я лег обратно в постель и сказал: «Ладно, все равно я самый великий».

С кем бы я хотел встретиться? С пророком Мухаммедом.

Если мечтаешь кем-то стать, им и становишься.

Радуйся своим детям, даже когда они ведут себя не так, как тебе бы хотелось.

Когда зажигал факел в Атланте, я не волновался. Вот когда выступал перед правительством — тогда волновался.

Мудрость в том, чтобы знать, когда ты не можешь быть мудрым.

Чего я не понимаю, так это войны.

Все время переживать из-за прошлых ошибок — самая грубая ошибка.

Я бы хотел дожить до ста лет.

Могу только пожелать, чтобы люди любили всех так, как любят меня. Тогда мир стал бы лучше.