Апсайклинг — использование старых вещей, фабричных остатков и залежавшихся на складах тканей для создания новой одежды — набирает все большую популярность. С дэдстоком (так называют вещи и материалы из старых коллекций, которые не были распроданы и хранятся на складах) работают уже не только студенты-дизайнеры и маленькие локальные марки: свои же винтажные джинсы перешивают Levi’s, а дизайнер Кристофер Рейберн для своего бренда Raeburn шьет вещи из списанных армейских парашютов. Собственная линия переделанных винтажных вещей есть даже на сайте модного гиганта Asos.

Апсайклинг из модного тренда перерос в большой бизнес, у которого есть как плюсы, так и минусы, один из которых — ограниченные тиражи. Разбираемся, что к чему.

Тренд на ностальгию

Для своей марки Bode дизайнер Эмили Адамс Боде выбрала стратегию работы с винтажными тканями и вещами. Первые коллекции состояли из предметов в единственном экземпляре, но на прошедшей неделе моды в Париже Боде провела уже полноценный подиумный показ. Эмили номинирована на престижную премию LVMH Prize, а недавно она получила награду Американского совета модельеров как лучший молодой дизайнер. «У каждой вещи есть история, которую она может рассказать. Большинство моих клиентов как раз приходят за этой историей — им нравится базовая идея повторного использования», — рассказывает она.

Bode весна-лето 2020 Bode
Bode весна-лето 2020

Bode — не единственный бренд, нацеленный на экологичность. Победитель фестиваля в Йере, студент Венского Университета прикладного искусства Кристоф Румф ходит за вдохновением и материалами на блошиные рынки, а большую часть коллекций делает из дэдстока. Например, у него есть пиджак, сшитый из найденного на рынке платка, складских жаккарда и хлопка, а в качестве наполнителя на лацкане использован поролон из автомобильного сиденья.

View this post on Instagram

GRACE by Virgile Guinard @vogueparis

A post shared by Christoph Rumpf (@christoph_rumpf) on

Минусы работы с дэдстоком

Как правило, остатки тканей со складов гораздо дешевле новых. Компаниям невыгодно хранить нераспроданное, и они стремятся избавиться от залежавшейся продукции по минимальной цене. Да и для подиумных луков, которые будут созданы в единственном экземпляре для шоу и не пойдут в большой тираж, проще найти материалы на барахолках.

Увеличение затрат начинается уже в процессе работы с полученным материалом. «Если вы работаете не с тканью, а с готовыми вещами со складов, нужно очень тщательно подходить к раскройке. Это требует много времени и сил и, соответственно, денег. К тому же если в изначальной партии будет какой-то брак, это распространится на весь тираж, а вернуть бракованную поставку вы уже не сможете», — объясняет дизайнер Кристофер Рейберн.

Raeburn осень-зима 2019 Raeburn
Raeburn осень-зима 2019

Работа с дэдстоком также чревата тем, что тиражи всегда ограничены — есть риск не повторить поставку той или иной ткани. Это становится проблемой для брендов, которые хотят расширяться. Большинство модных марок ориентируется на запросы байеров и ретейлеров: например, если какая-то модель оказывается популярной, шьется дополнительный тираж. При работе со старыми тканями это невозможно, и маркетинговая модель переворачивается с ног на голову — дизайнер с самого начала фиксирует размер тиража и отказывается от рестоков.

К тому же вещи из винтажных тканей никогда не бывают полностью идентичными. Основательница бренда E.L.V. Denim Анна Фостер рассказывает, что старается договориться с ретейлерами о гибких условиях поставок, а также всегда предупреждает, что продукт может меняться от тиража к тиражу. «Владельцы магазинов должны понять, что если они работают с экологичными брендами и поддерживают апсайклинг, то следует соблюдать баланс и идти навстречу дизайнерам». И у Анны получается — ее джинсы, сшитые из старых пар и денима, который иначе отправился бы на свалки, продают Net-a-Porter, Selfridges и ShopBop.

Из лукбука E.L.V. Denim весна-лето 2019 E.L.V. Denim
Из лукбука E.L.V. Denim весна-лето 2019

Главный двигатель апсайклинга в моде — запрос покупателей

Популярность апсайклинга подтверждает востребованность брендов, изначально выбравших экологичный путь развития. Bode продают в десятках разных стран, у марки уже сложилась своя лояльная аудитория. Чтобы увеличивать объемы производства, Эмили Боде ищет новые пути поставки материалов: хотя она по‑прежнему ходит по блошиным рынкам и антикварным фестивалям, основную часть тканей закупает у крупных поставщиков — это и старый дэдсток, и фабричные остатки новых материалов.

Bode осень-зима 2019 Bode
Bode осень-зима 2019

Бренд Reformation, который начинал с перешивания винтажных находок, теперь вырос в компанию со $100-миллионным оборотом. При таких объемах работать только со старыми материалами невозможно, но марка по‑прежнему стабильно отшивает 15% коллекций из складских остатков тканей, а 2% — из винтажных вещей. Raeburn использует и дэдсток, и новые экологичные материалы — например, переработанный полиэстер.

Business of Fashion приходит к выводу, что для многих брендов апсайклинг — стартовая ступень, помогающая сформировать ДНК и наладить контакт с аудиторией. Но, так или иначе, бренды постепенно перерастают этот уровень — и им приходится искать новые пути развития.